Проклятая весна - Эш Дэвидсон

он рванул через кусты с такой скоростью, что ей бы пришлось бежать, чтобы его нагнать.

Оставшись одна, она продолжала звать его:

– Карпик?! – Ветер унес ее голос прочь. Заскулил пес.

– Тише. – Она присела на корточки, зажала ладонями морду старой дворняги, удерживая ее закрытой. – Тихо. Веди себя тихо.

Пес снова заскулил, она почувствовала вибрацию в ладонях.

– Все в порядке. – Она выпустила его. – С ним все в порядке. Он никогда не уходит далеко.

Чтобы доказать свою правоту, она вошла в дом. Она стояла у окна, глядя наружу, желая, чтобы он появился, заставляя себя сохранять спокойствие, положив одну руку на живот.

И вот уже почти восемь.

Коллин вышла во двор. Вдалеке раздавалось эхо голоса Рича. Кар-пик. Кар-пик. Затем внезапно все прекратилось. Значит, он его нашел? В сгущающихся сумерках она увидела Рича, пробирающегося сквозь подлесок со свертком в одной руке. Она бросилась ему навстречу. Лицо у него осунулось, на лбу залегли глубокие морщины.

– Где ты его нашел? – Она схватила дождевик Карпика и прижала его к груди.

– На другой стороне ручья. – Рич сглотнул, разжимая кулак. Бинокль Карпика. – Нам лучше позвонить Харви. Уже темнеет. И чужих следов слишком много. Нам нужны еще люди.

Ее пальцы дрожали, когда она набирала номер.

– Харви? – спросила она.

– Скажи ему, чтобы поторопился, – сказал Рич.

Рич

Коллин стояла под дождем на заднем дворе, выкрикивая имя Карпика. Он услышал шуршание шин по гравию перед домом и пошел навстречу Харви. Если бы они начали с ручья и разделились, у них было бы больше шансов найти их до того, как дождь размоет все следы. Но на подъездной дорожке стоял пикап Юджина, а из него с трудом выбиралась Энид.

– Мне нужно вернуться домой и подоить коз, – сказала она. – Еще час, и они взорвутся.

– Мы не можем найти Карпика. – Рич сглотнул. Вслух это прозвучало еще хуже. – Они с Уайетом ушли.

– Хорошо. У них около двух минут, – предупредила Энид и исчезла в доме.

На заднем дворе затихла Коллин.

– Энид вернулась… – Рич завернул за угол и тут увидел Уайета, стоявшего на краю двора, промокшего и дрожащего, его рубашка была перепачкана кровью.

– Где Карпик? – спросила его Коллин.

Уайет начал всхлипывать, и прежде чем Рич успел пошевелиться, она налетела на него.

– Что ты сделал?! Что ты сделал! – Она схватила его за рубашку, задрала ее, проверяя, цел ли он, затем встряхнула.

– Что, черт возьми, здесь происходит? – Через заднюю дверь вышла Энид.

Теперь Коллин просто орала, колотя Уайета раскрытыми ладонями, а он съежился, прикрыв голову. Рич оттащил ее прочь.

– Карпик?! – закричала она, вырываясь из объятий Рича. – Карпик?!

Энид присела на корточки перед Уайетом, держа его за плечи, по щекам его текли слезы. – Уайет, что случилось? – Самый нежный голос, который Рич когда-либо от нее слышал. Уайет зарыдал. – Уайет, где Карпик?

– Где он?! – закричала Коллин.

Энид протянула руку, чтобы успокоить ее. Повисла тишина, только капала с крыши дождевая вода.

– Карпик упал, – произнес Уайет. – Мы играли, и он упал. Он ударился головой…

– Где? – уговаривала его продолжать Энид.

Коллин напряглась в объятиях Рича.

Уайет повернулся и указал пальцем:

– У дороги.

Коллин, спотыкаясь, побежала вверх по Лысому холму.

– Коллин! Это слишком далеко! – закричал Рич. – Садись в пикап!

