Тени двойного солнца - А. Л. Легат

Я не успел возразить, Жанетта бросилась мне на шею.

– Поздравляю. Разве возможно не верить в вас, муж мой?

Я почувствовал, что слишком одет. Что кругом сплошь лишние люди и избыток дневного света. Что мы с Жанеттой слишком далеко друг от друга, хоть она и прижалась к моей груди.

А потом отстранилась.

– Господин Лэйн? – кто-то покашлял в кулак.

Я обернулся, Жанетта уже поправила выбившуюся прядь и стояла в двух шагах.

Рядом с гвардейцами расположился Эним Годари. Управитель Второго Восхода. Разодетый, точно платье ему шили из пестрого штандарта. Я почти привык ко вкусам воснийцев – в Содружестве, на острове, так облачались перед сном. Или погребением.

– Блестящая победа, – Эним пожал мне руку. – Госпожа, позволите ли украсть вашего мужа?

Рукопожатие стало неприятным, я убрал руку чуть раньше положенного. Жанетта встретилась со мной взглядом. Ноги гудели от усталости, спину ломило – последний соперник свое дело знал. Никого не назовут «Итан, твердыня Долов» просто так. Ко всему прибавить заживающую ладонь и стопу, которым я не давал покоя из-за турнира – о, в моих глазах должна была считываться отчаянная мольба.

Но Жанетта не вняла.

– Разумеется, – она чуть склонила голову. – Если обязуетесь вернуть его до ужина. А еще лучше – заглянете к нам на празднество в честь победы…

Я очень тихо вздохнул. Не было такой силы, что позволила бы мне отказать управителю Второго Восхода на глазах у знати. На мне даже не было глухого шлема, в котором простительно корчить рожи и бормотать проклятья.

Эним Годари обычно напоминал филина в тоске: крупные глаза под навесом кустистых бровей чернее сажи. Но в тот миг он подозрительно просиял.

* * *

Мне налили лучшего вина – так, во всяком случае, представил это дело сержант. Усадили в самое мягкое кресло в личном кабинете Энима. И даже стряхнули хлебные крошки со стола. Лучшее в этом было лишь то, что скоро мы распрощаемся, а я отправлюсь домой.

– Поздравляю, поздравляю вас! – Эним поднял кубок, не потрудившись с тостом. И выпил так быстро, что я не успел сделать и двух глотков. – За последний год я много слышал о Волоке. То есть нашем Третьем Восходе, уж так вернее будет сказано… Удивительно ли, что вы хороши и на ристалище?

Две бестолковые короны турнира ждали меня в разных местах: первая прошла со мной весь Волок и теперь покоилась у камина на небольшом реликварии, по просьбе жены. Вторая оттягивала пояс, утяжелив кошель.

Я подобрал ноги под сиденье. Под подошвами что-то хрустнуло. Каждый день, проведенный в казармах Оксола – тонкий, трескучий лед.

– Я польщен, но… признаться, не уверен, что заслуживаю такой похвалы, тем более от вас…

Жанетта будет на седьмом небе от счастья. Именно этого она и желала, ведь так? Почтения, внимания. Доброго внимания без сплетен, ненависти, постоянной угрозы. Эним снова поднял кубок:

– Вы послужите прекрасным примером нашему войску.

В горле что-то застряло. Я кашлянул.

– Прошу извинить, что?..

Эним просиял. Пусть рухнет небо, но я дважды увидел перед собой самого нелепо-счастливого филина на материке.

– Так вы согласны?

Есть такое предчувствие, когда воздух будто леденеет в легких, на пальцах сбивается влага и ноги уходят в трясину.

– Признаться, я совершенно не понимаю, о чем мы…

– Как же? – глава Второго Восхода положил руку на стол, будто искал в нем опору. – Сборы, сержант Брегель, Небесный Горн?

Я был весь внимание: чем больше слов произносил Эним, тем меньше я понимал их значение. Раннее лето всем испекло головы.

– Нет?.. – настаивал он. – Вы виделись с Вайном? Могу поклясться, мне доложили, что несколько дней назад в казармах…

В голове появилась первая искра понимания. Я смолчал. Лучше держать свои догадки при себе: окажешься неправ – подашь новую идею, которой могут и воспользоваться. Угадаешь – не сможешь притвориться пнем. В казармах Восходов мы все научились правильной службе: не понимать простейших приказов, пока их не растолкуют так, чтобы больше с тобой дела иметь не желали. Или, напротив, выполнять в точности то, что было сказано, чтобы в следующий раз капрал призадумался, стоит ли тебе что-либо поручать или лучше найти кого другого.

– Вайн? – Эним вытер взмокшее лицо. – Выше меня, волосы посветлее. Нет? Я поручил сыну в мое отсутствие… ох, какой стыд!

«Могу ли я на вас рассчитывать?» – спрашивал отпрыск Годари. Я стиснул зубы.

Слишком много дыма поднимается из труб мастерских. Слишком много железа ввозят в город.

– Прошу прощения, мой сын, он… Ах! Давайте я поясню. Тревожные вести приходят из Эритании. Вы слышали о семье Вестгард? – Я вяло помотал головой. Не слышал бы о них целую вечность – и умер бы счастливым человеком. – Еще полвека назад они присягнули Восходам и, вынужден признать, не было еще людей вернее. До недавних пор, – Эним вздохнул.

Я промолчал. Хранить верность Восходам у меня было причин еще меньше, чем у тех бедолаг.

– Вы нужны мне там. Вы рассудительны – не лезете в драку первым делом, способны к переговорам. И вы умелы, когда дело доходит до драки. Вы нужны… нам. – Он посмотрел на меня большими печальными глазами. – Пока Долы не взялись за Горн основательно. Говорят, что и когорты с ними в деле…

Я подумал, что было бы неплохо отправиться к костоправу после боя. Скажем, захромать сильнее и не видеть никаких казарм.

Эним уже делал пассы возле карты, привешенной у гобелена.

– Что вы видите, господин Лэйн?

Я больше всего хотел вернуться домой. Праздновать. Залечь в горячую воду и слышать голос жены. Брякнул первое, что пришло на ум:

– Эританию.

Годари печально усмехнулся.

– Болотное железо.

Палец постучал по нарисованным рельефам возле городов и сел.

– Железо?

Дома меня ждало настоящее золото. Но Годари не умолкал.

– Вы, должно быть, хотите спросить: зачем нам это? Какова моя роль в этом всем?

Я кивнул, постаравшись поощрить его проницательность.

– Полагаете, что добычи из рудников на юге и поставок с Красных гор более чем достаточно? – Эним покачал головой. – Возьмите весь годовой привоз, – палец обласкал Красные горы, обвел забои, – и этого хватит на гвозди, ободы для бочек, ремесленный инструмент. Треть того, что требуется Восходам.

Эним пристально посмотрел мне в глаза.

– Без болотного железа не будет подков и кольчуги, хороших стрел… ах, да что я вам голову морочу, вы и так прекрасно знаете.

Сегодня я узнал, что избыток железа портит жизнь людям. Уж точно мою собственную.

– Это большая честь, ваше предложение, но,