Сильвио Берлускони – Премьер Италии - Михаил Ильинский

В чем же новый итальянский парадокс? Еще в 1998–1999 годах не прекращали удивляться, как могло случиться, что в целом по стране правоцентристский блок «Полюс» получил больше командных высот на местах, а правительственную коалицию составил левоцентристский блок «Оливковая ветвь» во главе с Романо Проди, а затем с Д’Алемой.

Замышлялся долгий стратегический союз, и 26 апреля 1996 года в Риме не предполагали, что можно будет уже осенью 1998 года нарубить одной «левой» столько дров вокруг принятия в парламенте финансового закона, что представители партий будут напоминать «тиффози» из конкурирующих футбольных команд или того хуже – современных Монтекки и Каппулетти.

Речь шла прежде всего о Партии коммунистического воссоздания (ПКВ) и о ее лидерах. Председатель партии – «твердый искровец», всегда просоветски настроенный Армандо Когссутта со 112 голосами из 334 участников заседания политкомитета ПКВ в римском отеле «Эрджифе» проиграл на голову генсеку партии Фаусто Бертинотти, которого поддержали 188 партийцев, включая 23 так называемых «исторических троцкистов» во главе с 75-летним профессором Ливио Майтаном.

«Меня волнуют не появившиеся на склоне лет партийные успехи, а то, что не давало спокойно уснуть всю жизнь, – говорит Майтан. – Я мечтал увидеть, как в результате моих действий падет правительство, и это, вполне вероятно, скоро случится». Расчет знаменитого троцкиста был вполне реальный. Проект финансового закона на 1999-й провалился и вместе с ним и правительственный кабинет тоже пал.

Весной 1999 года во Флоренции, как и по всей Италии, шли проливные дожди. Снег лег на горные перевалы, на дорогах было затруднено автомобильное движение. Но капризы природы не смогли помешать многим тысячам представителям левых сил прибыть на берега Арно, в столицу центрально-итальянской области Тоскана, где проходила заранее намеченная встреча на высшем уровне лидеров ведущих стран Западной Европы и Америки, готовившихся выработать политическую линию развития общества в XXI веке.

Однажды эту линию уже назвали в прессе «третьим путем», чем-то средним, промежуточным, приемлемым как для капитализма, так и для социализма. Это – «эрзац»-план, что-то среднее между «новой демократией новых демократов» Билла Клинтона, «обществом социального согласия» Массимо Д’Алема и «социалистической идеологией» Тони Блэра. Все требовало притирки, отработки, шлифовки формулировок и позиций, что и предполагалось сделать впервые во Флоренции. Такая работа в столице Тосканы была проведена, но ее главным «минусом» было то, что левые силы, «социалистические» правительства, пришедшие к власти в Англии, Франции, Германии и Италии, вряд ли сумели себя «проявить» и их политическое будущее выглядело весьма сомнительным. Наблюдатели отмечали, что реальный «третий путь» на встрече во Флоренции так и не определился. Хотя благоприемлемых заявлений в ходе взаимных встреч было сделано предостаточно. Например, Клинтон и Д’Алема выразили полное согласие при объявлении «пакта стабильности», «полной синхронизации действий» и «недопущения создания новых государств на Балканах». Все было логично и приемлемо, хотя исторически недальновидно. Тем не менее итоги флорентийской встречи лидеры «пятерки» могут занести в свой политический актив. Это же можно сказать и о супругах лидеров, которые успешно пополнили свои гардеробы в самых изысканных бутиках Флоренции. La noblesse oblige. С «ноблесс» все было в порядке.

Симптоматично и показательно, что война на Балканах проходила при правительстве левых сил в Италии. Прекращение бомбардировок югославской территории, объявленное НАТО с 15 часов 10 июня 1999 года, и начало вывода сербских вооруженных и полицейских сил из Косово расценивались в каждой из стран Североатлантического альянса и во всем блоке вместе как «большая и решительная победа» после 79 дней войны (бомбардировки Югославии начались 24 марта 1999 года в 19 часов 1 минуту).

Президент Итальянской Республики К. А. Чампи дал оценку участию своей страны в боевых, политических, дипломатических и гуманитарных действиях. А Массимо Д’Алема особо подчеркнул роль Рима на трех фронтах – военном (до трехсот-четырехсот вылетов авиации НАТО в сутки велось с баз альянса, расположенных на территории Италии), политическом (Италия неоднократно вносила свои предложения по мирному урегулированию положения в Косово), гуманитарном (проводилась крупномасштабная операция «Радуга» и другие по оказанию помощи косовским албанцам, по приему многих тысяч беженцев).

Каков последующий план действий? С 11 июня 1999 года началась высадка 50-тысячного корпуса миротворческих сил в Косово. Как сообщило итальянское ТВ, первыми на территории Югославии появились англичане, затем французы и третьими – итальянцы. Всего «планировалась» переброска в Косово для выполнения «контрольно-миротворческих функций» воинских контингентов и наблюдателей из примерно тридцати стран мира (девятнадцати натовских и более десятка так называемых внеблоковых).

Но вернутся ли косовцы, покинувшие Югославскую федерацию в родные места? Только время сможет дать ответ на этот нелегкий вопрос, – говорил ведущий «Канале-5». Те, кто сумел осесть в Западной Европе, нашел «точки опоры» – работу, кров, родственников – вернее всего спешить с возвращением не будут. Так и случилось.

А это уже определившийся «откат назад» в военно-политической стратегии альянса НАТО, выставлявшего в качестве одного из требований именно возвращение беженцев на Родину. Как это реально мыслилось в течение 1999 года, никто точно сказать не мог. Да и возвращаться многим тысячам семей просто было некуда – дома лежали в руинах и на их восстановление уйдет не один год. А сколько надо средств?

Другая проблема – разоружение отрядов так называемой армии освобождения Косово, в которую влились деклассированные элементы, не желавшие расставаться с оружием и «правом» проведения безнаказанных бандитских грабежей и насилия, продолжавшихся еще и в 2004 году.

Третья проблема – срочное выделение международным сообществом, отдельными государствами, организациями милосердия и частными лицами (в Италии уже работали «горячие линии», «зеленые телефоны») средств для восстановления разрушенной экономики Югославии. Бомбовые удары нанесли стране ущерб на многие миллиарды долларов.

Существовало множество других сопутствующих проблем, которые можно решить только при взаимном понимании, желании двух противоположных сторон сотрудничать и вести переговоры. Это – аксиома. Но в Риме понимали, что трудности возникнут именно на этом пути, и тогда мир опять мог стать шатким, хрупким и недолгим.