Скажи миру – «нет!» - Олег Верещагин

…Мы сидели плечом к плечу на камне над небольшим озерцом дождевой воды, похожим на зеркало в рамке из багрового гранита. У наших ног в ровной, спокойной поверхности отражались мы сами: одинаково обнимающие руками коленки, с почти одинаково длинными волосами, темными и уже начинающими завиваться на висках и на концах сзади у меня, русыми и прямыми у Танюшки. Последнее время она заплетала их в тугую косу (мне не очень нравившуюся, но удобную), а я свои перехватывал кожаной повязкой, но сейчас, после купания, волосы у нас были распущены – сохли.

– Подрезать пора. – Она провела пальцем по моей шее. Я невольно дернулся, Танька повторила жест и хихикнула.

Я недовольно спросил:

– Подрезать что? Шею мне?

– Дурак, – резко сказала она, но тут же погладила меня по плечу: – Извини, я не подумала. Тебе правда надо постричься, хотя бы подкоротить… – Она запустила пальцы в мои волосы, довольно безжалостно подергала.

– Ну пусти, – пробормотал я, не пытаясь освободиться. Она вместо этого рывком притянула меня к себе…

…Губы Танюшки были солоноватыми от высохшей на них морской воды. Горячими и живыми. Глаза блестели шалой зеленью, и в них отражалось мое лицо с такими же безумными глазами. Мы оба хорошо знали, чем кончится эта игра с поцелуями, – и оба не очень торопились.

В такие мгновения казалось, что они – навсегда.

Шумит река времен,И ночь идет к концу,И дым густых надеждСкатился по лицу.

Я по цветам идуНа дальний свет звезды,Где были мы с тобой,Где только я и ты!Ты моя судьба!Я люблю тебя!

Я тебя никому никогда не отдам,Нас не сможет согнуть никакая беда,Не разлучат враги, не достанут года.Я тебя никому не отдам!!!

Я тебя никому никогда не отдам,Я тебя пронесу по горящим мостам,По горам, небесам, по зеленым лугам.Я тебя никому не отдам!Не отдам!

– А Саню ты зря отпустил, – сказала Танюшка.

Она сидела у меня сзади на пояснице и делала массаж. Приятно было – жуть. А вот разговор мне не слишком нравился. Я уже почти совсем собрался промолчать, но не удержался:

– Я никого не неволю, Тань, оставаться со мной. Но те, кто остается, должны выполнять мои приказы. Саня захотел уйти – это его дело.

– И все-таки это неправильно, – упрямо сказала она. – Когда Север пойдет в предварительную разведку?

– Завтра, – буркнул я, уже предвидя ее просьбу.

– Олег, скажи ему, чтобы он поискал Саню и предложил ему вернуться, а?

Было еще совсем темно, когда Север меня растолкал. Зевая и тряся головой, я поднялся, прошел к выходу. Андрюшка Соколов, стоя уже снаружи, перетягивал ремень.

– Возьми еще кого-нибудь, – предложил я. – Вдвоем мало ли что…

– Быстрей обернемся, – отмахнулся Север, одергивая свою «вечную» кожанку. Зевнул, прилязгнул сильными челюстями, засмеялся: – Нет тут никого, Олег. Не могли же они из воздуха появиться?

– Ладно… Если встретишь Саню с его олухами – заверни их, договоримся как-нибудь, – вспомнил я.

Север, помедлив, хлопнул меня по плечу:

– Это ты правильно… Постараюсь их найти.

– Ну ты все-таки разведку веди, а не Саню ищи, – спохватился я.

Игорь кивнул:

– Ладно, ладно… Скажи Кристинке… – Он махнул рукой: – А, ладно. Вернусь – сам все скажу… Андрей, готов?

– Готов, – буркнул Соколов, тоже зевая и расчесывая пятерней волосы.

– Ну и пошли. – Север первым зашагал вниз пружинистым шагом и растаял в смешанной с ранним туманом предутренней тьме.

Я еще какое-то время смотрел ему вслед, зевая и ежась. Потом окликнул часового – Игорь Мордвинцев отозвался коротким свистком – и пошел досыпать.

К вечеру отмахали километров двадцать вверх, вниз, с вершин холмов внимательно осматривая окрестности. В конце концов Андрей махнул рукой и объявил:

– Все, хватит на сегодня. Нет тут никого.

– Да, пожалуй, – согласился Игорь, ослабил пояс и перевязь. – Давай вон туда, в лощинку, спустимся. Там костер не будет видно.

– Трепещешь? – фыркнул Андрей.

– Да так, – улыбнулся Игорь, – на всякий случай.

– Вообще-то правильно, – согласился Андрей и, подфутболив носком мягкого сапога камешек, огорченно сказал: – Я думал, чего найдем, поэтому и вызвался… Так бы я фиг от Ленки ушел. – Он толкнул локтем Севера. – Знаешь, как с ней трахаться здорово?

Север хмыкнул. Он, конечно, спал с Кристиной и мысленно согласился с другом, но, будучи более сдержанным и воспитанным, тему не поддержал. Что, впрочем, не мешало Андрею ее развивать…

Мальчишки, спустившись на дно ложбины, обогнули росшие там понизу кусты и…

…Первые урса стояли метрах в пяти от них – стояли и прислушивались, а дальше их были еще десятки. По всему дну ложбины. Две или три секунды мальчишки смотрели на урса. Те тоже не двигались – очевидно, ожидая, что сейчас из-за кустов появятся еще белые. Потом Север истошно вскрикнул и, молниеносным движением метнув нож, увязший точно в горле у первого урса, толкнул Андрея плечом назад:

– Бежим!

Они рванулись вверх по склону. Но верхним краем лощины уже хрустели, ломаясь, кусты – там мелькали султаны из перьев на масках, наперерез ломилась еще одна группа!

– Беги один! – крикнул Север. – Туда беги! – Он почти швырнул Андрея дальше по склону оврага. – Беги, я их задержу!

– Я тебя не брошу! – крикнул Андрей, хватаясь за меч над плечом. Север зарычал:

– Дурак! Наши же думают: тут никого! Беги же, всех погубишь!

И снова толкнул Андрея. Тот попятился. Потом повернулся и побежал. Сразу изо всех сил.

Так, тут – все. Второй нож полетел в первого из бежавших поверху, и тот покатился вниз, пробил своим телом кусты, застрял там, словно какой-то манекен. Игорь прыжком выскочил на край лощины. Со всех сторон – ближе, ближе – лезли озверелые рожи или страшные маски. За Андреем не бежал никто – вот и хорошо…

Все? Кажется – все. Значит, вот как это… А где же страх? Где вся жизнь, промелькнувшая перед глазами?

«Прощай, Кристина», – подумал он, выхватывая шпагу и дагу, – они послушно, с радостным гудением, описали в сильных руках зло свистящие «восьмерки».

Но он, наверное, все-таки еще не верил в смерть, отталкивал ее всей силой своего недолгого существования, всем своим крепким, живым мальчишеским телом, всей жаждой жизни – когда, не дожидаясь броска урса, сам прыгнул вперед.

И успел подумать еще, что Андрей теперь точно успеет и все будет хорошо…

…Его убили только через полчаса, брошенными в спину толлами – после того, как отчаялись свалить в рукопашной.

Жалобно выли раненые. Их было около десятка, и почти все уже не бойцы. Убитых было девятнадцать – их порубленные и поколотые тела лежали на краю лощины и на склоне, застряв тут и там в кустах. Землю пропитала лениво льющаяся кровь. Валялось изломанное оружие, рассеченные щиты и маски.