Последняя - Ирина Кассета

- Значит, король сошел с ума, и толка от него нет? - наконец спросил он.

- Насколько я понял по записям, они все это время пичкали его отравой, чтобы разум его не вернулся. Может, за такое долгое время он и повредился окончательно. Но вдруг король еще сможет прийти в себя.

- Зачем они так долго его мучили?

- Королева хотела выдать планируемую смерть старшего сына за месть внезапно ожившего короля. Мол, она его тогда не убила, а отправила в праведное место лечиться, а он вырвался и кровиночку ее зарезал.

- Что за женщина, - даже в некоем мрачном восхищении воскликнул оборотень.

- Хуже многих, понятно, откуда у нее такой-то сынок, - Элфир кинул дневник на кровать. - Схожу помоюсь и лягу поспать, сегодня нам лучше на улицах города не появляться.

***

(Дорога)

Лошадь пришлось отпустить, когда хорошая дорога закончилась. Исай решил не ехать до Килитиса с детенышем на руках, буря после смерти принца вскоре вспыхнет, и он не сможет обеспечить безопасность им двоим. Поэтому уже четыре часа он пробирается по густому лесу, и единственным ориентиром являются горы. Если в тот раз зверды нашли Элфира и Сону, то и сейчас им это не составит труда. Если его не обнаружат, то пойдет вдоль предгорья в сторону Килитиса.

Малыш, что сейчас спал у него на руках, был тяжелой ношей, ибо весил как взрослый человеческий ребенок. Лисенок проснулся только раз за эти полтора дня пути, Исай напоил его водой и дал вяленого мяса. Он испугался и на слова дроу, что он ему поможет, никак не отреагировал.

Темный понимал, что в чем-то эльф и оборотень правы: если правители загоняют ради забавы ребенка насмерть, то горе той стране. Но вмешиваться он не хотел, освободить бы Сону и уехать с этого проклятого материка.

Девушка изменилась с последней встречи. В ней появилось очарование, и почти ушли милые детские черты, но она стала осторожнее и злее? Может, и он был тому виной. Сейчас есть возможность стереть из памяти все, что произошло, начать жизнь заново.

Получится ли?

***

(Темные горы)

Ялита появилась на третий день, когда единственной игрой, что я могла предложить детям, было закопать меня в песочке и наделать куличей. Зверолюди дружно отдали мне обязанность сиделки, и совесть их не мучила. Не сосчитать, сколько ранок я смазала, сколько пирожков принесла, сколько сказок рассказала и во скольких местах пряталась. Но они всегда меня находили. Тана хоть и оставляла мне каждый вечер корзинку с едой, разделять со мной радость воспитания не спешила. Олана уехала в свою деревню после ночной пирушки. Лиссидора, как и Ялита, проводила время с мужем.

На третий день, когда меня разбудили близнецы, что пытались заплести мне косички (и в итоге запутали их так, что хоть отрезай), я услышала спасительный голос Ялиты. Первым делом я кинула в нее большое яблоко, что лежало под рукой, она увернулась и засмеялась.

- Слышала о твоих подвигах, - медвежата убежали, а женщина присела рядом с моей кроватью. – Говорить-то можешь?

- Только если сказки, - застонала. - Больше никаких уроков, вы провинились, а получила наказание я.

- Ну что ты, я тоже страдала, - смерила ее злым взглядом, а она даже не покраснела. - Не бурчи, у меня для тебя хорошие новости, - я ничего не ответила. - Мне Окко сказал, что на наших северных границах встретили некого светлого эльфа, что назвал твое имя, - я подскочила.

- Когда?

- Сегодня утром, он вышел на одну из застав.

- Один?

- Да, - я быстро опустила рукав, проверить метку, никаких изменений. - Что это? - заинтересованно спросила женщина.

- Ничего. И где он?

- Его ведут вместе с отрядом, будет к вечеру. Посланника отправили сразу, мы быстрее.

- Спасибо, - я улыбнулась, если Элфир идет ко мне, значит, все хорошо? Почему тогда один?

Мы с медведицей спустились покушать, но я была как на иголках, все время поглядывая на выход, еда в горло не лезла. Чтобы не беспокоить женщину, я попросила дать мне отдохнуть, а сама забралась как можно выше и смотрела на дорогу, по которой должен прийти отряд.

Ялита не ошиблась, уже изрядно замерзнув, я увидела в темноте огоньки факелов. Встала, всмотрелась: ничем другим это быть не могло, к нам кто-то шел. Спустившись, я встала рядом с Ялитой и другими зверолюдами, что ждали вновь прибывших.

Зверды подошли, и я увидела короткие светлые волосы. Остановить меня было уже трудно, я побежала к Исаю, который поймал меня и заключил в объятья. Обнимая дроу, который сейчас имел светлую кожу (поэтому его и приняли за Элфира), я улыбалась. Но после радости встречи пришла тревога, и я задала вопрос:

- Где они? - Исай еще раз прижал меня к себя и страстно поцеловал, отчего я растерялась.

- Я скучал, - лукаво ответил он.

- Где они? - повторила я вопрос.

- В Кишире, остались там, чтобы помочь зверолюдам окончить эту бессмысленную войну.

- Вам не удалось убить принца?

- Удалось, и его голова сейчас венчает шпиль на северной заставе, - к нам подошел Окко, сзади него строила гримасы Ялита.

- Расскажешь мне все, когда поговоришь с вождем, - попросила я, дроу кивнул и пошел с медведем и его воинами. Я смотрела вслед темному, когда ко мне подбежала Ялита.

- Ты – врушка, утаила от меня, что у тебя есть в любовниках еще один светлый, - возмущенно сказала женщина.

- Мы не любовники, - устало сказала я. - Это Исай, он – дроу, просто сейчас его кожа светлее из-за отвара. Нам нельзя было привлекать внимание. А дроу редко покидают свой остров, и это вызвало бы много вопросов.

- Значит, светлый эльф, темный эльф и оборотень? - загибая пальцы, перечисляла Ялита. - Еще и танцы эти, у суккубок выученные. Милая, а ты ничего рассказать мне не хочешь? - спросила медведица с обидой.

- Хорошо-хорошо, - кивнула я. - Но не здесь, пошли ко мне, - мы поднялись в пещеру, я протянула Ялите яблоко. Сама присела на постель и, потерев виски, начала. - Этой осенью моя тетка заставила меня пройти некий ритуал, - рассказ был долгий, но многое я утаила, говоря только важные детали. - На входе в Килитис Дана задержали, и ему грозила смертная казнь, и мы пришли к вам, остальное ты знаешь, - Ялита сидела, открыв рот, не скрывая своего удивления.