Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Михеев Михаил Александрович

"Жениха, – горько думала Джурайя, механически поглаживая пальцы Корбина, – Я видела, ЧТО он делает с врагами. А судя по его поведению, ко мне он испытывает не менее нежные чувства. Почему не убил ещё? Может, Корнелиуса не хочет расстраивать? Спит, как ангел…ангел смерти…Так безмятежно улыбается… наверное, ему снится ТОТ дом… и что я выглядываю из окна верхнего этажа…"

– Прости, я была не права тогда, в лесу… И потом, с Петрой… Просто я очень люблю тебя и ревную, и ничего не могу с собой поделать, – неожиданно вслух сказала она. – Кстати, сегодня ты мог выпустить хотя бы детей. Дети не виноваты в грехах своих родителей. Наверное, ты не видел другого выхода, но я никогда не смогу забыть того что увидела… Надеюсь, Фауль тоже…Прощай, я должна кое-что сделать этой ночью. – на лице появилось выражение горечи и ожесточённости. – Я знаю, ты хотел бы сделать это сам, но… ради жизни невиновных… я не могу поступить иначе. Пострадать должны только преступники. Ты сможешь мной гордиться, – с болью в голосе закончила Джурайя. Она поцеловала Корбина, едва коснувшись губ, и тихо испарилась в темноте. За её спиной граф открыл глаза…

Телепорт безошибочно вывел Джурайю прямо к кровати спящей Анны. Теперь, когда ей достаточно было представить лицо человека, к которому она стремилась, перемещение в пространстве занимало всё меньше времени.

– Анна, просыпайся… Смерть твоя пришла. – Анна встрепенулась на широкой кровати и столкнулась взглядом с сидящей на краю ложа Джурайей. Ее лицо было освещено голубоватым шаром, мирно покоящимся в ладони. – Вставай. Я не убью тебя спящей, ты можешь одеться, собраться с силой и оказать сопротивление. Кстати, почему одна спишь? Где же супруг?

– Какое тебе дело! – вспыхнула Анна. Она не была расположена к светской беседе. – Все мужики козлы, а твой покойничек хуже остальных! Так что спасибо скажи, что он сдох. – Анна нервно натягивала платье и срывающимися пальцами пыталась зашнуровать корсет.

– Спасибо я уже сказала тем, кто его спас. Да ты не наряжайся сильно, всё равно всё сгорит или порвётся… – Анна обрушила неожиданную атаку, но она разбилась об щиты. Джурайя грустно улыбнулась. – Вот что ты за человек? Я пришла тебя на честный поединок вызвать, а ты исподтишка убить пытаешься… Такое ощущение. Что тебя Корбин учил, а не Корнелиус.

– Ты пожалеешь, пришла в этот дом! – заорала Анна, метнувшись к двери. В просторном холле её ждал сюрприз. Тщательно связанные, с кляпами по рту, ровными рядами были разложены стражи, гвардейцы, слуги и пара телохранителей-магов.

– Я подготовилась. Терпеть не могу убивать невинных, пришлось чуть-чуть попотеть.

Анна в ужасе кинулась в маленькую, неприметную дверцу в самом конце холла. Когда Джурайя неторопясь вошла в комнату, её ждал сюрприз. Она ожидала чего угодно – тайного хода, вооружённых до зубов солдат, любовника в конце концов, но то, что предстало перед её глазами, повергло её в шок. Анна держала на вытянутых руках новорожденного ребёнка, прикрываясь им…

– Ты же не убьёшь невиновного, тем более младенца! – похоже страх лишил её разума, раз она решила прикрыться собственным ребёнком, решила Джурайя. – Если ты посмеешь приблизиться ко мне, я начну её душить!

– Твоя дочь? – гримаса отвращения исказила лицо Джурайи.

– Да! – выкрикнула Анна, её скрюченные пальцы впивались в мягкое тельце под распашонкой, ребёнок недовольно кряхтел, куксился и тёр личико кулачками.

– И тебе её не жалко? – недоверчиво спросила убийца.

– Мне себя жалко! А она мне жизнь испортила! Орёт постоянно, муж по борделям шляется, любовника не завести – распёрло после родов! А тебе я вижу жалко её, ты всегда была сентиментальной дурой! А теперь дай мне уйти, или её кровь будет на твоей совести! – выставив ребёнка, как щит, Анна стала медленно приближаться к стоящей в полной растерянности Джурайе. Вот она подошла на расстояние вытянутой руки и хотела обойти угрозу, как вдруг…

Боль пришла не сразу. Сначала мелькнула белая вспышка и Анна с изумлением увидела собственные руки падающие вниз, перерубленные в локтях. Джурайя подхватила дитя и прижала к груди.

