Неподвластный богам - Брайан Толуэлл

Конан внимательно всмотрелся в глаза пришельца. Глаза как глаза, вроде бы искренние. Но уж кто-кто, а он-то знает, как искусен и изобретателен бывает карлик. Куда уж проще обернуться Пелиасом, поколдовать у темницы, а потом, издевательски расхохотавшись, вновь превратиться в Тезиаса?! С другой стороны, зачем выдумывать какого-то Луиджи? Имя аргосское, а выглядит, точно Пелиас; Пелиас – кофиец…

– Поверь мне, Конан, – продолжал док. – Я пришел освободить тебя. Ты обязан победить карлика снова. Джейк все рассказал мне!…

– Джейк? – рявкнул Конан. – Тот ублюдок, что нацепил на себя мою корону?! Так ты с ним заодно?! Проваливай-ка отсюда, дедуля, я не верю тебе!

– Я не уйду, пока не освобожу тебя, – твердо заявил Фонтанелли. – Думай обо мне все, что хочешь, но ты должен остановить карлика, иначе твой мир погибнет!

И профессор, не ожидая более ответной реакции, стал осматривать цепи Конана.

– Скажи лучше, кто ты такой и откуда взялся? Выглядишь, как Пелиас, а говоришь не по-нашему! И откуда взялся этот ублюдок Джейк? Он точная моя копия, гореть ему тысячу лет в Аду!

– Ты не поверишь – мы из Будущего. Тезиас призвал нас, чтобы мы помогли ему захватить власть над миром. Так, по крайней мере, мне сказал Джейк. А это правда, что карлик – живой мертвец?

– Правда, правда, папаша. Я собственноручно прикончил его. Но, как видно, силы Зла помогли ему восстать из могилы!

– Как же можно убить того, кто уже был мертв?

– Ты давай освободи меня, если сможешь, папаша, раз уж за этим пришел. А там посмотрим, как одолеть карлика. И не таких одолевали…

Конан соврал: противников, подобных Тезиасу, встречать ему не приходилось. Однако возбуждение предстоящей схватки уже звучало в голосе киммерийца. Конечно, пришелец вполне мог оказаться человеком карлика, но отчего же не попробовать, коли есть возможность? Как-то действовать все равно уж лучше, чем бесцельно висеть в цепях!

Исследовав толстые цепи, док сокрушенно заметил:

– Я не вижу здесь замков… Были бы замки, я открыл бы их отмычками.

Конан горько усмехнулся.

– А замков и нет! Карлик вмуровал эти цепи прямо в камень, и одному лишь Крому известно, куда они крепятся! Как видно, не дано тебе, старик, одолеть колдовские чары!

К удивлению киммерийца, Фонтанелли загадочно улыбнулся.

– Возможно, в твоем мире нет силы, способной разрезать эти цепи, но я-то из Будущего! Погляди-ка сюда, Конан.

Профессор извлек из кармана серый металлический стержень длиной в пол-локтя, зауженный с обоих концов.

– Это авторучка, – пояснил Фонтанелли. – Такими в нашем мире пишут.

– Ради Крома, Луиджи, или как там тебя! – разозлился варвар. – Я не собираюсь ничего писать! Или ' ты намерен помахать в воздухе этой штуковиной, чтобы мои цепи пали?! Тогда давай действуй, волшебник из Будущего!

– Я не волшебник, а ученый, – самодовольно заметил док. – А эта ручка и в самом деле не простая.

В нее встроен мощный лазер, и нет на свете металла, который устоял бы перед лазером профессора Фонтанелли!

Док нажал пальцем на верхний конец «авторучки» – тотчас из нижнего конца метнулся и замер тонкий малиновый луч. Луч был длиною с палец киммерийца. Профессор бережно ухватил «авторучку», поднес ее к одной из цепей, сковывающей левую руку Конана, и луч коснулся металла. Сталь задымилась, послышалось тихое шипение – через несколько секунд цепь развалилась на две части. Киммериец успел заметить, что стальное звено толщиною в руку человека было гладко, точно ножом, разрезано…

– Ух ты! – восхищенно молвил Конан. – Вот это да! Ты волшебник, дедуля!

Фонтанелли только усмехнулся и на сей раз возражать не стал. Одну за другой он перерезал тяжелые цепи Копана тончайшим лазерным лучом. Пару минут спустя киммериец был уже свободен.

Его меч по-прежнему лежал на маленьком столике у стены. Киммериец бесшумно, точно леопард за верной добычей, прыгнул за мечом. Не ожидавший подобной прыти от человека, проведшего несколько часов в цепях, профессор со страхом отшатнулся. Это движение не понравилось варвару; верный меч снова был в его руке. Еще через мгновение острие меча прижалось к шее старика.

– Чего-то ты больно пугливый, папаша, – угрожающе произнес Конан. Если ты человек карлика, самое время тебе раскрыться. Будешь упорствовать, я живо намотаю твою седую бороду на этот меч!

– О Боже, я попал в безумный мир! – в ужасе вскричал док. – Вместо того чтобы идти спасать планету, ты хочешь убить меня, твоего освободителя! Ужели карлик был прав, и ты в самом деле опасный преступник?! О Боже, что же я тогда наделал!

Док в отчаянии всплеснул руками; из воспаленных глаз его потекли слезы. Слезы на глазах старика для Конана всегда означали почти то же самое, что и плач женщины. Пристыженный, он убрал меч.

– Прости, друг! Жизнь научила меня подозрительности. Ты здесь ни при чем. Ну, возьми себя в руки, Луиджи! Ты храбрый мужчина!

– Правда? – слабо улыбнулся док. Вот уж никогда не думал, что способен на такое! Ты ведь, наверное, думаешь, я герой, да? А я обычный профессор. Говорят, гениальный, но мало ли чего люди скажут…

Конан уже не слушал его. Он тщательно обследовал чертог. Везде было пусто. Как видно, карлик настолько самоуверен, что не оставил нигде ни тайных стражей, ни какой-нибудь сигнализации. Вдруг в дальнем углу комнаты он заметил нечто, показавшееся ему знакомым. Ну конечно же, это была волшебная накидка Тхутмертари! Вероятно, стигийская принцесса потеряла ее во время сражения со слугами карлика.

– Вот это удача! – пробормотал киммериец. – Эта накидка сделает меня незримым даже для Синих Монахов! Да, мы еще поборемся с тобой, Великая Душа!

– Ты что-то сказал, мой друг? – обратился к нему Фонтанелли.

– Послушай, Луиджи, я отправлюсь на поиски карлика. Что предложить тебе, я, право, не знаю. Притаись, наверное, где-нибудь: неровен час, хозяин опомнится и отомстит тебе за мое спасение…

– Нет! – решительно воскликнул док. – У меня тоже есть работа: я должен уничтожить ужасное создание моего ума. Если я этого не сделаю, твой двойник, Джейк Митчелл, может принести смерть десяткам тысяч людей даже без помощи карлика! Заодно я попробую взорвать всю эту обитель Зла!

– Действуй, друг!

И крепкое рукопожатие скрепило союз хайборийского варвара и нобелевского лауреата из двадцатого столетия. Не говоря больше ни слова, Конан облачился в волшебную накидку. Со стороны показалось, что гигант-варвар просто исчез – там, где он только что стоял, зияла пустота. Фонтанелли ошеломленно протер глаза.

«Он и вправду варвар – даже не поблагодарил меня за свое спасение! И так странно исчез… А может, они все здесь владеют телепортацией?»