Упасть в небо - Надежда Кузьмина

«Вспомни, что викинги — воинственный народ. Они воевали столетиями, в том числе и друг с другом. В большинство гаваней — из соображений безопасности — так просто не войдёшь. Наверху — тишь да гладь, а под водой — затопленные корабли или что-нибудь ещё, обо что днище запросто пропорешь, — сообщил легкомысленным тоном Шон. — Вот и ползём, как змея на верёвочке».

Не очень здорово. Выходит, без помощи местного лоцмана «Камбале» обратно в море не выйти?

«Булинь сюда не в первый раз приплыл. За него не беспокойся».

Ладно.

Но всё же уйма выглядящих воинственными бородатых здоровых мужиков в драккарах, горланящих что-то в такт взмахам вёсел, пугала. И, как подплыли ближе, стало видно, что на берегу тоже собрался народ. Толпа. Ясно, пришли посмотреть на владык герцогства Сайгирн. А им вместо герцогини — воробья-недоростка на тоненьких ножках… Вот сейчас я понимала, зачем нужна свита. У нас же достойно по викинговским меркам смотрелся один Борин йор Бредли — высокий, плечистый, с могучей шеей и суровым лицом, богато одетый, с длинным мечом — настоящий мужчина, воин. Мы — Ас, Кай, Лив и я — четыре кильки — могли вчетвером спрятаться за одним гребцом средних габаритов. Шон — и в белобрысом обличии тоже — выглядел привычно-несолидно-встрёпанным. А что подумает конунг при виде невозмутимо-ехидного Лиха, чистящего ногти серебряным кинжальчиком, вообразить было страшно. Лишь бы не решил, что эта дама — моя камеристка. А то конфуз может выйти. Эх, надо было брать с собой Сианурга!

«Думай тише. А то будет не конфуз, а колы по драконьему весь следующий семестр», — пихнул меня локтем в бок Аскани.

Оглянулась. Кай закусил губу. Лив сжал кулаки добела. Тоже нервничают. И почему-то сразу стало спокойнее. Парни тут из-за меня, я их сюда притащила, выходит, я за них и отвечаю. Значит, мне сдавать нельзя. Так что задеру подбородок повыше, выпрямлю спину, расправлю плечи и буду вести себя так, как вела бы леди Астер. Насколько смогу.

«Молодец!» — ментально улыбнулся Ас.

Ой, а как там начиналась моя речь? Я забыла!!!

Всё оказалось не так плохо.

Да, была шумная толпа казавшихся мне огромными людей. Но я постаралась выкинуть из головы все страхи и действовать, как условились.

Остановилась наверху сходней — так меня видели все, а я была выше даже самых рослых мужчин. Подняла руку в расшитом серебром рукаве ладонью вперёд, добиваясь тишины. Понятно, что успех был относительным… но Шон пообещал магически усилить мой голос. Если засиплю или сорвусь на писк — он подправит.

Смутило то, что было непонятно, к кому обращаться. Может, сейчас нужно не ораторствовать, а просто попросить отвести нас к конунгу? Жалко ведь вызубренную речь зазря тратить… Но что-то сказать, как-то поприветствовать собравшийся народ казалось нужным. Ладно, говорю!

Справилась я, вроде бы, хорошо. Больше всего радости вызвала последняя часть моего приветствия — с перечислением подарков в трюме «Камбалы».

Теперь, по местному протоколу, нас должны были пригласить сойти на берег.

Толпа расступилась, отхлынула, как вода со спины поднимающегося из пучины кита, образуя проход, начинавшийся от сходней нашей шхуны. А на другом конце живого коридора нас ждали несколько мужчин.

«Вот и Ульхдаттвар Могучерукий», — ментально сообщил Шон.

Кого он имел в виду, объяснять не требовалось, наброшенная на плечи дюжего дядьки средних лет огромная белая шкура говорила сама за себя. Как и властный вид шкуровладельца.

«Не тушуйся, лучше посчитай, сколько раз тебя в такую обернуть можно», — хмыкнул Ас.

Меня — наверное, от нервов — чуть не пробило на смех. Надо уточнить у Аса условия задачи — будем заворачивать по ширине или по длине?

«Тебя или шкуры?» — отозвался Ас.

Страх пропал совсем.

Стараясь ступать уверенно, сошла на берег и, не оглядываясь, двинулась навстречу конунгу. Толпа, в которой были и женщины, все как одна меня заметно выше, загудела. Как мне показалось, разочарованно. Ага, оценили габариты и стать «властительницы». Переживу… Дракон растёт из души.

Собаки выскочили внезапно, я даже не поняла откуда. Три огромных серых пса с оскаленными зубами, рваными ушами и чёрными полосами вдоль хребтов, громко лая, бросились ко мне. От неожиданности я чуть не шарахнулась назад, хотя собак не боялась — те не кусали меня никогда. И — вовремя вспомнила! — на мне же щит, который ставил Шон. Так чего пугаться?

Простёрла вперёд руку в останавливающем жесте. Передний пёс — самый большой, с чёрной мордой и казавшимися седыми бровями над янтарными глазами — затормозил всеми четырьмя лапами, а потом внезапно завилял хвостом и попытался лизнуть мою ладонь. Два других завертелись серой каруселью у ног. Точнее, на уровне талии.

— Энбю, назад! — раздался из толпы мужской голос.

Мой новый лохматый друг навострил уши, а затем — с места в карьер — рванул туда, откуда примчался две минуты назад. Два других пса кинулись следом.

Замечательно. Теперь платье в серой шерсти. И чем это было?

«Возможно, испытанием, — хмыкнул из-за моей спины Ас. — Я сам не полез и Ливу с Каем встрять не дал».

«То есть это — не случайно?» — удивилась я.

И тут же поняла, что да, вряд ли бы случайно в толпе на пристани оказались три здоровущих пса без привязи. Которые слушаются первого оклика хозяина… а тут их вдруг понесло! А ещё, кинься этот Энбю на грузчика с бочонком можжевеловой настойки, и самый смелый просто от неожиданности грохнет драгоценный груз оземь. А об уважении местного населения к крепким напиткам мне уже поведали. Так что на случайность не похоже…

Выходит, меня проверяли на крепость. И вряд ли эта проверка — последняя.

Как там Шон проповедовал — присмотреться и понять, вдруг что да и понравится?

Сомнительно.

После нескольких приветственных слов, сказанных верховным конунгом на викинговском мне и одобрительного хлопка могучей дланью по плечу Шона, нас проводили в выделенный нам дом для почётных гостей. Сундуки с багажом — понятия не имею, что там лежало, — отнесли туда же.

Я растерянно присела на идущую вдоль стены широкую скамью-возвышение и начала осматриваться и обдумывать увиденное.

Наверное, это и называется смешанными чувствами, когда в голове вот такая карусель и мешанина мыслей, эмоций, впечатлений. Каша. С одной стороны, я по-дурацки радовалась, что на целую голову переросла ульхдаттваровский пупок — пока шла по живому коридору, возникло опасение, что дойдя, прямо в полюс конунгова пуза и упрусь носом. И смотреться это будет весело. Конунг, кстати, сделал несколько шагов нам навстречу, и Аскани сказал, что это хороший знак. С другой стороны, беспокоила пришедшая от Аса мысль, что он не может читать мысли викингов. Выходило, что те поголовно как-то защищены от ментальной магии. С третьей, всё вокруг было очень, даже слишком, непривычным. Арнегастхольм казался намного более чуждым, чем поразивший меня когда-то Ларран.