– Тварь, – жёстко произнесла она. – У тебя нет права на жизнь, если ты способна принести в жертву собственную дочь. Ей будет лучше без тебя, прости… – мелькнуло Белое Пламя и голова с длинными волосами покатилась по полу, а обезглавленное туловище рухнуло, как подкошенное, заливая кровью пол. Только сейчас, брезгливо переступив ногами, Джурайя заметила, что до сих пор на её ногах надеты смешные тапки-зайцы…

"Да уж, ребёночка здесь не баловали, – раздражённо думала хладнокровная убийца, лихорадочно обшаривая шкафы и комоды в детской в поисках самого необходимого. – Кому нафиг нужны ползунки, расшитые золотом?! А шёлковые распашонки в рюшечках и пуговицами из изумрудов в виде капли НА СПИНЕ! Уродство. Бедная куколка. Натерпелась со своей мамашей…" Бедная куколка лежала на кушетке в единственных нормальных штанишках, пускала пузыри и засовывала большой палец ноги в рот.

– Ладно, – решилась Джурайя, – пойдём спросим более компетентное лицо. – Она бережно подняла ребёнка и вышла в холл. Осторожно перешагивая через связанные тела, некоторые из которых храпели со здоровым молодецким посвистом, она наконец-то отыскала то, что искала. Пожилая прислуга тревожно переводила взгляд с Джурайи на ребёнка и пыталась что-то мычать из-под кляпа. Облегчённо вздохнув, девушка вытащила кляп из её рта.

– Головку придерживай, неумёха! – тут же услышала она тревожный окрик, перехватив ребёнка поудобнее. – Да не сажай на попку! Ребёнку ещё месяца нет, безрукая!!!

– Вы няня? – уточнила Джурайя, прижав малышку покрепче к животу, устроив её голову на согнутом локте. – Я забираю девочку, мне нужно её имя и самое необходимое на первое время. Помогите собраться, будьте человеком…

– Зачем тебе Ягодка? – запальчиво воскликнула няня. – Оставь, папаша всё равно сбежал, а мы тут воспитаем уж как-нибудь, не пропадёт.

– Ягодка? Что за имя? – опешила Джурайя.

– Ну, – засмущалась няня. – Я её так зову, пока мать не слышит. А при матери только полным именем – Алистрина… Наградили вот, теперь жить бедняжке с кличкой…

– А-а-а… Понятно. – понимающе покачала головой Джурайя, пытаясь высвободить прядь волос из крепкого кулачка. – Нет, я её не оставлю. Ей со мной лучше будет. Воспитаю, как родную, хоть мать у ребёнка будет… – она присела возле няни, перерезая верёвки на её теле. – Алистрина, ничего себе, – пробовала она на язык имя. – Может просто Аля? Или Лиска? Или Листик? – она перебирала уменьшительные прозвища, глядя в личико малышки, которое расплывалось в широкой беззубой улыбке.

– Гляди-ка, – ворчала старая нянька, кряхтя поднимаясь с пола, – матери не улыбалась, а вот чужой тётке – пожалуйста… Забирай, только вместе со мной. – Она уже поднялась и теперь стояла, растирая поясницу двумя руками. – Одинокая я. Для меня Алечка – вся жизнь моя. Да и тебе тяжело будет тащить. Незамужняя ведь, бездетная…

Джурайя ошарашено уставилась на женщину, не понимая, откуда она о ней всё знает.

– Да не удивляйся так! Тощая, глаза бешенные, кто на такой женится? Да в тапках этих дурацких… – поджав губы, нянька осуждающе покачала головой, глядя на зайцев, и пошла к выходу. – Пошли, каморка там у меня. Ещё от детей одёжки сохранила. Вот теперь когда мамаши нет… а её почти никогда нет… одеваю как человека. Можешь меня Каталиной звать. – пожилая женщина, открыв стенной шкаф, выволокла из него объёмистый сундук, доверху набитый детскими шмотками.

– Джурайя, – рассеянно представилась девушка.

– Ну чего встала? – возмутилась грозная нянька, перехватывая поудобнее приданое. – Открывай уже свою дьявольскую дверь… Спаси Единый, по каким страстям только не шаритесь… Эх, молодёжь…

– Нам срочно нужно видеть Прима! – говорящая держалась прям-таки с королевским достоинством. Стоящая рядом магичка развеяла свой ночник, как только зажглись осветительные шары. Лик усмехнулся в усы – не ожидал он, что Примовы похождения могут аукнуться ему в семейной жизни.