Грохот ледника - Ольга Акофина

В её голосе зазвенели слёзы. Глеб слышал это, но не мог ничем ей помочь. Он не просил её приезжать и бередить свои раны. Он и так сделал ради неё слишком много, рискнув своей спокойной семейной жизнью. Он молча курил, смотря в потолок.

– Почему ты молчишь? – спросила Карина.

– Мы отлично провели время, а теперь мне пора уходить, а у тебя сегодня поезд, – пожал плечами Глеб.

– Отлично сказано. Ты так со всеми расстаёшься?

Глеб улыбнулся.

– Да, я всегда сразу расставляю все точки над i.

– Тебе, наверное, так много признаются в любви, что ты пропускаешь это мимо ушей, потому что устал слушать. Перепрыгнул и поскакал дальше?

– Детка, какие претензии? Мы договорились, ты пообещала забыть меня, если я проведу с тобой ночь. Я свой пункт договора выполнил.

– Договор… обещала… уходи…

Карина уткнулась в подушку, стискивая зубы.

Глеб сел в машину, сунул в зубы сигарету и заблокировал её номер телефона. Больше ты меня не потревожишь, дорогая.

Когда заскрипел ключ в дверях, Диана собрала всю свою волю. Надо предстать перед ним в достойном виде. Он вошёл всё такой же красивый и улыбающийся, как ни в чём не бывало. Глеб попытался её поцеловать, но она отстранилась.

– В чём дело? – удивился Глеб.

– Где ты был?

– Ты же знаешь.

– Я знаю только то, что сказал мне ты.

Глеб молча прошёл на кухню и зажёг сигарету. Диана села на высокую табуретку перед барной стойкой.

– В чём дело, Дана? Что-то случилось, пока меня не было?

– Случилось. Я всё знаю.

У Глеба кровь отхлынула от лица.

– Что-то ты побледнел, дорогой. Ты же был просто в Москве.

Мысли носились со скоростью света. Как она узнала? Ей не мог никто рассказать, никто не знал. А сам он нигде не появлялся с Кариной, всё было тихо и дальше гостиничного номера не должно было уйти. Берёт на блеф? Он так просто не сдаться. Глеб взял себя в руки.

– Что же ты знаешь? Поведай мне.

– Две недели в гостиничном номере, и эта ночь тоже.

Всё это конец, конец всему, что так долго строилось. Карточный дом развалился. Но тем не менее Глеб поднял бровь и сказал:

– Я много, где бываю по работе, гостиницу не припомню, хотя… у меня же проблемы с памятью.

Дана влепила ему пощёчину, а он даже не старался увернуться. Красный след на щеке медленно бледнел.

– Сволочь. Кто она? – ледяным голосом спросила Диана.

Глеб пожал плечами, всё ещё хватаясь за мысль, что узнать она никак не могла.

– Ты следишь за мной? – вдруг осенило его.

– Ну не я лично, но…

Глеб вскочил, стул с грохотом упал.

– Отлично. Доверие в семейное жизни уже не модно?

– А тебе можно доверять?

Глеб схватил бутылку, налил стакан виски и выпил залпом.

– Хочешь правду? Или оставим всё как есть и продолжим жить, как жили?

– Правду, – тихо сказала Диана, но внутри себя чувствовала, что не хочет этой правды.

– Да, было, но всё закончилось и больше не будет.

– Как ты мог? Я так любила тебя, а ты растоптал мои чувства. Я так старалась быть тебе хорошей женой, понимая, что ты не очень то пылаешь любовью ко мне. Я всё думала, что я заслужу твою любовь, ты полюбишь меня, и мы будем счастливы. А теперь, теперь…

– Хватит причитать. Я тебе сказал, всё. Дальше решай сама.

– Ты странный человек, Глеб, другой бы мужчина стал бы оправдываться, просить прощения, а ты …

– Я готов просить прощения, если тебе это нужно.

– Ну, скажи хоть что-нибудь в своё оправдание. Скажи, что не любишь меня, что она лучше меня, что ты влюбился в неё, не мог же ты просто взять и ни с того, ни с сего изменить мне.

– Оправдываться не буду. Это моё бывшее увлечение, как сказала рыжеволосая Маша «Когда спишь с тем, с кем спал уже раньше – это не измена по отношению к человеку, с которым ты живёшь в данный момент».

– Отличная логика, в стиле Маши, то-то я смотрю, она давно на тебя вешается. Тоже твоё бывшее увлечение? Я всегда это подозревала.

– Твои подозрения верны.

– И Яна, да? Ты с ней чаще общаешься, чем со мной.

– Да, и Яна, и еще миллион других. Что ты от меня хочешь? Список тебе написать?

– Зачем ты тогда женился на мне?

Глеб передёрнул плечами и налил себе ещё виски.

– Я не хочу расставаться с тобой. И, если можешь, прости. А если нет, что ж, я не имею права тебя держать. Можешь уходить, хотя я хочу, чтоб ты осталась.

– Зачем? Чтоб издеваться надо мной? Время со мной проводить ты не хочешь, отговариваешься, что его нету, а на поездки в гостиницу нашёл. Детей ты не хочешь, родственников и друзей моих не признаёшь. Для тебя в жизни ничего не поменялось, а я как твоя комнатная собачка. Я всё для тебя, ты мне плевок, я еще больше для тебя, ты мне два плевка.

Глеб подошёл к окну, землю покрывал белоснежный ковёр.

– Ты права, я не имею права тебя держать. Оставайся здесь, я уеду.

– Нет уж, уеду я, я не хочу тут быть, где всё напоминает о тебе. Когда-то ты мне сказал, что пора начинать жить. Вот я и начну, пока есть силы. А ты оставайся, продолжай свои интрижки, по гостиницам больше бегать не надо.

– Давай я сниму тебе квартиру? Помогу тебе.

– Оставь всё для своих бывших, настоящих, будущих. Если бы ты интересовался хоть немного моей жизнью, то знал бы, что меня сделали директором филиала нашей фирмы, у меня приличная зарплата. Машину только оставлю себе, в качестве компенсации, и больше мне ничего от тебя не надо.

– Может не стоит сразу сжигать все мосты?

Диана с ненавистью посмотрела на него.

– Ноги вытирать о себя я не дам. Достаточно уже. Я думала после того, что ты пережил, ты будешь ценить то, что есть. Нет, люди не меняются.

– Я пошла собирать вещи.

Глеб кивнул. Всё сорвалось в бездну.

Глава 39. Работа над ошибками

В третий раз Диана сбежала от него. Третий и последний. Злорадство её собственной матери не знало границ, наконец милая дочка прозрела, сейчас она её пристроит быстро в нужные руки.

– Мама, как ты можешь радоваться тому, что я развожусь?

– Надо было думать, за кого замуж выходить. По Глебу видно, что он точно не образец семейного человека. Я тебе говорила, не уживешься,