Что-то кроме магии - Akana again

— Вы оба правы, — подытожил Барон. — А Квиринус, между прочим, подал здравую мысль: к Фелпсу кто-то может прийти и по собственному желанию. Моргана, я не про Бернадетт говорю, не шипи на меня, бога ради! Если мы хотим найти доносчика, надо учитывать и такой поворот. И кстати, Северус: доносить-то могут и на тебя тоже.

— Вы уже кого-то подозреваете?

— Пока ничего определенного... Но кое за кем я послежу. На всякий случай.

— И я впредь уж ничего не пропущу, — пообещала Моргана.

* * *

Нудный мелкий дождь трепался над Хогвартсом третий день подряд. Ничего не поделаешь, октябрь... И приходится тащиться из-под надежной замковой крыши на трибуну квиддичного поля: матч состоится при любой погоде, как объявила сегодня за завтраком энергичная мадам Хуч. К счастью, для зрителей организовали навесы.

Снейп не вмешивался в работу Крэгги, ему было достаточно того, что никто из команды не попадал после тренировок в Больничное крыло и не отстал в учебе. А то, что они едва добредали до спален — ничего, меньше будут задевать других. Как нарочно, в команду входили все слизеринские хулиганы.

Даже неискушенный в квиддиче декан заметил перемены к лучшему в их игре. Метлы остались прежними, но летали быстрее, а сами седоки стали ловчее и точнее в движениях. Даже на фоне нынешних соперников — команды Рэйвенкло, сильнейшей в школе — выглядели достойно. И дождь им не помеха, и ветер... Северус скоро перестал следить за ходом матча; мысли в очередной раз вернулись к событиям недельной давности, к тому самому утру, когда он перед завтраком собрал слизеринцев в гостиной.

Говорил недолго, стараясь излагать только факты: с ведома директора аврор-учитель вербует доносчиков, угрожает отыграться на заключенных родственниках. Мисс Мальсибер, которую он хотел сделать предательницей, чуть не отравилась, но сейчас уже поправляется под присмотром мадам Помфри. Для всей школы она пока на карантине, якобы подхватила где-то что-то похожее на драконью оспу. Нет, навестить ее пока нельзя, скоро она вернется и сама все расскажет. А ко всем остальным настоятельная просьба: при любой попытке профессора Фелпса заставить действовать против своих друзей немедленно сообщать декану. «Я на вашей стороне, понимаете? Но если не буду знать правды, не смогу вас защитить».

Несколькими днями позже Скримджер сообщил, что никаких новых обстоятельств в деле Мальсибера нет, Фелпс просто сыграл на доверчивости девушки и ее любви к брату. Необходимость прятаться отпала. Северус успел перехватить Бернадетт, прежде чем она вернулась на факультет, и втолковал, какой версии событий следует придерживаться. «Северус... то есть, простите, профессор Снейп, вы, наверное, спасли мне жизнь. Я в самом деле чуть не...» — «Лучше поблагодарите Скримджера, Бернадетт. Он сделал для вас намного больше».

...Счет 90:70, Рэйвенкло с трудом держит отрыв по очкам. Ай да Крэгги! Флитвик, как обычно, невозмутим, но трибуны ревут... Возвращению Этти радовались почти так же бурно.

А затем наступило затишье. Никто не искал декана, чтобы пожаловаться на учителя ЗоТИ, слизеринцы не косились подозрительно друг на друга, учеба благополучно шла своим чередом. Хотелось верить, что аврор оставил свои попытки. Сам Фелпс держался исключительно корректно, Снейп тоже не задевал его. А тонкая усмешка на круглом лице могла и померещиться.

90:80, но ловец Рэйвенкло успел поймать снитч! Флитвик все-таки не удержался, просиял. Надо сходить своих похвалить. Заслужили.

* * *

Башенные часы отсчитывали последний час до отбоя. В мужских спальнях Слизерина каждый занимался своим делом: стелили постели, отдавали домовикам в стирку грязное белье, перекидывались шуточками, обсуждали прошедший день... Первокурсник Алан Шейфик не принимал в этом участия. Он, не раздеваясь, взобрался на кровать и, устроив поудобнее негнущуюся в колене ногу, усиленно о чем-то думал.

Сегодня, после урока ЗоТИ, разыскивая под партами улетевшее невесть куда перо, Алан случайно подслушал один очень плохой разговор. Мама говорила, подслушивать нехорошо, и Алан бы непременно вылез из-под парты, извинился и ушел, но Манящие чары первокурсникам еще не преподавали, перо было любимым, и такого труда стоило забрался под низкую наклонную доску... Словом, он затаил дыхание, чтобы не расчихаться ненароком от пыли, и слушал.

Говорили профессор Фелпс и кто-то из старшекурсников-слизеринцев. Алан еще путался в именах и фамилиях, не сразу вспомнил его, но потом определил: Гордон Макнейр.

Гордон торопливо и, как показалось Алану, с удовольствием пересказывал то, что накануне они все узнали от своего декана. Потом перечислил всех, кто так или иначе упоминал Темного Лорда, и отдельно — очень подробно — передал слова тех, кто обсуждал возможность его возвращения.

Увечная нога затекла, Алан тихонько разминал ее и все слушал, слушал... Макнейр говорил охотно, он даже упрашивал учителя уделить ему больше времени, потому что у него есть еще сведения, еще! Но раздался звонок на следующий урок, и они оба ушли.

Мальчик выкарабкался из своего укрытия и остаток дня соображал, как лучше поступить: наябедничать декану или потребовать от Макнейра, чтобы он больше ни на кого не доносил? Но если выбрать первое, то получится, что и сам Алан — тоже доносчик? Нет — маленький кулак сердито ударил по одеялу, — в роду Шейфиков не было ябед! Но Макнейр самый сильный и рослый на факультете, и, говорят, для него кинуть Непростительным — все равно что высморкаться. Страшно связываться с таким, когда сам мал и еще почти ничего не умеешь... Но ведь великаны из старинных книг были еще больше и свирепее! Но сэр Ланселот, и сэр Гарет, и сэр Гавейн, и другие доблестные рыцари, о которых он читал и потом услышал от Барона, не испугались и вышли на бой! Значит, и он не должен бояться, если хочет стать похожим на них. Алан сполз с кровати и решительно заковылял в сторону комнат старшекурсников.

Макнейр валялся на постели и читал какое-то письмо, время от времени довольно ухмыляясь. Мельком глянул на первокурсника и продолжил свое занятие. Тот постоял немного, вцепившись в край бархатного полога, собрался с духом и пролепетал:

— Макнейр, я все слышал. Ты не