Любовь.com - Лада Митич

Взяв кофе, Андрей вернулся к компьютеру и снова проверил поступившую почту. И вот что-то полезло… увы, нет, это была обычная утренняя рассылка, расписание выходных и рабочих дней на следующий месяц, дни рождения сотрудников в этом же месяце. Андрей отхлебнул кофе и еще раз нажал «Отправить и получить», понимая, что это глупо. Что-то пришло, но снова совсем не то, что он хотел получить. Еще раз, потом еще…

От этого увлекательного занятия его оторвал Павел, который зашел и, гордо, но скромно улыбаясь, шлепнул ему на стол распечатку статьи. Андрей поднял глаза. Бодрый вид молодого сотрудника порядком раздражал. Дурацкая рубашка в полоску, которую Павел обожал и носил почти не снимая, тоже раздражала. Статья, распечатанная на стандартных листах… правильно, тоже раздражала.

– Здравствуйте, Андрей Петрович. У вас есть минутка? – радостно улыбаясь, спросил выспавшийся, румяный и готовый к труду Паша. – Я исправленный материал принес. Заголовок тоже переписал. Вместо «Лебединого озера» предлагаю помягче. «Гадкий утенок». Как вам? «Лебединое озеро», вы правы, действительно слишком. Ну, и добавил уважения к нашим читателям.

– Доброе утро. Оставьте. Я посмотрю, – попытался улыбнуться в ответ Андрей.

Улыбка вышла довольно кислая. Прямо скажем, без энтузиазма вышла улыбка. Однако Павел, видимо, был намерен сидеть в кабинете главного редактора до того мига, пока статья не будет прочитана и получены новые ЦУ и, возможно, похвалы. Без очков было видно, что, получив эти ЦУ, он хочет сразу же ринуться в бой. И мечтает сдать эту статью сегодня же, причем желательно до вечера.

«Да что же он, не понимает, что ли, ничего? – подумал Андрей. – Никакого чувства такта… Статья какая-то… Шел бы он к себе, включил бы, например, «стрелялку» какую-нибудь… Молодой же парень, а прицепился, будто это последняя статья в его жизни…»

Андрей снова печально посмотрел на журналиста. Тот истолковал его взгляд по-своему.

– Я все углы загладил, – схватил со стола распечатку Павел. – Все красиво сделал. «Желтые» подробности убрал и все углы… Убрал, в общем. Ну, и добавил биографию певицы. Вот смотрите.

Он сунул распечатку прямо под нос начальству, видимо, рассчитывая, что вот прямо сейчас редактор прочитает и…

Андрей же тем временем еще раз нажал «Отправить и получить». И письмо пришло…

8:15 АМ

From: Olga

To: Andrew

Привет!

Ты только не обижайся…

Извини, но мне кажется, что наши отношения зашли… слишком… далеко!

Best regards,

Olga

Андрея оглушила тишина, посреди которой огромным молотом гулко бухало сердце. Перед глазами стоял туман. И откуда-то издалека, из этого густого тумана, едва доносился голос Павла.

Андрей попытался сосредоточиться.

– Вот тут я пишу: «После этого звезда решила предъявить гостям, прошу прощения за физиологические подробности, содержимое своего желудка, которое она выложила прямо на барную стойку…» – читал Павел вслух. – То есть принес извинения читателю, ну, как бы уважение проявил, извинился.

Андрей взял себя в руки – надо было прийти в себя хотя бы для того, чтобы дослушать этого недоучку и вытолкать его вон. Давление пришло в норму, звуки и краски приобрели привычную яркость. Он еще несколько раз вдохнул и мельком взглянул на Павла. Тот перелистывал свой переделанный шедевр.

– И здесь, мне кажется, отлично получилось… – Павел показал, где оно, собственно, «отлично получилось». – Вот, давайте я вам почитаю: «За звездой примчался автомобиль представительского класса, по всей видимости, «Мерседес», который увез ее в неизвестном направлении, но вряд ли в отделение милиции…»

– «Лексус»… – глухо произнес Андрей.

– Что, простите?

– «Лексус» ее увез, – глубоко вздохнул Андрей, – в неизвестном направлении.

– Откуда вы знаете? – удивился Павел такой осведомленности начальства.

– Знаю. Спасибо. Работайте, Паша, – оборвал его Андрей и застучал по клавиатуре «с бешеной скоростью» (как все-таки Андрей любил штампы!). Раньше по такой скорости набора выбирали в радисты при формировании диверсионных групп элитного спецназа.

8:16 АМ

From: Andrew

To: Olga

Стой, стой, стой!!!!

В смысле? Подожди!!! Почему далеко?!!!! Я сейчас все тебе объясню!!! Подожди!!!!

Sincerely,

Andrew

– Андрей, я все-таки хочу с вами посоветоваться. По поводу концовки. Есть два варианта… – никак не унимался Павел. – Но мне, сразу скажу, больше нравится первый.

Монитор привлекал к себе взгляд, притягивал и, казалось, неотступно и как-то по-дружески подмигивал. Вот-вот, еще минуточка, сейчас она одумается и ответит… Она просто расстроилась вчера… Естественно, любой бы на ее месте расстроился. С другой стороны, ее тоже можно понять… А вот и ответ. Надо было сосредоточиться.

– Паша, спасибо… – сухо ответил Андрей. – Идите работать. Я прочту и поговорю с вами.

Андрей открыл письмо.

8:17 АМ

From: Olga

To: Andrew

Я сама с трудом верю в то, что пишу!!!

Мне кажется, нам лучше прекратить общение.

Прости меня!

Best regards,

Olga

– И все-таки… – попытался продолжить разговор Павел, – по поводу концовки.

– Твою мать, Паша! – заорал Андрей. – Иди, работай! Ты глухой?! Я тебе десять раз уже сказал!

– Ну, извините… – промямлил Павел, – я ж как лучше хотел… Чтобы потом опять не переписывать…

Павел обиженно вышел из кабинета. Андрей сразу же забыл о его существовании и в последней надежде грянул всеми десятью пальцами по клавиатуре.

8:18 АМ

From: Andrew

To: Olga

Погоди. Оленька, подожди! Умоляю!!!!

Ну пожалуйста!!!!

Дай мне еще один шанс!

Sincerely,

Andrew

И тут же, как назло, запел мобильный. Интересно, бывает ли вообще такое чудо, чтобы мобильный позвонил вовремя? Андрей взял трубку.

– Отец, ты очень занят? – поинтересовалась Катя на другом конце. – Можно тебя отвлечь?

Зависла какая-то тяжелая тишина, во время которой Андрей пытался осознать, где он и как ему отвечать.

Не-е-ет, господа, так нельзя – тяжко вырываться из одной атмосферы в другую: из реальной жизни падать в вирт, а потом из вирта выныривать в реал… Надо помещать людей в барокамеру, как водолазов или космонавтов, для декомпрессии. Ну, не сразу же вот так – бери и отвечай… Гагарину же не сразу после приземления вопросы задавали!

Конец ознакомительного фрагмента.

1

Первая часть латинского изречения Dura Lex Sed Lex – «Закон суров, но это закон».