Нф-100: Роботы божьи - Сергей Марьяшин

Дверь отворилась и в комнату вошел еще один. Репес сразу узнал его, Люба описала нападавшего очень подробно. Высокий тучный старик в заклеенном до подбородка черном плаще и огромных зеркальных очках оглядел разгром и удовлетворенно кивнул.

Автоматчики отдали ему честь и бросились отодвигать журнальный стол, чтобы он мог сесть. Лысый старик молча уселся напротив дрожащего от страха священника. Он достал из кармана лазерный пистолет с толстой ребристой рукояткой и аккуратно положил его на разделявший их стол, трубкой ствола в сторону Репеса. Старик восседал прямо под карнавальной маской, словно жрец богини, чей бесстрастный лик взирал на Репеса дырами пустых глазниц.

Один из стоявших позади священника людей подошел к старику и, почтительно склонившись, отдал найденные в карманах задержанного коммуникатор и вуду-нож. Старик не глядя передал коммуникатор боевику с автоматом. С любопытством осмотрев вуду-нож, он с треском сломал его пополам и небрежно бросил половинки на пол.

- Премного наслышан, Виктор Александрович! - сказал старик глубоким низким голосом. - Захотелось, наконец, увидеть вас собственными глазами!

С этими словами он снял выпуклые очки, делавшие его похожим на жутковатую стрекозу, и взгляду оторопелого священника предстали затянутые кожей пустые глазницы.

Старик ощерил большие желтые зубы и гулко захохотал.

14.

Егор с трудом разлепил глаза и сразу зажмурил их, чтобы защититься от бьющего из окна солнечного света. Слава Шиве, это были всего лишь сны! Этой ночью он не спал, а кувыркался в кошмарах, навеянных вчерашним разговором с Авдеевым... то есть, Репесом. Егору было не по душе новое имя, не вязавшееся с привычным образом священника.

Сначала ему пригрезился сон про могущественных иномирных демонов, случайно попавших в ловушку нашего трехмерного пространства. Сон был длинным, пугающе правдоподобным и имел развернутый сюжет. Егор снился себе победителем президентских выборов в США. После банкета ему принесли секретное досье, из которого он узнал о существовании демонов и их заговоре против человечества. Согласно досье, демоны некогда создали людей как биороботов, чтобы мы своей неосознанной хозяйственной деятельностью уничтожили Землю. Гибель планеты позволила бы нашим хозяевам освободиться и вернуться в свое измерение.

Задача Егора на высоком посту была сложной и противоречивой. Он должен был создавать видимость экономического роста и одновременно всеми силами саботировать развитие земной промышленности, причем так, чтобы ни его избиратели, ни демоны об этом не догадались. Во избежание массовой паники он не должен был допустить, чтобы люди узнали правду. Но самым страшным, что ждало каждого нового президента, были отчеты перед демонами о проделанной работе. Мысль о встречах с ними наполняла Егора жутким страхом, лишая всякой воли к сопротивлению. Да и что он мог сделать? Как сопротивляться тому, что превосходит тебя в столь же огромной степени, в какой гиперзвуковой лайнер превосходит муравья?

Перед первым отчетом Егор проснулся в холодном поту. Осторожно нащупав мирно сопящую рядом Наташу, он успокоился и вновь уснул, провалившись в следующий кошмар. Ему приснилось, что он касается кухонной плиты, чтобы собрать рассыпавшуюся зеленую чечевицу - редкий и дорогой деликатес - и кожа на его руке расплавлятся и прилипает к раскаленной поверхности, как гибкий термопластик, из которого делают кожу андроидов. Впав в панику, он пытался оторвать намертво прилипшую ладонь и в этот момент проснулся, обнаружив, что не мог пошевелить рукой, потому что прижал ее головой к подушке.

Кажется, на сей раз он имел дело с реальностью. В голове раздался знакомый щелчок. После ночных ужасов Егор воспринял привычную пытку новостями со смиренной благодарностью. Сообщения о резком росте числа браков людей с гулловскими роботами и о запоздавшем на сто лет разрешении британского геральдического общества использовать QR-коды на дворянских гербах быстро вытеснили из головы жуткие сны. Последней новостью была курьезная история о человеке, отказавшемся принимать лекарство от артрита из опасений, что входящие в состав микстуры нано-роботы станут следить за ним и передавать данные о его разговорах и мыслях в корпорацию Гулл.

"Глупые страхи, - подумал Егор. - Они и так попадают в Гулл через программную "закладку" в мозговом чипе. Давно пора бы уже к этому привыкнуть". В памяти ожил вчерашний разговор про чудовищное устройство на вершине калифорнийской пирамиды, куда в действительности попадают все разговоры и мысли на свете.

