Катарсис. Том 2 - Василий Головачёв

Марк Фолкнер с трудом уместился в низком кресле. Напротив расположился хозяин кабинета, за его спиной устроился незаметный, как мышь, Замятин.

— Итак, вы догадываетесь о цели визита, — сказал гость по-английски, отказавшись от прохладительных напитков.

— Не догадываюсь, а знаю, — криво улыбнулся Аким Давидович, также переходя на английский язык. — Новая Революционная Инициатива готова дать отчет о проделанной работе. Хотя речь идет не о субъективном выборе, а о велении времени, о необходимости скорейшего перехода на безальтернативное управление страной. Мы многое сделали за…

— Я слышал о возникших проблемах и неудачах, — перебил Сосновского визитер.

Аким Давидович нахмурился.

— Если вы имеете в виду осечку с президентом…

— Это не осечка, дорогой вождь, это крупный провал. Советником президента по безопасности стал человек конкурирующей структуры.

— Не такая уж она и конкурирующая. Националисты — наш резерв. Но мы исправим положение в ближайшее время. Через несколько дней будет готов эксперимент по зомбированию отдельных «кроликов» с использованием масс-усилителя на основе одного из храмов Братства Единой Свободы в Вологде. После этого мы испробуем этот метод воздействия на местной элите, а потом дойдет очередь и до президентских структур. В конце лета мы будем готовы к воздействию на большие коллективы типа Думы, в конце года — на все население таких городов, как Вологда или Нижний Новгород. Психика народа, благодаря нашим стараниям через телевидение и радио, уже нарушена: он отторгает и уничтожает тех, кто пытается его образумить и освободить, и защищает тех, кто им управляет, заглотив наживку в виде «национальной идеи».

— Вы оптимист, господин Сосновский, — брюзгливо заметил Фолкнер. — Ведь все ваши лаборатории психотроники уничтожили сотрудники Катарсиса.

— Не все, — расплылся в улыбке Аким Давидович. — Конечно, не могу отрицать, Витязи Сопротивления поработали на славу, но все же кое-что у нас осталось.

— Вы все равно не смогли отыскать центры управления Катарсиса.

— И это правда. Волхвы последовательно нейтрализовали замыслы моих предшественников, ликвидировали Легион, систему храмов Черного Лотоса, разгромили пси-лаборатории, но не смогли уничтожить всю систему.

— Это не ваша заслуга.

— Но и неудачи прежних лидеров — не моя вина! — огрызнулся Аким Давидович. — Я возглавляю НРИ второй год и все восстановить не успел. Хотя мне, между прочим, удалось объединить отдельных магов для удара по Катарсису вообще и по волхвам в частности.

— Это хорошо, — показал жабью улыбку гость. — Мы вам поможем. Волхвы и у нас поперек горла… — Он замолчал, пожевал губами. — В связи с чем у вас вскоре появится новая забота.

— Какая еще забота?

— Надо будет уничтожить одного ребенка.

— Ребенка?!

— У магов распространена легенда о появлении русского мессии Сергия, у которого белые волосы, из-за чего его прозвали «серебряным мальчиком». Более того, есть подозрения, что он уже появился на свет. Ваша задача — найти и уничтожить его.

— Но где я его буду искать?! Россия велика…

— Синклит конунгов поможет установить его местонахождение. Он опасен всем, в том числе и самим конунгам. Если мы не уничтожим мальчика, он возглавит Катарсис и от нас ничего… — Фолкнер снова пожевал губами. — В общем, мы проиграем.

Аким Давидович вытер выступивший на лбу пот, нервно рассмеялся, выпил полбокала минеральной воды, погрозил гостю пальцем.

— Не пугайте меня, Марк, один ребенок не в состоянии ликвидировать Систему Сил, помогающих нам. К тому же мы не беспомощны. Власть в стране практически в наших руках. Даже криминальные группировки работают под нашим контролем. Слышали о волне похищений людей с целью выкупа? Работают два десятка банд, но заказчик — НРИ. Это наш самый крупный источник доходов после торговли наркотиками и оружием.

— Вам придется прекратить этот бизнес.

— Почему?!

— Он опасен. В конце концов вас вычислят и дело Новой Революции провалится.

Сосновский набычился, зло сверкнул глазами.

— Вот что, господин контролер. Россия — моя вотчина! Что хочу, то с ней и делаю! Не суйте свой нос в чужой карман. Я знаю, что у себя в Америке вы тоже не брезгуете кое-какой… торговлей.

