Упасть в небо - Надежда Кузьмина

— М-да, кто бы их ни послал, пусть поломает голову, куда они делись и что с ними сталось. — Лихо хитро выкрутило кисть, с интересом разглядывая свои безупречно-чистые отполированные ногти. — Я согласен, стоит придержать информацию.

— Есть ещё нюанс, — вступил Шон. — Этот алтарь, когда летали, мы не нашли. Полагаю, тогда он ещё просто не существовал. Выходит, где-то неподалёку имеется проклятая печать. Так что держим ушки на макушке. Повторяю всем: если что — немедленно зовите меня! И никакой самодеятельности!

Я хотела было подколоть «а если тебя опять посадят в змеиную яму?», но решила, что шутки сейчас не слишком уместны. А если умных мыслей нет — лучше промолчу.

К вечеру следующего дня на горизонте — сначала как облака, а потом вполне материально — показались острова, к которым мы держали путь. Если честно, я вздохнула с облегчением. Да, пока непонятно, что будет там, — но мы хотя бы доплыли. Первая часть дела позади.

«Оптимистка ты, кузнечик! — подмигнул Шон. — Топайте-ка с уховёрткой ко мне, я тут интересные водоросли выловил — помнишь, ты про легирующие присадки для стали спрашивала? Вот в этих, — Шон приподнял с палубы зелёную соплю, — есть и хром, и марганец, и даже молибден, и ещё уйма всего хорошего, не считая тривиальных йода с кремнием. Знали б о том оружейники — плавали б тут с сачками!»

Ага. Представила лодку, полную бородатых гномов, артелью махающих вёслами и сачками… волшебная картина!

Шон хихикнул. Потом продолжил:

«Кстати, подкину идею для будущей курсовой — „Полезные свойства флоры Северного моря — мхов, лишайников, водорослей, грибов“. Думаю, ты здесь в выигрышном положении, как никто, — сама наловишь, сама посмотришь, сама напишешь. И по ходу дела трансмутацию потренируешь. Хотя тема необъятная… можно смело бить на четыре части — один год о мухоморах, а другой — о морской капусте. Как раз до диплома хватит. А потом скомпонуешь вместе — диссертация готова!»

Ух ты! Но это же за такими горами!

«Не за такими уж — перелетишь и не заметишь… — улыбнулся учитель. — Кончаем филонить, есть время — давайте заниматься!»

Да разве ж я возражаю?

Пока мы учились отличать марганец от молибдена на глазок, другие тоже не бездельничали. Лива, который хоть и старался изо всех сил, пока не прокачал магическое зрение настолько, чтобы заниматься трансмутацией, Шон озадачил упражнениями по распознаванию аур. А вместе с ним и Кайриса. Как мне показалось, Кай воспринял внимание Шона без большого энтузиазма. Пристал белобрысый непонятно кто, заставляет делать неведомо что… Вздохнув, подошла к парню сама:

— Кай, я слышала, что у тебя непростая семейная ситуация. Но позаботиться о близких ты сможешь, только если выучишься всему, на что способен. А способности растут с тренировками. Поверь, я это знаю точно.

Кай открыл рот. Закрыл. Кивнул. И уставился на заплетающего хитрой косичкой растрепавшийся конец фала боцмана. Кстати, Узел — хороший образец для подражания. Я не видела, чтобы во время плаванья тот сидел сложа руки. Сам вечно был занят и другим скучать не давал.

Булинь сказал, что к пристани Арнегастхольма мы причалим утром.

Весь вечер я сидела в каюте, вперившись в бумажку с речью на викинговском. Небольшой, на полстранички. Наверху руны, под ними — транскрипция. Что рада познакомиться с мужественным и храбрым народом, про долгую дружбу и надёжное соседское плечо. Писал сей опус Ас. Он же обещал подсказывать, если я собьюсь.

Если честно, я радости не испытывала. Мне по-прежнему жестоко не нравилось всё это мероприятие. Если б могла, немедленно развернулась кормой к этому Понехъёлду и на всех парусах почесала восвояси. Слишком много плохого было связано в моей жизни именно с викингами. Именно они напали на корабль отца и убили его, из-за них моя мама на последнем месяце беременности оказалась в холодном осеннем море, они плели заговор с лордом Баракой, они напали на нашу школу прошлой осенью и убили Агату и, наконец, они не далее как вчера устроили на нас засаду!

Как можно им верить?

«В том-то и дело, кузнечик, — послышался ментальный голос Шона. — У тебя была настоящая фобия на парней, но тут Аскани справился. И с викингами та же фигня — ты видишь в них только дурное. А нравится тебе или нет, но вы — соседи. И как-то уживаться надо. Так что лучше раскрой глаза и присмотрись к северянам повнимательнее — вдруг найдёшь что-то, что тебе придётся по душе?»

«Ты поэтому нас сюда и потащил, бороться с моими страхами?» — вздохнула я.

«Отчасти».

От какой части — задней или передней? По моему мнению, явно не от головы…

«Кузнечик упрямый недоверчивый… Подумай о леди Изолт. Ведь она тоже родом с северных островов», — пришла ментальная улыбка Шона.

Ладно, ради Валькирии попробую.

Утром мы встали ни свет ни заря, благо что ночи были белыми. Ёжась спросонья в утреннем тумане, умылись, из стратегических соображений плотно закусили жареной пикшей и расползлись по каютам — собираться. Одеться всем предстояло относительно одинаково — в синее с серебром дома Ансаби. Мне было жаль, что я не увижу парадного наряда лорда Танши — мы с Асом уже головы сломали, прикидывая, какого цвета чешуя его дракона? А Лихо как издевалось: ходило — сапоги чёрные, штаны коричневые, куртка зелёная. Или, на следующий день, синяя. А то ещё лиловую тунику наденет… И поди угадай — то ли у него по средам тяга к психоделическим тонам, то ли он что-то имел в виду. Я даже к Шону попыталась подъехать, спросить, но наставник мотнул головой с привычно встрёпанной шевелюрой и отбил, даже отбрил, мой вопрос, заявив, что о таком другого дракона не спрашивают. Хочу знать — Лихо вон оно, на мачте…

Над тихой утренней водой большой бухты ещё не развеялся утренний туман. Всё казалось чуть размытым, как капля акварели, упавшая на влажный лист. Впрочем, несмотря на рань, нас ждали. Навстречу, бодро махая вёслами, выплыли полдюжины драккаров с развешанными вдоль бортов круглыми щитами. Красиво украшено!

«Гм, украшено… Вообще-то они в бой так ходят, — мысленно прокомментировал Ас. — Но жёлтый с чёрным — это цвета Могучерукого, так что, думаю, всё в порядке».

Зарифившую паруса «Камбалу» взяли на буксир. Сначала я не поняла — зачем? Погода ясная, ветер свежий, но не сильный, гавань открытая, просторная. Правда, сколько я ни всматривалась в берег, города в привычном понимании не видела. Имелась пристань, за ней мощный вал из камней, наверху — деревянный частокол… и холмы вдали, переходящие в голубую горную гряду на горизонте.

«Вспомни, что викинги — воинственный народ. Они воевали столетиями, в том числе и друг с другом. В большинство гаваней — из соображений безопасности — так просто не войдёшь. Наверху — тишь да гладь, а под водой — затопленные корабли или что-нибудь ещё, обо что днище запросто пропорешь, — сообщил легкомысленным тоном Шон. — Вот и ползём, как змея на верёвочке».