Гроза над Миром - Венедикт Ли

Наоми обняла Пини.

- Дорогая моя подружка! Есть причина, по которой я вынуждена поступить так мягко. Когда-нибудь объясню. Ни ты, ни я не должны казнить ее. Поверь мне. А поручить другим... Можно ли смердам разрешить убивать аристократов? И тем разрушить сакральность нашей власти?

Пини не слушала ее, глядя себе под ноги. А транспорт тем временем скрылся из вида, унося с собой злой рок Гнезда Ваги.

Мы шли обратно к башне, где располагался вход в тоннель, ведущий в Гнездо. Вошли в маленький дворик. Отсюда Наоми уводили на казнь! А сейчас она невозмутимо отшвырнула подвернувшийся под ногу камешек.

- Сделано, Рон! Срубила верхушку. Дальше - новая проблема. Похуже.

Я знал, о чем речь. Куда уж хуже. Да и поспешность, с какой Наоми праздновала окончательную победу над властителем Острова, настораживала.

- Вы недооцениваете сохраняющуюся харизму первого адмирала. Среди ветеранов найдутся сильные его сторонники...

- Да при чем тут Вага! Какое дело актеру, кто пишет ему роль? Конечно, способный исполнитель может делать импровизации по ходу пьесы, а Вага - да, талант.

Наверное, я слишком долго держал рот открытым.

- Тьфу, на вас, Рон! До сих пор не взяли в толк, кто на деле все двадцать лет правил Островом?

Могучий вождь Острова - Великий Вага, окруженный сонмом талантливых флотоводцев. Демократическая система назначений военачальников и глав городских администраций. Первый адмирал - поистине первый среди равных, его авторитет так велик, что никто не противится его воле. Даже сестра, гордая женщина, случись провинность, безропотно отбудет положенные дни под домашним арестом. Лишь бы жил миф о великом вожде. Но протекли неумолимые годы...

Сценарий иссяк, актеры устали и взбунтовались, и великий режиссер Бренда Картиг покинула свой театр.

17. АНТЕГРИ

Светало. Сквозь шелковую кремовую штору в окно струился мягкий свет и отражался от белых стен узкой длинной комнаты. На комоде за изголовьем кровати надоедливо стучали часы. Мано с облегчением вздохнул: можно вставать. Всю ночь промаялся бессонницей, а заснуть под утро - весь день чувствовать себя разбитым. Он тяжело повернулся, сел на кровати, моргая. У дубовой двери (Мано всегда запирал ее на ночь) стояла Левкиппа.

Длинное платье из розового муслина, тонкая талия туго перетянута широким зеленым поясом. Левки ростом была больше среднего, а уложенные короной льняные волосы делали ее еще выше. Тонкие черты лица казались резкими - Левки не мешало бы набрать вес. Впрочем, для семнадцати лет эта худоба - здоровая. "Чего ты хочешь от меня, девочка? Ведь ты давно умерла, зачем же тревожишь живого?"

Мано шумно выдохнул, с силой потер лицо руками, встал и нехотя поплелся в ванную. Долго плескался и фыркал, пока не почувствовал себя бодрее. Тщательно побрился, ни разу при этом не порезавшись. Когда он снова вышел в комнату, призрак уже исчез. Впрочем, он и не появлялся. Беда - иметь слишком развитое воображение. Раньше он такой болезнью не страдал. Это все Наоми.

Вчера заявилась к нему запросто и завела речь о Левкиппе. Мало ей показалось всего, что сумела выудить с помощью ловко задуманной провокации. А чем занималась Левки в Норденке, а с кем дружила, а... Мано вдруг обнаружил, что милые манеры Наоми внушают ему страх. А она, ничуть не смущаясь, продолжала выпытывать. Карие глаза смотрели внимательно, проникали в самые потаенные мысли Мано.

- Вы дежурили у постели Левкиппы по очереди с Брендой? - она хотела знать, как часто Бренда оставалась с больной наедине.

К чему все это? Не сумев оправдаться, Бренда отправилась в бессрочное изгнание. Склеп Левки снова закрыт, а тело несчастной Денизы все еще покоится под каменным полом подземной тюрьмы. А Наоми никак не угомонится. Темно-коричневая полоса опоясывает ее горло, как память об ужасном испытании. И жажда мести не утихает в ее душе.

Поймав взгляд Мано, дотронулась пальцами до шеи.

- Все еще болит, там... глубоко под языком. И когда глотаю... По-вашему: след надолго остался?

- Э-э... месяц примерно...

Поблагодарила кивком, и неприятный разговор продолжился. И, как следствие, всю прошлую ночь перед внутренним взором Мано разворачивались картины пережитого десятилетней давности. И появилась Левкиппа.

Мано оделся и, как всегда опрятный, вышел на прогулку. Завтракать не стал. Сад с восточной стороны Гнезда, ближе к берегу, не ухожен, тропинка поросла травой. Мано не очень любил гулять здесь, но сегодняшним утром выбрал этот маршрут. Раздвинул влажные от росы ветки. Тропа шла дальше прямо, а еле заметное ответвление уводило правее. Мано свернул к берегу.

Деревья кончились, и открылась четко обрубленная гранитная плита, выдававшаяся в пустоту. Огромная голубизна бухты, размытая на горизонте, лежала у ног Мано, он аккуратно встал носками ботинок вровень с краем. Берег здесь обрывался совершенно отвесно. Тщательно следя за равновесием, Мано осторожно глянул вниз, в двухсотметровую пропасть. По левой щеке ласково скользнул новорожденный солнечный луч. Мано сощурился и шагнул вперед.

Невесомость ожгла тело ознобом, тут же сменившимся эйфорией. Мягкая ласковая голубизна поднималась снизу, смыкая вокруг него свои объятья. И незаметно превратилась в густеющую синь, стремящуюся заглотить и пожрать его. Воздух уплотнился, его тугие плети стегали тело, трепали одежду.

И время навсегда остановилось для доктора Мано.

Командира той части чистильщиков, что отказались подчиниться новоявленному вождю, звали Мерк. Штаб его располагался в восточном пригороде Вагнока, в двухэтажном каменном доме на берегу Виолы. В случае чего - дополнительный путь для отступления. Но сейчас Мерк о нем не вспоминал. Такой козырь в руках!

Охрана разместилась внизу, а второй этаж занимал сам Мерк и... Он в очередной раз подивился редкой удаче. Улыбка судьбы.

Звякнул дверной колокольчик. Мерк насторожился - звонок неправильный. Все его подчиненные знают код, а здесь... Бронежилет, собранный из множества пластин закаленной стали (двадцать кило веса - только сильный человек, вроде Мерка, мог его таскать) он еще не успел снять. Взял пистолет, пошел к двери, горбатая тень следовала за ним по желтой от старости побелке стен.

Рявкнул:

- Какого лешего... на ночь глядя?!

Ответил звонкий мальчишеский голос:

- Письмо для вас, командор Мерк!

Понятно. Посыльный от кого-то из вожаков в самом Вагноке, потому охрана его и пропустила. Мерк снял дверной засов.

В свете ламп на узкой лестничной площадке перед ним предстала невысокая девушка, молоденькая, довольно смазливая, обряженная вместо платья в невзрачный комбинезон. Маленькая ее ладонь сжимала такой же маленький револьвер. Сама?!