Проклятая весна - Эш Дэвидсон

проще. Оплата за контракт по зачистке вот-вот должна была прийти.

– Что-нибудь нужно?

Коллин подняла взгляд от новой голубой рубашки Карпика, к которой пришивала пуговицы.

– Крекеры. А еще маринад тоже почти закончился. Не мог бы ты сперва заменить бутыль в кулере? – попросила она. – Я не могу ее поднять.

Рич отправился на кухню и заменил бутыль, после чего забрал ключи из деревянной миски.

– Рич? – Она коснулась его руки, лежащей на дверной ручке, как будто чувствовала, что он о чем-то недоговаривает.

Он сглотнул и обернулся.

– Да?

– Будь осторожен. – Коллин улыбнулась ему.

Рич шагнул к ней, чтобы поцеловать в щеку.

– Вернусь через пару часов.

Прошлой ночью ливень шел стеной. Извилистая дорога была скользкой и, затянутая туманом, она больше напоминала белый туннель.

На стоянке у банка Рич вынул из бардачка фальшивое дно, достал документы и похлопал себя по заднему карману, проверяя, на месте ли бумажник. Он опустил ноги на тротуар, набрал полную грудь воздуха и толкнул стеклянные двери.

Кое-как умостившись на крохотном стуле в крохотной зоне ожидания, он качал ногой, отчего в кармане звенели ключи. Секретарша хмурилась. Специалист по кредитам появился через полчаса, раздраженный из-за того, что его вызвали без предварительной записи.

– Мистер Гундерсен.

Коридор показался еще короче, чем в прошлый раз, – прежде чем Рич успел вытереть вспотевшие ладони о джинсы, он оказался лицом к лицу с сотрудником банка.

Рич сглотнул.

– Чем я могу вам помочь? – Голос мужчины звучал устало, как будто их беседа длилась по меньшей мере вечность.

Рич ослабил ворот.

– Я… э-э… слегка не рассчитал. И пропустил платеж. Точнее, два. – Рич толкнул папку с документами к кредитному специалисту. – Похоже, что я пропущу и третий, но в следующем месяце у меня уже будут деньги. Может быть, есть какой-то… льготный период.

Мужчина пролистал бумаги, наморщил лоб, будто не помнил, как сам их составлял. Он постучал краем папки по столу и поднялся.

– Подождите минутку.

В наступившей тишине Рич слышал лишь тиканье настенных часов, скрип стула и шорох собственной одежды. Он вытер ладони о колени.

«Поразмыслите об этом пару дней».

Верхолазы никому не требовались. Может быть, он мог бы работать кем-то вроде садовника – некоторым людям не нравилось, что рядом с их домами растут высокие деревья – боялись, что они могут упасть. Пока он еще не превратился в немощного старика – работа найдется, но что потом?

Он провел большим пальцем по краю массивного письменного стола, отделанного дешевым шпоном из красного дерева.

Вернулся кредитный специалист, бросил бумаги на стол и со вздохом сел.

– Всё в порядке, мистер Гундерсен, – Он толкнул папку с документами обратно.

Рич ожидал, что прозвучат условия нового договора, суммы и непременные предупреждения о последствиях дальнейших просрочек.

– Вы полностью рассчитались, – пояснил мужчина, вновь открывая папку. – Оплачено… двадцать пятого марта. В тот день у меня был выходной, поэтому, похоже, об оформлении позаботился кто-то из моих коллег.

Рич поперхнулся собственной слюной и закашлялся.

– Что?

– Кредит погашен, – терпеливо повторил кредитный специалист.

– О чем вы? Как?

Мужчина раскрыл папку – внутри нее лежала ксерокопия кассового чека с размашистой подписью Ларка.

У Рича дрожали руки.

– Уведомление о выплате направлено на почтовый ящик № 43, Кламат.

Специалист забрал папку и несколько мгновения рассматривал чек, прежде чем снова захлопнуть ее.

– В тот день я отвез его в банк, – Рич тяжело откинулся на спинку стула, совершенно сбитый с толку. – Понятия не имел, что у него были такие деньги.

Они обменялись рукопожатиями с банковским сотрудником и Рич кое-как прошагал обратно по коридору, пока снова не оказался на улице.

Ларк, сукин ты сын, как тебе вообще удалось это провернуть?

«Дерьмо стоит дорого».

Ему хотелось закричать на всю парковку, но вместо этого Рич нашел телефон-автомат. Руки всё так же дрожали, пока он набирал номер. Коллин, возьми трубку, ну же! Он попробовал дозвониться еще раз.

Через дорогу находился зоомагазин с аквариумом на витрине.

Телефон продолжал звонить.

Рич положил трубку и перешел улицу. Над его головой звякнул колокольчик. Седовласая дама выглянула из-за кассы и кивнула в знак приветствия.

Он подошел к аквариумам: шныряющие туда-сюда рыбки неоновых расцветок и рыба-присоска, прильнувшая к стеклу всем ртом.

– А золотые рыбки у вас есть?

Его голос звенел от счастья, а в груди разливалось тепло.

Продавщица тяжело поднялась с табурета и направилась к нему. Она достала прозрачный полиэтиленовый пакет и сачок с крючка на стене.

– Которая вам нравится?

– Это для моего сына, – объяснил он, затаив дыхание, пока она наполняла пакет водой и ловила рыбу сачком.

– Что-нибудь еще? – спросила она, завязывая узел.

Касса послушно выплюнула чек.

Продавщица положила полиэтиленовый пакет с рыбкой на стеклянную плошку вместе с банкой рыбьего корма и протянула ему. Рич сунул его под мышку. На улице он прошел мимо ювелирного магазина, на витрине которого красовался кулон с единственной жемчужиной.

Вернувшись к пикапу, Рич захлопнул дверь, опустил пакет на сиденье рядом с собой и открыл синий бархатный футляр, чтобы полюбоваться подвеской на серебряной цепочке. Жемчужина, упоминание которой он видел в списке желаний на ее прикроватной тумбочке.

Он завёл машину и выехал со стоянки банка. Волны разбивались о полумесяц пляжа, когда он выбрался на прямую дорогу, а на повороте снова хлынул дождь. Пришлось включить фары.

После года тревог он ощущал облегчение. Облегчение – и покой.

Дернулись дворники.

Рич свернул за поворот – дорога Новой надежды – и пакет с рыбкой соскользнул с сиденья. Машинально он потянулся за ним, но ухватил пальцами воздух. Другой рукой он удерживал руль.

Дорога едва виднелась над приборной панелью.

Рич нащупал пакет.

«Попался».

Он поднял его себе на колени.

Где-то впереди раздался гудок.

Ослепительный свет фар залил лобовое стекло.

Рич рванул руль вправо, пытаясь свернуть в сторону. Гудок нарастал, становясь громче и искажаясь, а затем, словно в замедленной съемке, он опрокинулся…

Внизу, среди темных деревьев – серебристые отблески океана.

Рич очнулся, оказавшись вверх тормашками, ударился о пассажирскую дверь. Раздался глухой удар дерева о металл.

Оконное стекло прыснуло осколками во все стороны, встретившись с его головой; раздался грохот. Рич покатился – казалось, его тело больше ничего не весит, на несколько мгновений он взлетел в воздух. Хрустнула шея.

«Коллин».

Теперь он падал.

Коллин

Телефон звонил и звонил. Коллин толкнула дверь кухни и, топая по линолеуму, схватила трубку. Звонок так же неожиданно прервался. Энид.

Первые несколько звонков она проигнорировала, но когда поняла, что Энид не собирается сдаваться, вздохнула, стянула садовые перчатки и смахнула