— Я просто предупредил, — флегматично сказал Фолкнер. — Дело ваше. Что еще вы можете добавить?

— Многое, — остыл Аким Давидович. — Я подготовил полный отчет о проделанной работе. — Он достал из кармана миниатюрную дискету, отливающую перламутром, передал своему молчаливому телохранителю, и тот вложил ее в ладонь Фолкнера.

— Кстати, — продолжал Сосновский, — мы имеем не только провалы, но и успехи. Две наши программы подготовки населения к неизбежной смене власти уже сработали и завоевали миллионы сторонников.

— Какие именно?

— Одна из них — программа «Нет выхода». Она проводится по всей стране, но в Москве ее действие наиболее наглядно. По столице расклеены плакаты и надписи «Нет выхода», на тысячах дверей, в метро, в общественных местах, на рекламных щитах. Казалось бы — чепуха, мало ли что где написано, никто не обратит на это внимания. Но обращают! Программа работает! Людям внушается чувство тоски и безысходности, что все плохо, а будет еще хуже. Это отличный метод кодирования. А мы им предлагаем выход — с помощью второй программы под названием «Убей бюрократа!». Наши идеологи через телевидение и СМИ предлагают заменить миллионы бюрократов-чиновников на компьютерные корпоративные системы управления, организовать производство сотен миллионов роботов для «грязной и тяжелой» работы, чтобы люди могли заниматься «творчеством» и отдыхать. Армия тоже будет состоять из машин и роботов, никому не придется воевать, что немаловажно. Производство станет полностью автоматизированным и компьютеризированным, как и все системы обслуживания. Человеку останется только командовать всей армией роботов и получать все, что он хочет.

— Хорошая идея, — подумав, кивнул Фолкнер.

— Главное, беспроигрышная. У быдла, которым была и остается большая часть народа, появляется надежда на лучшее будущее, для чего надо лишь изменить систему Власти.

— Однако кое-где ваши программы натыкаются на противодействие. Особенно в глубинке России, где появились некие школы живы, защищаемые Витязями.

Возбуждение Акима Давидовича схлынуло, он поскучнел, отвел глаза.

— К сожалению, вы правы, Марк. Возрожденный волхвами институт живы — это серьезная угроза нашему движению. Но и мы не сидим сложа руки, не ждем у моря погоды, а создаем собственные противосистемы типа Братства Единой Свободы, вылавливаем и отстреливаем Витязей. Короче, действуем.

Контролер СС повертел в пальцах дискету, спрятал в карман.

— Нам известно также, что президент создал некие спецкоманды для борьбы с организованной преступностью. Они вам не помешают?

— Ни в коей мере. Наоборот, в скором времени мы сделаем так, что эти команды будут работать на нас. Пусть господин президент потешится какое-то время.

— Но ведь одна из спецгрупп президента — ЧКК — уничтожила целую банду похитителей людей.

— Откуда у вас эта информация?

— На нашу систему тоже работают профессионалы. Еще ходят слухи, что другая спецгруппа президента успешно чистит страну от потенциальных сепаратистов. Выкрала лидера националистов Кабардино-Балкарии. Кстати, исчезновение лидера украинских националистов и премьер-министра Украины — не их рук дело?

Аким Давидович ослабил узел галстука, изобразил улыбку.

— Вы хорошо осведомлены о работе наших спецслужб, не поделитесь информацией со мной?

Фолкнер кивнул.

— В свое время вы ее получите. Но, на мой взгляд, лучше все-таки создавать свои спецгруппы, а не использовать чужие, меньше риска.

— Во-первых, у нас уже есть такие структуры, оставшиеся в наследство от Легиона. Например, группа «тающих». Во-вторых, создание и подготовка профессиональной спецгруппы — дело долгое, лучше переложить эти заботы на чужие плечи. В-третьих, мы все же формируем спецгруппы, причем достаточно нестандартные. Вот он этим занимается, — махнул Сосновский на своего начальника охраны.

Замятин остался тих и невозмутим, только взгляд его, брошенный на гостя, говорил об опасности этого незаметного с виду человека.

— В каком смысле — нестандартные? — поинтересовался Фолкнер.

— Мы комплектуем такие группы из молодых и пожилых женщин, а также из стариков и детей.

— Детей?!

— Из хорошо подготовленных мальчиков и девочек в возрасте от двенадцати до пятнадцати лет. Возможны и смешанные команды: старик-профессионал спецслужб, женщина, ребенок. На такую команду никто особого внимания не обратит, в то время как она способна выполнить любой приказ.