Родить легко - Инна Мишукова

Пулей влетаю в родовую. Мою руки, ни халат, ни шапочку надеть не успеваю, только стерильные перчатки. Протягиваю руки и принимаю ребёнка.

Думала тогда – как здорово и неожиданно всё сложилось, как повезло девочке! Но потом состоялись ещё одни роды с похожим сюжетом, и я призадумалась.

Второй случай сопровождала интересная с точки зрения рациона беременных ситуация.

Как уже неоднократно упоминала, мне везёт на красивых рожениц. Сначала думала, что это моё привычное материнское восприятие – любить ребёнка любым и считать его прекрасным во всех отношениях. Но как-то один доктор противоположного пола – сам очень привлекательный – заметил:

– Да откуда ты таких интересных набираешь?

Даша была абсолютной красавицей с чистой и нежной, как у ребёнка, кожей. Когда я узнала, что она строгий веган, да к тому же сыроед, картинка сложилась. Расспросила, какие белки ест в беременность:

– Не потянуло на непривычные продукты?

– Тянет, но не буду, не хочу привыкать. Все показатели в норме, ребёнок набирает хорошо, гранаты и гранатовый сок поддерживают гемоглобин.

Как-то утром на тридцать восьмой неделе Даша увидела своё отражение в зеркале ванной и чуть не упала в обморок: оттуда глазками-щёлочками смотрело на неё невероятно опухшее существо! Отекло всё – руки, ноги, шея и даже спина: «Показалось, что меня как жабу надули изнутри, вставив трубочку».

Девочка в ужасе кинулась в роддом. Уже в патологии, после анализов, выяснилось: плазма крови настолько истощила запасы альбумина (то есть белка), что стала слишком жидкой и выпотела в ткани – так отекали голодающие Поволжья или африканские дети в страдающих от избыточной рождаемости и недостатка продовольствия племенах.

Начали лечить, ставить восполняющие белок капельницы. Через несколько дней отёки сошли, Даша собиралась ещё недели на полторы-две вернуться домой и ждать родов. Конечно, во время этих треволнений мы находились на связи.

Утром планируемого дня выписки, приходившегося на воскресенье, звонит:

– Даже не знаю, стоит ли выписываться… Что-то похожее на схватки.

Объясняю ситуацию нашему доктору, спрашиваю, когда сможет приехать в роддом. Изначально бодрый, энергичный голос в трубке становится неожиданно вялым:

– Что-то совсем неважно себя чувствую… Пожалуй, передам контракт дежурному доктору.

Ну понятно, воскресенье! Врачи, конечно, тоже люди, тоже устают. Хотя, может, и правда нехорошо себя чувствовал.

Плохо было другое: доктор, которой нас передавали, меня активно не любила. Как-то случился у нас с ней конфликт, серьёзно дискутировали по родовой ситуации. Я, «размахивая шашкой», пыталась отбить свою девочку от ничем, на мой взгляд, не обусловленного вскрытия плодного пузыря. Дошли в разрешении спора до главврача, который меня поддержал, а доктору поставил на вид. Что, конечно, больно её уязвило, и дальше она, где могла, старалась всячески нагадить. Но мне-то ладно, а вот женщине в родах – недопустимо.

Описываю положение Даше – та, само собой, не хочет проживать роды с настроенным против акушерки доктором. Перебирая варианты развития событий, пока роды не вошли в полную силу и есть возможность думать и двигаться, решаем сменить роддом!

В те годы контракт заключался не с роддомом, а с единой страховой компанией, поэтому смена медучреждения осуществлялась безо всякой бумажной волокиты и длительных согласований. Оставалось уточнить всего два момента: готов ли кто-то из наших докторов взять контракт и есть ли свободная «домашняя» палата. Я организовала всё за пятнадцать минут.

Но Даше предстояла непростая задача – выписаться из роддома с уже идущими схватками. Значит: подойти к акушеркам, поговорить с ними, расписаться в многочисленных бумагах, собрать вещи и прочая мало уместная в родах активность.

Интервал между схватками на тот момент составлял пять минут. Помню, давала ей такие инструкции:

– Нужно распределяться по действиям на четыре минуты. Что-то сказала акушеркам, поставила пару подписей – на схватку уходи в палату. Собрала сумку – пережди схватку и иди. За четыре минуты пройдешь коридор до лифта и т. д.

Когда Даша вышла, я стояла у входа с распахнутой дверью машины. По пустым воскресным улицам уже через двадцать минут добрались до другого роддома. Быстро миновали приёмное, устроились в палате, набрали ванну. При осмотре доктор порадовал: «Девять сантиметров, почти полное открытие». Родили через час пятьдесят после приезда.

Снова тогда подумала – повезло-то как… Вроде столько суеты, нелепый переезд из роддома в роддом с единственной целью убежать от акушерской агрессии, а такие лёгкие роды!

В третьем случае – уже не помню, по какой причине, – моя девочка задолго до родов так же оказалась в отделении патологии.

У неё начинаются схватки, а я на других родах в другом роддоме. Судя по развитию событий, они закончатся не раньше, чем часа через два, и потом ещё пару часов послеродового периода необходимо провести с родильницей:

– Дорогая, я на других родах, нужно вызвать заменную акушерку.

– Нет, буду ждать, мне только с вами представляются мои идеальные роды! Я же понимаю, что первые роды идут часов пятнадцать, значит, если вы приедете через пять, подойду только к началу активной фазы. И всё самое сильное и главное проживу с вами.

Мысленно поставив себе пятёрку за подготовку (у вступающей в роды никакой паники, спокойный голос, помнит о периодах, понимает, что такое латентная фаза), заодно поругала за то, что снова не сумела донести: настрой на успех родов не должен упираться в личность конкретной акушерки. Ещё раз, уже немного настойчивее, предложила замену, но девочка заверила – если всё быстро разгуляется, она позвонит:

– А пока не стану никому говорить, что у меня схватки, спрячусь от этих чужих тёток.

И вот партизанила она так, партизанила, а когда я уже ехала к ней в роддом, мне позвонили и сказали: всё, родила. Первые роды за пять часов, плохо ли?

Конечно, здесь некорректно говорить о какой-то статистике, вышеописанное – исключительно мои частные наблюдения. И предположительный вывод: отсутствие зрителя, незапланированное одиночество и необходимость скрывать происходящее направляют женщину на верный путь, подсказывают ей более звериное поведение – а значит, и рожает она легче. Теории Мишеля Одена на практике!

Но и в родах, которые складываются в благоприятной атмосфере, женщину зачастую нужно лишить сочувствующего зрителя. В роли которого могут выступать и трепетный любящий муж, и мама, и сестра. И очень добрая доула или акушерка, создающая родовой «пятизвёздочный отель» свечами, ароматами и прочей мишурой, но с печатью активного сострадания на челе. И доктор со своим протокольным «обезболиваться планируете?».

Все они – поведением, выражениями лиц, интонациями – добавляют драматизма и красок в картину под названием «В муках будешь рожать детей