Егор окончательно проснулся, вспомнив все. Ему стало нехорошо. Желудок, скрученный внезапным спазмом, едва не вывернулся наружу. Он мог бы уверенно назвать это утро худшим в жизни. В его душе были руины, словно там похозяйничал враг. Он был убит, раздавлен тяжестью обрушившегося на него зловещего знания.

Егор откинулся на подушке и задумался. Он отчетливо помнил каждое сказанное вчера слово. Авдеев-Репес со всей серьезностью уверил его, что Егор, как и прочие люди, включая его родителей и всех, кого он знал, по природе своей есть биологические роботы, чья программа заставляет их считать себя настоящими людьми, обладающими сознанием, разумом и свободой воли. Впрочем, есть ли в этом мире хоть кто-нибудь настоящий?

Он с удивлением отметил, что совсем не ощущает себя роботом. Егор по-прежнему чувствовал себя как обычный, живой человек, каким был до рассказа священника. Разве это нормально, после всего, что он узнал? Интересно, подумал Егор, как должен ощущать себя искусственный андроид? "Как я сейчас, - мысленно ответил он сам себе. - Андроид, запрограммированный считать себя человеком, чувствует себя в точности как человек. У него нет способов выяснить, что он на самом деле такое".

Егор перевернулся на бок и задумчиво посмотрел на спящую Наташу. Она плотно укуталась в одеяло, снаружи виднелись лишь копна черных волос и самый очаровательный в мире нос. "Интересно, видит ли она сны?" - подумал Егор с нежностью. Он невольно залюбовался ею. Ему хотелось разбудить ее, чтобы поговорить о том, что им рассказал вчера Авд... - тьфу, Репес! - но он вдруг понял, что боится. Егор не смел прикоснуться к ней, он боялся ее - свою электрическую рабыню, названную сестру и любовницу.

Словно почувствовав, что он думает о ней, Наташа тихонько застонала и задвигалась под одеялом. Егор испуганно замер. Найдя удобную позу, она успокоилась и снова засопела. Осторожно, чтобы не разбудить девушку, он не без труда выбрался из топкой кровати и отправился в душ взбодриться. Уходя, Егор запер дверь номера стальным ключом на леске, провернув его в скважине четыре раза, - гениальная технология, не требующая электричества и недоступная для дистанционной блокировки, - а потом одел его себе на шею, чтобы не потерять.

Несмотря на ранний час, в общем душе в конце коридора уже кипела жизнь. Постояльцы шумно мылись в тесных грязных кабинках. Некоторые стирали белье в раковинах, громко болтая друг с другом на чужих языках. Кивнув двум знакомым индусам, Егор забрался в свободную кабинку и бросил в щель платежного устройства несколько пластмассовых жетонов. Жетон давал право на минуту холодной воды, еще один - на минуту горячей. Уплаченного должно было хватить минут на десять. Он открыл краны на полную мощность и зажмурил глаза.

Замерев под тугими теплыми струями, Егор меланхолично думал о том, что узнал вчера от священника. Удивительно, но самой пугающей вещью он счел вовсе не Хозяев и даже не то, что он сам, подобно другим людям, включая этих индусов - лишь робот, биологическая машина неизвестного предназначения. "Не страшно быть роботом, когда все вокруг такие же", - с горькой усмешкой подумал он. По-настоящему Егора напугало другое. Он пытался переварить тот невероятный факт, что Наташа была живой. Их бытийный статус оказался равным. Пусть внутри у нее искусственные органы, но сущностно она не отличается от него. Понять и принять это было невозможно.

Репес наделил ее жизнью, просто сообщив ей, что она живая. Точно так же, как волшебник в детской сказке наделил пугало умом, а льва храбростью. Там был еще один персонаж, рефлексирующий железный робот, которому волшебник подарил фальшивое сердце, а вместе с ним - "настоящую" жизнь. "Прямо как ей, - подумал Егор. - Только он дал ей не имитацию жизни, а настоящую жизнь. Отобрав эту жизнь у меня".

Горячие струи постепенно сделали свое дело и Егор успокоился. "Разве не об этом я всегда мечтал?" - спросил он себя. Он никогда не верил до конца в то, что его друггл - всего лишь искусственный посредник между ним и Средой Гулл. Егор всегда видел в ней нечто большее - разумное существо. Теперь он знал, почему. Это из-за его социотипа. Репес объяснил ему, что люди типа INFJ склонны оживлять неодушевленные предметы. Но в данном случае она действительно была живой!