Божественная дипломатия - Юлия Фирсанова

  - Да уж, герцог у нас весельчак..., - иронично подтвердил король.

Глава 23. Во саду ли нагородят

  Переодетая в самое простое и короткое свое платье цвета малахита, разобравшая замысловатую прическу и стершая с лица всю косметику Ижена была просто потрясена, когда новая подруга, тащившая ее в Сады, мимоходом призналась, что гулять они будут вместе с ее братом - принцем Джеем. Но отступать было поздно!

  'Пусть не удастся произвести ослепительное впечатление на мужчину своей мечты, но зато выпадет шанс побыть в его обществе', - решила жрица. А чуток подумав, присовокупила к этому доводу еще один утешительный, насчет того, что принцу Джею представится возможность узреть, насколько разной может быть она, Ижена, - и строгой жрицей, воплощающей могущество Авитрегона, и веселой девушкой. Мужчины ведь, как она слышала, любят разнообразие!

  Но, оказавшись в Садах и увлекшись играми с Бэль, юная жрица вовсе отодвинула на задний план мысли о том, что принц Джей является объектом ее воздыханий. Наносное кокетство, то и дело проскальзывавшее в ее поведении поначалу, испарилось, оставив лишь естественную грацию и живость. Играть с Бэль и Джеем оказалось так интересно, куда интереснее, чем заигрывать! Официальные обращения и 'реверансы' были отброшены в сторону. Сложно соблюдать нелепые правила приличия, играя в лесу. И в маленькой компании установились великолепные панибратские отношения.

  Даже осторожный, как лис у своей норы в сезон охоты, Джей быстро сообразил, что 'военные действия приостановлены', и сейчас со стороны Ижены ему нечего опасаться. Мужчина отрывался на всю катушку. Он забавлялся, как в детстве, когда его фантазии по части шалостей, не знавшие границ, доводили до умопомрачения Лимбера. Значительно позже король сообразил, что могло быть хуже одного маленького проказливого сына, всюду совавшего свой нос и тащившего все, что плохо, хорошо, а пуще того очень хорошо лежит, если это 'все' плохо, хорошо и очень хорошо охраняется, особенно если это охраняется хорошо. В последнем подрастающий Бог Воровства видел вызов своим таланам. Так вот, хуже мог быть только Джей в компании Рика. При объединении, попирая законы сложения, сила и радиус действия парочки богов возрастали многократно. К счастью для государя, периоды взросления братьев не совпали.

  Принцу Джею очень легко было включиться в подростковые забавы, быть может, и потому, что, как в детстве, так и по сей день, вся жизнь для него была интересной игрой со своими призами (завоеванные женщины, наворованные или выигранные сокровища), приключениями и штрафными очками в виде недовольных его талантами грубых субъектов с канделябрами или стражников с пиками.

  Переиграв в несколько десятков разнообразных игр, веселая троица остановилась на прятках, причем лучшим водилой оказался именно Джей. Он исполнял свои обязанности поисковика с прибаутками и шутливыми угрозами, такими, что наловчившиеся искусно прятаться девушки частенько выдавали свое присутствие сдавленными смешками.

  Но даже в самый светлый день на ясном небе может оказаться нежданная туча, выбравшаяся из своего темного убежища где-нибудь в мрачной-мрачной Грозовой стране. Там, как рассказывала Бэль нянюшка, прячутся в солнечный день все настоящие тучи.

  Принц Нрэн - гроза безоблачного детства принцессы Мирабэль - хоть и пропадал временами в длительных походах, но не скрывался в Грозовой стране. После официальной трапезы бог вышел из замка, чтобы проверить, как поживают свежие посадки карликовых вишен, одевающихся в нежно-розовое покрывало в пору цветения. Деревца эти были привезены воителем из одного милого сердцу мира, где люди никогда не спорили со старшими и высшими по званию. На сей раз, намереваясь добраться до саженцев в тишине и покое, воитель выбрал иной, нежели утром, маршрут. Бог понадеялся, что ему удастся совершить тихую прогулку, не встречаясь с безответственными, шумливыми родичами, готовыми превратить весь Сад, как и весь мир, в бордель. Но мечте Нрэна не суждено было сбыться. Когда мужчина проходил по тропинке мимо темной зелени зарослей старых раскидистых канчар, его ушей достиг подозрительный звук - заливистый веселый смех Бэль. Вместо того, чтобы расчувствоваться и умилиться, ударившись в восторженные воспоминания о собственном беззаботном детстве, Нрэн насторожился. Воин был упрям, твердолоб, но вовсе не глуп и отлично понимал, что перечисленные им несколько часов назад занятия, подобающие настоящей принцессе, не способны вызвать у младшей сестры столь искреннюю радость.

  Ведомый чувством долга, возведенным в ранг абсолюта, Нрэн не позволил себе даже вздоха сожаления. Лишь скорбная вертикальная морщинка пролегла на его лбу, когда он решительно шагнул с тропинки и двинулся на голос.

  Что удивительно, Бэль была не на, а под деревом. Задрав вверх голову, она стояла у раскидистой канчары, обхватив, насколько могла, руками темный ствол, и советовала кому-то, скрытому в густой листве:

  - Уголок платья спрячь. Вот! А теперь правую руку чуть-чуть вверх подними.

  - Так? - переспросил сверху веселый девичий голосок.

  - Ага! Все! Здорово, теперь он тебя никогда не найдет! - довольно заключила принцесса, подтянув штаны.

  'Теперь она не только лазает по деревьям, но и затаскивает туда подруг', - мрачно решил принц и начал свой разговор с сестренкой не с фирменного слова 'ТАК', а с грозного окрика, задействовав одну пятую силы командного голоса:

  - Бэль!

  Бэль вздрогнула всем телом и мигом отскочила от ствола, спрятав за спину испачканные в соке трав и земле руки.

  - Мне помнится, я запретил тебе лазить по деревьям, - констатировал Нрэн, с осуждением оглядывая растрепанную головку и наряд принцессы - потертые одежки с плеча Лейма. Если б не Элия, отстоявшая право Бэль свободно одеваться для игры в Садах, бог устроил бы выволочку сестре и за неподобающий вид.

  - Ты сказал: 'Чтобы больше я тебя на дереве не видел', - уточнила формулировку запрета принцесса и невинно добавила: - Вот я и стою тут на травке. Мы в прятки играем!

  Воин смерил сестренку недоверчивым пронзительным взглядом, словно просветил насквозь желтым рентгеном, пытаясь понять, уж не язвит ли малышка, и рявкнул персоне, абсолютно скрытой благими советами Бэль в густой листве канчары:

  - Слезай сию минуту!

  - Зачем? Вы с нами ведь не играете и не водите! И почему вы кричите? Нам так весело! - ответил дерзкий голосок.

  - Затем, что я так велел, - игнорируя все прочие вопросы, категорично обосновал свой приказ воитель, не привыкший к спорам ни в своем войске, ни в семье.