Грохот ледника - Ольга Акофина

нежен, как никогда, но в любую минуту в нём может проснуться зверь, и он растерзает её. Он расстёгивает ей джинсы, но Соня инстинктивно сжимает ноги, не даёт ему дальше стянуть их, начинает всхлипывать, и слёзы невольно катятся из глаз. Ей хочется, но она так боится, что он накинется на неё, ударит, причинит ей боль. Глеб понимает, что она не готова, одёргивает ей джемпер, застегивает молнию на джинсах, поцелуями вытирает слёзы.

– Не плачь, котёнок, не хочешь, не надо. Я не трону тебя. Диана говорила, что помимо меня, у тебя никого не было?

– Почему же? – глаза полные слёз смотрят на него. – Помнишь, как ты привёз меня к кому-то домой? Привязал к чужой кровати, насладился сам, а потом пригласил друга, такого же обдолбанного, как ты? И он насиловал меня, а ты курил и смотрел?

Глеб с ужасом смотрел на неё. Не мог он такого сделать, вернее мог, с какой-нибудь шлюхой, которая получает деньги за это. Но с любящей его девушкой? Против её воли?

– Почему? – простонал он. – Почему ты терпела?

– Ты уверял, что любишь меня, и что, если я тебя люблю, должна доказать это. Ты хотел посмотреть, как меня имеет другой, а потом вы занялись мной вдвоём.

Глеб вскочил и нервно закурил. Руки тряслись, ему было больно, стыдно, почему его переклинило, это вообще не в его характере творить такое. Он ничего этого не помнит, ничего…

Соня плачет всё сильнее, Глеб поднимает её, кладёт на диван возле камина, накрывает пледом, сам садится на пол рядом, и начинает что-то рассказывать, гладя её, и она засыпает.

Проснулась Соня, когда за окнами было уже темно. В камине всё также весело трещал огонь, везде горели свечи, было так красиво и уютно. Соня приподнялась на диване, что ей делать? Остаться и побороть свои страхи? Или уехать?

– Проснулась, детка? – услышала она голос с кухни. – Если хочешь, иди, умойся, и давай я тебя чем-нибудь накормлю, я столько всего заказал.

Соня пошла в ванную, тщательно заперев дверь, но он и не делал попыток к ней ворваться, сходила в душ, переплела волосы, нашла остатки Дианиной косметики и привела в порядок лицо. Глеб вёл себя всё также непосредственно, её неловкость после дневной истерики прошла, они выпили кофе, потом он налил ей шампанское, и она не отказалась. Соня подошла к синтезатору и нажала на клавишу:

– У тебя и в городе были инструменты, неужели ты играешь?

– Играю, – ответил он.

– Надо же, – усмехнулась она, – никогда не слышала.

– Ну тогда было не до музыки.

– Сыграешь?

Глеб кивнул и сел за инструмент, наиграв одно из классических произведений. Соня стояла лицом к окну, смотря на падающий снег, пила охлаждённое шампанское и слушала. Надо же, какой крупный снег и как его много, как будто март решил выполнить всю зимнюю снежную норму, и Глеб как будто поставил задачу превзойти самого себя. Он так не похож на себя прежнего, такой красивый, обаятельный, заботливый, надо, действительно, забыть прошлое и попробовать жить. Интересно, он сейчас настоящий? Значит, всё дело было в наркотиках, они разожгли в нём злобу, превратили в зверя? Отыграв, Глеб подошёл к ней.

– Почему мне так не повезло? Почему ты встретился мне именно в тот период?

Глеб снял резинку с её волос, расплёл причёску зарылся в волосы, затем, взяв лицо в руки, он начала целовать её, и она уже не сопротивлялась. Они вместе разложили диван перед камином, и Соня, скинув одежду до белья, нырнула под плед. Он долго гладил и целовал её, лаская и возбуждая и, наконец, спросил, готова ли она. Соня зажмурилась и кивнула. И он аккуратно и нежно, словно, она была девственницей, овладел ею. Первые минуты, она всё ждала щипка или удара, или удушения, но ничего этого не было, только ласки, слова и поцелуи, он раззадоривал её всё больше и больше, пока она не вскрикнула от настигшего оргазма, первый раз, за всю свою жизнь. Он сразу оставил её, прижав к себе.

– Ну всё, девочка, всё, с потерей девственности тебя.

– Я не думала, что так бывает.

– Теперь всё будет хорошо.

Она отдохнула, отдышалась и готова повторить. А потом она засыпает в его руках, первый раз, счастливая, спокойная, она знает, он никогда больше не причинит ей боль.

Прошёл месяц тайных встреч и свиданий, Глеб заласкал Соню и обучил всему, и та избавилась от страхов, стала более открытой, весёлой, кокетливой. Она больше не боялась мужчин. Но встречаясь с Глебом, она всё-таки поняла, что это не её человек, влюблённость прошла, она видела его непостоянство, непростой характер, у них было мало совместных интересов. Она – врач, погружена в учёбу и работу, он никогда не интересуется её делами, весь в своём бизнесе, о котором ей тоже особо неизвестно. На первом месте работа, на втором – спорт, потом только она, если останутся силы и время. Вокруг него вьюном кружат женщины, и он не против пофлиртовать с ними. Кроме того, есть Диана – её подруга – которая ничего не знает, и хоть они разошлись, но она любит его до сих пор, и Соня скрывает свои отношения от всех. А она так молода, ей хочется любовных историй, совместных походов куда-нибудь в гости к друзьям, родственникам, а не притворяться, что у неё никого нет. И в итоге, хочется выйти замуж, детей, а Глеб для этого совсем ненадёжный партнёр. И Соня начала охладевать, Глеб сразу это почувствовал и с облегчением вздохнул. Начиная с ней отношения, он горел только желанием помочь ей и успокоить свою совесть, о дальнейшем продолжении он не думал, он только разошёлся с Дианой и вступать в новые серьёзные отношения точно в его планы не входило. Чтобы он делал, если бы Соня полюбила его и надеялась на продолжение, он, конечно, не продумал. Он выполнил свою миссию, исправил ошибки, одарил её подарками и ласками, но больше ничего он ей дать не в силах.

После того, как в начале апреля Глеб отпраздновал свой день рождение с друзьями отдельно, с ней отдельно, Соня окончательно поняла, что пора начинать новую жизнь. Она избавилась от своих страхов, и готова попробовать новые отношения. Нормальные, классические, а не прятаться в выходной день в загородном доме, боясь попасться к кому-нибудь на глаза. Да и как она объяснила бы всё Диане? Та ещё развестись не успела, а её подруга уже прыгнула в постель к её супругу? Тогда пришлось бы рассказывать