– Иди, – приказала Энид, видя, что Рич колеблется, и начала подниматься на холм вслед за ней.

Рич бросился через весь дом за ключами, подбежал к пикапу, из-под шин брызнул гравий. Дождь хлестал по ветровому стеклу. Его сердце билось так громко, что отдавалось в ушах, как будто повторяя имя Карпика.

Безымянная дорога покрылась влажной, скользкой грязью. Рич надавил на тормоз, остановил пикап у водопропускной трубы и выскочил наружу.

– Карпик! – Рич встал на краю дороги. Под ним гремел Проклятый ручей. Его голос эхом разнесся по зоне вырубки, и он заскользил вслед за ним, огибая сломанные бревна и развороченные валуны, пока не достиг места, где с края обрыва сошел оползень. Он оглядел вышедший из берегов ручей.

Рич сложил ладони рупором у рта.

– Ка-арпи-ик?

В любой момент с холма мог сойти еще один оползень, похоронив их с Карпиком под слоем грязи. Рич отошел назад, развернулся и с разбегу взлетел на холм, выкрикивая имя Карпика. Дождь немного поутих. Запыхавшись, Рич заскользил вниз по склону холма.

– Карпик?

Он поднялся на очередной холм, принялся продираться сквозь папоротники в зону вырубки. Рич пошел вдоль колеи, которую оставили после себя тракторы, и вдруг заметил в грязи отпечатки ног. Он присел, чтобы осмотреть их, встал.

– Карпик?

Он прислушался, всматриваясь в холм. Сгущались сумерки. Разбитые бревна лежали на боку, уступы высотой с дом загораживали ему обзор. Рич направился к пню, стоящему выше по склону, обошел его, выискивая опору для рук, пока, напрягаясь и кряхтя, не забрался на плоскую поверхность сруба и не поднялся на ноги.

– Карпик? – Его голос отозвался эхом: «Карпик…»

Его взгляд обшаривал крутой склон: следы от полозьев, глубоко впечатавшиеся в грязь, сломанные ветки, груды сухого сгнившего дерева, разбитого в щепки размером со спичечный коробок. Он подошел к краю пня, заглянул за край тридцатифутового обрыва.

– Карпик? – хрипло позвал он. В последовавшей тишине журчание ручья становилось все громче, его взгляд обшаривал узкие проходы между бревнами, кровь стучала в ушах, пока внезапно он не увидел – там, там, в тусклом сером свете: ботинки.

– Карпик! – Рич забылся и чуть не перепрыгнул через край. Он повернулся, соскользнул с самой низкой стороны пня – кора царапнула его бок – и побежал, уворачиваясь от копий расщепленной древесины, лавируя между поваленными бревнами, пока не нашел маленькое тельце Карпика, лежащего в грязи на спине.

– Карпик?

Карпик лежал, бледный и мокрый от дождя, на лбу у него виднелась глубокая рана. Рич присел рядом с ним на корточки, взял его за руку, холодную и неподвижную.

– Карпик? – Голос Рича сорвался.

Он дотронулся до горла Карпика, нащупывая пульс. Его губы посинели, волосы слиплись от крови. Капли дождя стекали по его щекам, носу. Несмотря на порез, он выглядел почти умиротворенным. Пожалуйста. Боже. Пожалуйста. Нет.

Рыдание вырвалось из глубины грудной клетки Рича.

Лучше забери меня. Пожалуйста.

Он сильнее прижал пальцы к горлу Карпика.

Забери лучше меня.

Карпик моргнул.

– Карпик?! – Сердце Рича подпрыгнуло. Глаза Карпика блуждали по небу, пока не нашли взгляд Рича. Карпик пошевелился. – Лежи, – Рич положил руку ему на грудь.

– Папа? – произнес он в замешательстве. Его губы задрожали.

– Я здесь. Ты в порядке. Теперь я здесь.

Рич осмотрел порез на лбу Карпика. Карпик поморщился.

– Извини, Печенюшка.