Тайная стража России. Очерки истории отечественных органов госбезопасности. Книга 6 - Коллектив авторов

Визит главы Советского государства в Индию состоялся с 26 по 30 ноября 1973 г. Поляков, как военный атташе, принимал участие во всех общих официальных мероприятиях. В предпоследний день пребывания Брежнева в Индии в посольстве СССР в Дели был проведен с участием главы Советского Союза партийных актив. Как показывал на следствии Поляков, ничего, что бы представляло интерес для американцев, там сказано не было.

Диллон интересовался, сколько раз в среднем выпускник Военно-дипломатической академии выезжает в загранкомандировки. Опираясь на сведения, ставшие известными Полякову в ходе одного из совещаний в ГРУ, он сообщил, что в среднем выпускник выезжает всего два раза. Столь малая средняя величина объясняется большим количеством нарушений, допускаемых сотрудниками ГРУ в период загранкомандировок. В основе их лежат аморальное поведение, корыстные интересы, злоупотребление спиртным и прочее, вплоть до совершения спекуляции и контрабанды.

В этот день Поляков много говорил о вербовочном контингенте ГРУ и основах вербовки. Он рассказал Диллону, что прежде главной основой сотрудничества с ГРУ являлась идейная убежденность людей, а теперь материальная заинтересованность.

Почти все такие беседы с Поляковым Диллон записывал на портативные магнитофоны. Отвечая на вопрос о проводимой ГРУ вербовочной агентурной работе, Поляков рассказал о методах, используемых в агентурной разведке, новых направлениях в разведывательной деятельности, имевшихся успехах и неудачах. В частности, он отметил, что качество этой работы в ГРУ имеет тенденции к снижению в силу того, что сотрудники стали откровенно бояться выходов на вербовку иностранцев и не хотят рисковать своей карьерой, да и потом появилась возможность получения информации легальным путем в открытой печати. Поляков рассказал, что добывание военной и технической информации является не просто выгодным, но и престижным занятием для ГРУ. Задания на этот счет ГРУ получало от Государственного комитета СССР по науке и технике (ГКНТ). Слушая рассказ Полякова, Диллон буквально «загорелся» идеей получения такого задания и просил его помочь заполучить такой документ.

Поляков выполнил егопросьбу. Он перефотографировал и передал американскому разведчику на конспиративной встрече фотопленку с документами центра, содержавших круг вопросов по проблемам, интересовавшим как непосредственно центр, так и Военно-промышленную комиссию (ВПК) при Совмине СССР. Данные документы, как указывал Поляков на допросе, вызвали наибольший интерес у американской разведки и заслужили наивысшую оценку с ее стороны.

Поляков передавал американцам не только документы, которые содержали обобщенную или сводную информацию, но и многие другие, представлявшие интерес для американцев и дававшие представление о существе проводимых или намечавшихся мероприятий, замыслах и заданиях Центра, их реализации на практике, результатах работы, а также и о техническом ее обеспечении.

На последней перед отъездом в отпуск конспиративной встрече с Диллоном, состоявшейся в мае 1974 г. в доме американского разведчика, Поляков получил условия связи в Москве, разведывательное задание, шифрблокноты для работы через тайники и почтовый канал, конспиративные адреса в США, образцы открытых текстов для использования при почтовой переписке. Для маскировки названного снаряжения ему тогда же было передано Диллоном удилище спиннинга со встроенным в его рукоятке тайником.

В мае 1974 г. Поляков выехал в отпуск в СССР, вывозя в своем багаже сокрытые предметы шпионской экипировки. Будучи в Москве, подобрал несколько мест для организации в будущем связи посредством использования бросовых контейнеров.

По возвращении из отпуска дал об этом знать Диллону через военного атташе Кинга. В течение последующего года пребывания в Индии Поляков провел в магазинах и лавках при отелях «Оберой» и «Ашока», в специально снятом ЦРУ номере в отеле «Оберой», у себя в доме и коттедже Диллона 12 конспиративных встреч, в ходе которых регулярно передавал фотокопии оперативной переписки и, в том числе, изготовлявшиеся с помощью полученного от американцев приспособления «каталки».

К концу 1974 г. КГБ установил, что Диллон являлся сотрудником ЦРУ, возглавлял секцию и вел активную работу против СССР. Об этом в одной из бесед ему сообщил резидент КГБ в Дели Я. М. Медяник. Полякову стало понятно, что официальные встречи необходимо с Диллоном прекращать и целиком переключаться на конспиративные. К тому же в конце марта 1975 г. поступило указание центра о прекращении всех контактов с Диллоном. Теперь встречи с ним Поляков стал проводить на конспиративной основе в основном в номерах делийских отелей.

В соответствии с разработанным американскими спецслужбами планом, направленным на дальнейшее укрепление авторитета Полякова в глазах руководства ГРУ, с апреля 1974 г. он под видом разработки, а затем и привлечения к секретному сотрудничеству с советской военной разведкой проводил работу со специально подобранным в качестве источника ценной документальной информации техником аппарата военного атташата США сержантом Р. Марцинковским, завершившуюся в январе 1975 г. в связи с убытием того из Индии.

На одной из конспиративных встреч Поляков подробно рассказал Диллону о руководящем составе ГРУ. Дал им характеристики, рассказал о взаимоотношениях между руководителями. Затем он поведал американскому разведчику о том, что ГРУ с момента переезда в новое здание получило в свое распоряжение вычислительный центр, занимающий целое крыло здания. Собранные, обобщенные и проанализированные данные сосредотачивались там, а затем направлялись в соответствующие подразделения для использования в работе, а также докладывались командованию ГРУ, руководству ВС СССР или в ЦК КПСС.

На предшествовавших отъезду в августе 1975 г. в отпуск заключительных, конспиративных встречах с Диллоном Поляков прошел обучение, в ходе которого ознакомился с инструкцией и устройством быстродействующего приемопередатчика, предназначавшегося для использования в условиях Москвы в целях поддержания двусторонней радиосвязи с американской разведкой, практиковался в наборе текстов сообщения, ведении и приеме передач, нанесении тайнописи на внутренних поверхностях конвертов, а также обсудил и отработал условия связи в Москве. Тогда же он получил две шифровальные таблицы для тайнописных сообщений, два письма-прикрытия в не заклеенных конвертах, две инструкции по нанесению и проявлению тайнописи и др.

Находясь с 5 августа по 10 октября 1975 г. в отпуске в Москве, Поляков ознакомился с местом тайника «Собака», подобрал фотонегативы панорамы Москвы, открывавшейся из окон его квартиры, необходимые для определения возможности ведения прямой лучевой радиосвязи из нее, а также занимался сбором сведений