Буран, Тайга и Асмодей. Пора домой - Денис Чистяков

– Возможно они герои, которые не ищут повода для свершения подвигов, – Неубедительно ответила я.

– Возможно…, – Не убежденно пожал плечами Слидгарт, – Вероятно я привык придерживаться более низкого мнения о людях, чем они того заслуживают.

Мы, наконец, добрались до трактира и были вынуждены прервать опасный разговор, впрочем, я была уверена, что вскоре он всплывет вновь.

У трактира нас встретил капитан Дрепс с помощниками. Следуя приказу, он развел активную деятельность по сбору всего необходимого в дорогу и теперь гвардейцы напоминали мародеров вражеской армии, разграбляющих несчастных жителей. Впрочем, несчастные жители, в виде прислуги барона, под строгим надзором капитана принимали в сборах активное участие и грузили провизию на ветхие телеги. Скабениты, которые добрались до трактира раньше нас, оказывали пассивную помощь в своей манере, активно облегчая бочонки с пивом. Я пиво не любила, но глядя на северян, расхаживающих с кружками, ощутила сильную жажду.

– Угоститесь, миледи? – Спросил меня Вультар, подойдя с пинтой.

– Благодарю.

Спустив раненого Дарлиса с коня, остальные тоже добрались до бочонков под неодобрительные взгляды крестьян. Большая часть жителей и наших раненых товарищей, осела в храме, дожидаясь, пока из трактира заберут всю провизию. И тем не менее даже небольшого количества местных было достаточно, чтобы устроить суету во дворе. Гвардейцы приказывали местным будто собственным солдатам, местные бранились друг на друга и норовили в темноте припрятать под одеждой что-нибудь полезное для личных нужд. Дрепс разумно объявил в городе военное положение и напомнил жителям, что попытка укрыть что-либо от армии, будет караться смертью. Конечно не на всех это оказало должное воздействие, но объем провизии и фуража на телегах значительно вырос.

– Милорд, я пока велел собирать все в один обоз, но, если мы намерены двигаться к Разлому…, нужно будет разделить припасы, – Доложил капитан герцогу.

Слидгарт посмотрел на меня, будто еще надеялся, что я откажусь от идеи ехать к Разлому:

– Пускай грузят все вместе. Когда потребуется, мы заберем часть провизии. Если взяться делить сейчас, то начнутся распри и мы к утру не управимся.

Все это Слидгарт проговорил, глядя на меня.

– Как прикажете, – Поклонился Дрепс.

– Полагаю, нам стоит обсудить маршрут и планы на ближайшее будущее, – Предложил Слидгарт, когда капитан отправился выполнять приказ.

Герцог посмотрел на Вультара и мою компанию.

– Налейте мне пива, и я буду весь внимание, – Выдохнул Дарлис, опираясь на плечо Андрея.

– Саргос ждет внутри, – Сообщил Вультар, приглашающее указав на вход в трактир.

Мы вошли внутрь и снова собрались за большим столом, но настроения для обильных возлияний не было. Прежде наполненная людьми таверна теперь была пуста. Часть скабенитов отправилась к храму вместе с гвардейцами, но еще большая часть тех, кто прежде занимал соседние столики, навсегда осталась во дворце вождя Линдиара. Моя рана еще ныла, несмотря на то, что Джеймс снова попытался меня подлечить. Большую часть сил он потратил на Дарлиса, но зато теперь Игорь мог ходить без посторонней помощи.

Первым делом все погрузились в скорбное молчание, помянув барона Гилфорта, чье пиво мы готовились допить. Слухи о его смерти быстро разошлись среди мисталирцев. Как все прочие неприятности, эту они встретили мужественно, возможно благодаря перспективе наконец покинуть проклятый город в обществе воинов. Собственно, об этом и зашла речь, когда Саргос опустошил кружку единым глотком.

– До Дармила, я готов сопровождать беженцев, но дальше они сами по себе! Мы повернём к Огвулду и пойдем Железным трактом до самого Твирда.

– Но что если Дармил так же опустел или захвачен монстрами? – Спросил Слидгарт.

Саргос пожал плечами:

– Нянчится с гражданскими мы не станем. Отсюда выведем и пойдем своей дорогой.

Северянин посмотрел на меня:

– Если угодно, можете сами сопроводить их хоть до самого Эглидея.

Это был явный намек на то, чтобы отказаться от похода к Разлому.

– Герцог, – Сказала я, – Если вы переживаете о судьбе мисталирцев, то может выделить им в охрану гвардейцев или присоединиться к ним сами.

Я не хотела, чтобы мои слова прозвучали так грубо, но голова уже плохо соображала, и я заметила некоторую обиду в глазах Слидгарта прежде, чем он вежливо ответил:

– Я исполняю приказ короля, миледи и пойду с вами, куда потребуется. Что до гвардейцев… Уверен, что путь к Разлому значительно опасней дороги на юг и нам потребуется каждый воин, какой у нас есть.

– Значит после Дармила мисталирцы сами по себе, – Подытожил Саргос.

Решив судьбу беженцев, Слидгарт пожелал узнать подробности наших приключений во дворце. Мне по-прежнему не хотелось о них вспоминать, учитывая, что окончились они исключительно потерями, за которые я винила себя. Выяснив, что герцога на воротах оставил Дима, я разделила злость на себя со злостью на него, решив, что будь герцог с гвардейцами рядом, мы бы не понесли таких потерь. Впрочем, неумолимая совесть намекнула, что в таком случае потери могли быть еще больше. Дима поступил правильно и возможно только благодаря ему мы остались живы.

Пока я отмалчивалась, доверив рассказ своим спутникам, Саргос не стесняясь в выражениях рассказал все как есть. Весь поход во дворец был глупостью, за которую мы заплатили слишком большую цену.

– Как вышло, что портал взорвался? – Заинтересовался герцог.

– Об этом стоит спросить рыжего мага, – Буркнул Саргос.

Как раз в этот момент «рыжий маг» буквально влетел в трактир. При нем был внушительного вида мешок, а глаза почти мгновенно отыскали за столом меня:

– Госпожа, я нашел броню для вас!

– Бл…ть, у нее даже броня с доставкой! – Выругалась Вероника, – Нах…я вообще тащились в этот еб…й дворец, если этот рыжий для Санрайз все из-под земли достанет?!

К счастью, Рыжик был слишком взволнован, чтобы расслышать слова Вероники, а остальные вроде не предали им значения. Только Всадники посмеялись, предложив мне послать Рыжика за головой Амерона. Возможно для них это было забавно, но для меня это был лишний груз ответственности. По сияющим глазам Рыжика, я понимала, что он готов броситься за мной в огонь и воду и от этого становилось только паршивей, поскольку его смерть, если случится, очень вероятно будет на моей совести. Я устала от суеты вокруг, от ноющей боли в груди и хотела подняться к себе в комнату, хотела, чтобы вопросы, поднятые на очередном совете, решились без меня, но это было