Сердце ворона - Олег Яковлев

– Не пугайте нас так, сир, – хмуро, в своей обычной манере, прорычал лорд Тенор, герцог Истарский, своему венценосному зятю. – Что бы сказала моя маленькая Рис, если бы узнала, что вы так себя утомляете?

– Ваша дочь поняла бы, что в такое время мне нельзя отдыхать и предаваться сну. Она бы меня поддержала, – устало сказал король. Всего лишь услышал имя королевы – сразу стало легче.

– Знай, король, – встал с кресла гном в белоснежном плаще. – Трон Ахана с тобой, человече. Жизни наши да пребудут в мире, а силы в союзе. – Морин протянул руку Инстрельду, и король ее крепко пожал. – Все детали мы обсудим с тобой лично, а сейчас, если ты не против, мы навестим наших Предгорных собратьев, что живут здесь. Встретимся в восьмом кругу.

Гномы поднялись и, не говоря больше ни слова, вышли из зала. Когда двери за ними закрылись, король встал с кресла и подошел к карте, висящей на стене. Ему очень захотелось остаться одному, прийти в себя и все хорошо обдумать.

Да, это был Совет неожиданных открытий.

Деккер стоял на большом утесе и смотрел, как ровные ряды его армады идут на запад. Мерные шаги тысяч и тысяч воинов были единственными звуками, раздававшимися в топях. В этих шагах слышались отголоски древних битв, крики умирающих, звон клинков. Для ушей Лорда-некроманта это была музыка. Единственные звуки, которые ему хотелось слышать. Но, к сожалению, его отвлекли от этого.

– Ты сделал то, что должен был? – не оборачиваясь, спросил он.

– Нет, Черный Лорд, я не сделал, – раздался за спиной елейный голос. Голос, от притворной доброты которого становилось не по себе даже некроманту. – Мне все время мешали. Были секунды, когда казалось, что вот-вот, еще миг, ну же – он точно сорвется… но нет, его хорошо защищают, его успокаивают, приводят в чувство…

– Ты же утверждал, что досконально познал секреты внутренних голосов, что ты можешь внушить людям все, что угодно…

– Да, Милорд, говорил, но это особый случай. Анекто все время путается под ногами. Думает, что он самый хитрый во дворце. К слову, не только он так считает. Там таких умников – каждый второй.

– Отдать приказ уничтожить его? – безразлично спросил Деккер.

– Нет, это было бы слишком явно. Я сам избавлюсь от него. Со временем…

– К Бансроту Анекто, – яростно прошептал Деккер. – Граф де Нот. Тиан. Первосвященник. Они устранены? Пока стоит магическая защита вокруг тех покоев, я не могу заполучить наследника престола. Ты обещал мне, что позаботишься об этом…

– Ты бы о своих обещаниях помнил, Черный Лорд, – голос стал походить на лязг металла. – Почему Восточный Дайкан устоял? Неужели так трудно было обратить в пыль его стены и уничтожить то, что я просил?

– Ты мне не указывай, что делать, – раздраженно ответил Деккер. – Город падет, когда придет его время.

– Я всего лишь напомнил, повелитель. – Вкрадчивые слова предателя, казалось, выворачивали наизнанку душу. – Просто, чтобы ты не забыл про наш уговор. Что будет с Ронстрадом, когда короля не станет, когда ты заполучишь ребенка. Куда не пойдут войска, а куда пойдут, и что ты сам должен будешь сделать в качестве платы.

– Я прекрасно помню, – кивнул Деккер. – Что с де Нотом?

– Он уже в капкане. А вот Тиан – здесь я пока бессилен, и этому дураку-святоше Мариусу – кол в сердце, он тоже начал о чем-то догадываться.

– И что ты собираешься делать?

– Я? – усмехнулся голос. – Их жалкие попытки защитить короля меня не остановят. Очень скоро я подам тебе это блюдо горячим.

Человек исчез. Деккер так и не повернул головы.

– Иначе я сам приготовлю тебя холодным, – сказал в пустоту некромант, – и приправлю червями.

Ничто не заставило бы его отвести войска так далеко, если бы не пришла весть о том, что большая армия Империи Волка подходит к пустошам драконов, за которыми начинаются его, Деккера, земли.

Империя! Подумать только – Империя, о которой все забыли и сбросили со счетов! Но не Темная Империя Некромантов – черная держава, ценой крови и смерти державшая весь север под коваными сапогами легионов. Новое государство, поднявшееся из пепла, подобно легендарному фениксу…

И теперь у Деккера появился новый враг, а что это именно враг, он не сомневался… и он не допустит, чтобы Империя и Ронстрад как-нибудь объединились и стали союзниками…

И вот именно для этого Проклятые легионы шагают и шагают на юг – навстречу легионам живых…

– Пошевеливайся, сброд! – рычал Ваштаргх. Бывший некогда обычным атаманом племени, ныне глава всего рода, да к тому же и Боевой Вожак Орды, он командовал очень важным строительством.

Эта война многое принесла ему. Некогда он даже не имел права голоса в родном клане – ныне к его словам прислушивается сам Грышган, отметивший его за доблесть, ярость в бою и расчетливый ум (за который его презирали многие недалекие соплеменники). Теперь орки слушались его, орки боялись его, вождя Ваштаргха с татуированным тигром на злобном лике. И ему это нравилось. Мудрые предрекали ему великие свершения, и сам Верховный Вождь возложил на него ответственнейшее из заданий.

Сейчас он стоял в предгорной долине. Здесь, на хребте Дрикха, было непривычно холодно для лета. Падал мокрый снег, мороз стоял такой, что можно было хоть к духам отправляться. Но работы должны были вестись именно сейчас, именно в бансротов снегопад, именно в такую лютую горную стужу.

Ваштаргх стоял перед высокой обледенелой скалой и наблюдал за вверенным ему делом. И он достойно следил, чтобы все выполнялось строго по плану Верховного Вождя, ведь вскоре Великий Грышган сам прибудет проверить. Да, битву под восточной твердыней орки, можно сказать, проиграли. Но война только началась, и сынам Х’анана удалось совершить то, что еще совсем недавно казалось просто невозможным: разгромить юго-восточную оборонную сеть людей. Теперь вход в земли белокожих свободен, осталось лишь дождаться удобного момента, созвать орду и, конечно же, подготовить то, что планировал Грышган.

Лабиринты уже прорыты. Не очень просторные, зато длинные и ветвистые, они соединяли три большие пещеры, в которых ныне расположились местные орки. Теперь нужно было пробить смотровые и стрелковые бреши…

Скала. Казалось бы, мертвая, неживая скала: ледяной камень и белый снег. Камень-монолит – неразрушимый и крепкий, как само время. Но вот раздался глухой стук. Скала близ верхнего уступа пошла трещинами, вывалился первый камешек, за ним – второй. Через несколько мгновений образовался пролом, другой, эти два соединились в один большой.