Чародейка - Кейт Остин

бы её серьёзно ранили или убили — я бы не пропустил следов, — своеобразным образом прогнал он мои сомнения.

Это было не то, что я ожидала услышать, но главное — женщина из пустыни в безопасности. И не менее ценно, что мальфар не остался равнодушен.

— Спасибо, — шёпотом поблагодарила, не смея отвести глаза от мужчины перед собой.

Насколько же он был удивительным. Шейн редко посвящал в свои планы, а методы, к которым он прибегал, были мне не всегда по нраву или понятны. Но так или иначе все его поступки совершались из лучших побуждений. К такому контрастному сочетанию было нелегко привыкнуть. Холодный айсберг снаружи, но внутри — настоящий вулкан. И это его желание помогать без ожидания награды — подкупало вдвойне.

— Можно тебя попросить об одолжении? — нерешительно спросила, без малого не перемяв в руках расписание от нахлынувших переживаний.

Что, если я переоцениваю его внутренние качества и отношение к себе?

— О чём речь? — Любопытство заиграло в малахитовых глазах.

— Тогда, перед Брэмом Дарвелсом, ты говорил так убедительно, что я поверила, будто тебе плевать на чужую жизнь. — Я смущённо взглянула на парня, испытывая укор совести за сложившееся мнение о нём в тот момент. — Не делай так больше, пожалуйста, — выпалила, пока не передумала озвучить просьбу, и отвернула голову в сторону, пряча глаза. — Не утаивай важную для меня информацию.

— Забавно, — отозвался Шейн с иронично-весёлыми нотками. — Ты хочешь, чтобы я исполнил твою просьбу, в то время как сама не выполняешь мою.

— Это какую? — Я резко повернулась в сторону Анварена, и взгляд упёрся в его шею. Оу. Когда он успел подойти так близко?

Мужчина неожиданно коснулся моего подбородка указательным и большим пальцами, приподнимая его так, чтобы встретиться своими глазами-океанами с моими, а после, установив зрительный контакт, с чувством проговорил:

— Я ведь уже просил тебя никогда не сомневаться во мне.

Глава 35

Ахиллесова пята

«Продолжай дышать. Давай же, сделай уже чёртов вдох! И умоляю, прекрати таращиться на Анварена!» — взывал разум, в то время как тело отказывалось нормально повиноваться. Зелёный омут обволакивал, заставляя растворяться в невероятно красивых глазах. Было во взгляде Шейна что-то непривычно нежное и пока непонятное для меня.

Почему-то только сейчас до меня дошло, сколько смысла умещалось в его призыве не сомневаться в нём. Мысленно возводимые мной стены посыпались пылью, выпуская ласковое тёплое чувство на свободу. Вероятно, Анварен таким образом говорил, что готов не просто оберегать меня, но и занять мою сторону при необходимости. А может, и ещё что.

Внутри кто-то довольно замурчал и потянулся.

Тем временем Шейн переместил большой палец с моего подбородка на нижнюю губу, словно забывшись, и, слегка нажимая, провёл по ней. Я замерла в предвкушении. Неужели мне в самом деле не терпится ощутить вкус его губ на своих?

Но протяжный и внезапный скрип за спиной разрушил сокровенность момента, вынудив меня наскоро отступить от мужчины и совместно с ним пронаблюдать, как под приоткрывшейся дверью запрыгала тень от ботинок, торопливо удаляющихся в сторону коридора. Кто-то явно боялся быть замеченным.

Что же получается, всё это время за нами подглядывали?

— Мне пора, — обронила я и не оборачиваясь помчалась к выходу. Между лопаток запекло от провожающего взгляда мальфара, и я ускорила шаг, сдерживая себя, чтобы не прикоснуться к горящим губам. Хорошо, что он вписал Нейта в наши тренировки. Оставаться с ним наедине слишком волнительно.

Однако затопившее стеснение было отнюдь не главной причиной, почему я спешила добраться до коридора. Тот, кто следил за нами, скорее всего ещё поблизости. Я попыталась дословно вспомнить наш разговор с Шейном, чтобы понять, как много мог узнать таинственный наблюдатель, и нырнула за дверь. В конце коридора мелькнула рыжая копна волос и тут же скрылась за углом.

Этого короткого мига хватило, чтобы я узнала их владельца. А точнее владелицу.

— Беллс, — окликнула я сокурсницу, переходя на лёгкий бег. К счастью, ведьма не стала играть со мной в догонялки и отыскалась сразу за поворотом.

— Хотела узнать, не сильно ли тебе досталось, — бросилась оправдываться сокурсница, смущаясь и избегая прямого взгляда со мной. — Но похоже, я зря беспокоилась. У тебя всё схвачено, — в её тоне проскользнули обвиняющие нотки.

Не подумала же она, будто бы я намеренно строила Анварену глазки, чтобы спастись от преподавательского гнева? Возможно, в Беллс говорила ревность. Она ведь ещё при заселении в общежитие неравнодушно отзывалась о представителе немалоизвестного рода. Или дело было в чём-то другом?

— Когда ты только успела настолько развить дар? — попыталась сменить тему моя соседка по комнате, пристраиваясь рядом и шагая со мной в одном направлении. — Я не знала, что ты так сильна.

— Я тоже, — ответила, почему-то решив умолчать, что магический финт полностью «съел» резерв, не оставив и крупицы. Уж слишком явственно от девушки ощущалось нездоровое беспокойство за мои успехи в природной магии. Да и вообще Беллс выглядела какой-то взвинченной. Может, стряслось чего?

— У тебя всё нормально? — решила уточнить. В последнее время мы редко разговаривали, обмениваясь лишь скупыми фактами по учёбе. Нехорошо с моей стороны. Вдруг у неё что-то случилось, а я дальше собственных проблем ничего не вижу.

— У меня? — Беллс настолько растерялась, что даже забегала глазами по окружающему пространству, словно проверяя, точно ли кроме нас здесь никого нет. И, к нашему общему потрясению, оказалось, что есть.

— Ка-а-ак же долго, — вышагивая из-за поворота, протянул Свейн. — Я устал ждать тебя, зайчонок. — Оборотень осклабился, вставая в проходе. У меня и без того от этого парня бегали по спине жуткие мурашки, а тут ещё такое нетипичное обращение и чрезмерно наглая ухмылка. Как будто я много лет не отдавала ему деньги, взятые в долг, и вот теперь он застукал меня у банкомата с наличкой в руках. Мол, не отвертишься, придётся расплатиться.

Беллс вопросительно покосилась на меня, должно быть, желая понять, в каких отношениях мы с блондином. А затем, верно расценив всё по моему напряжённому выражению лица, сделала шаг назад и в сторону, частично прячась у меня за спиной. Такие действия, конечно, польстили мне, вот только после Анварена я чувствовала себя выжатым лимоном. Тут бы ноги суметь унести, ни то что бодаться с оборотнем, прицепившимся ко мне с первого дня в академии.

— Надо было сделать всем одолжение и утопить своё лицо в подушке, как минимум. Избавил бы нас от необходимости лицезреть твою физиомордию и сам бы отдохнул, — недружелюбно отозвалась я и попыталась обойти парня, но тот