Родить легко - Инна Мишукова

Ведь ощущение времени – штука крайне субъективная. Всем нам знакомы тоскливые периоды ожидания, томительные часы и тягучие минуты. Но также прекрасно знаем, как на одном дыхании пролетает месяц или даже год – если они наполнены событиями и впечатлениями. Есть внешнее и внутреннее время, и зависит оно от состояния ума и проживаемых эмоций. Время родов течёт по тем же самым законам.

В моей практике встретилась женщина, которая считала себя рожающей шесть (!) дней. В действительности же шли лёгкие предвестники, с которыми она и спала, и ела, и вообще жила вполне нормально. Но пребывала в постоянном тревожном прислушивании к каждому движению внутри себя, с лица не сходило слегка страдающее выражение. «Третий день идут мои роды!» – писала она мне и доктору. Который в результате, устав переживать за неё на расстоянии, велел приехать и «рожать» дальше уже в роддоме.

Приехала, оформилась. Всё проверили, объективно – не рожает. И ещё целых три дня она создавала атмосферу родов в палате: ставила медитативную музыку, нюхала ароматические масла и прочее подобное. Всё это время я сновала, как челнок, в том же роддоме, активно рожая других своих девочек, и порой заглядывала к ней в палату. Лицо – сама печаль: «Я рожаю…»

К реальному началу родов она была уже очень уставшей, прежде всего эмоционально. А правильно родить в измотанном и накрученном состоянии невозможно. И когда пошли настоящие родовые схватки, сил у неё (как, впрочем, и у доктора с акушеркой) уже ни на что не оставалось.

Итог – кесарево сечение. Объективных, физиологических причин для которого не было! Его сама себе устроила сверхистеричная и гипертревожная роженица.

А вот другая история на ту же тему. Звонит муж моей девочки:

– Не знаем, пора нам ехать или рано ещё? Я её развлекаю между схватками, анекдоты рассказываю – смеётся. Значит, не рожает, наверное? Но на схватку рычит почему-то…

Предлагаю посчитать их количество в течение ближайших шестидесяти минут – не длительность, а в штуках. Набирает через час:

– Двадцать семь.

Хватаюсь за голову: схватки раз в две минуты! Тут уже давно не важна продолжительность… Судорожно натягивая джинсы, говорю ему: жену в охапку и пулей в роддом!

Встречаемся там на полном открытии. Родили через полтора часа. После обсуждаем, она счастлива:

– Ну надо же! Всего полтора часа рожала…

– Думаешь, всего полтора? А до этого что было?

– А до этого мы просто всё время смеялись!

Глава 74

Как я уронила ребёнка

Система в целом воспринимала меня – пришедшую в акушерство зрелым, давно сформировавшимся человеком, к тому же с явно нестандартным для этой сферы бэкграундом – ровно так же, как отдельные её представители, то есть с недоумением, непониманием и подозрением. Что «артистке» делать в роддоме? Какая-то не наша. Раздражает.

«Мир Естественного Акушерства» планировал начать сотрудничество с 47-м роддомом. И так получилось, что ещё до заключения официального договора у меня как раз образовалась одна беременная, которой этот роддом был показан по медицинским аспектам. Мы с девочкой и её мужем, никого там не зная, поехали выбирать доктора. И, просто сидя в коридоре, увидели одно довольно приятное лицо.

Спрашиваю ребят: как вам? Отвечают: да, давайте попробуем. Подхожу к доктору: так и так, я из «Мира Естественного Акушерства», через некоторое время начинаем сотрудничество, насколько вы готовы работать в проекте естественных родов? Доктор: да, пожалуйста, я готова, всё понимаю. И моя пара заключает с ней контракт.

Через несколько дней они снова туда приехали, чтобы сделать КТГ. Но ребёнок, видимо, спал, и запись получилась не идеальной. Доктор тут же заявила: «Сердцебиение мне не нравится! Нужно незамедлительно вскрыть пузырь и рожать».

Ребята звонят мне. Поскольку всё вменяемое естественное акушерство понимает, что на основании однократного мониторинга никто таких глобальных, мягко говоря, рекомендаций давать не имеет права, то надо всего лишь попробовать его переделать – что я и посоветовала.

После того как они погуляли, перекусили и заново записали КТГ, результат вышел вполне симпатичным, и доктор их отпустила. Но через неделю опять принялась настаивать на амниотомии: вот же, некоторое время назад зафиксирован плохой эпизод по сердцебиению!

Это выглядело уже каким-то бессмысленным медицинским насилием. Моя пара не понимала, зачем на них давят, желая вызвать роды безо всяких на то уважительных причин. Я присутствовала при разговоре и защищала их позицию. И тут доктор говорит им:

– Пожалуйста, выйдите на пару минут.

Когда пара вышла, доктор закрыла дверь, села прямо передо мной, уткнула локти в стол и исподлобья вперилась недобрыми глазами:

– Я вас сейчас в порошок сотру вместе с вашим центром! Раз уж пришли, сидите и рот не открывайте, когда не просят!

Это прозвучало настолько неожиданно и грубо, настолько походило на какой-то наезд гопников в тёмной подворотне, что я в буквальном смысле на некоторое время утратила дар речи. Вот уж никак не ожидала, что интеллигентный московский доктор способен разговаривать подобным образом. Начала что-то робко лепетать о программе естественных родов, что мы не вскрываем пузыри просто так и прочее, но шансов на диалог не было. Доктор оборвала меня, вторично, ещё более жёстко указав моё место, на чём и расстались.

А ещё через пару дней, когда ребята снова приехали на какое-то очередное обследование уже без меня, надавила на них и всё-таки убедила – если, конечно, можно так назвать откровенный прессинг – вскрыть пузырь. Акушерку просто поставили перед фактом.

Ехала в роддом, разговаривая по дороге с расстроенной девочкой, которая очень переживала, думая, что теперь в её родах всё пойдёт не так. И в качестве спасения от неприятных мыслей предложила ей сделать мысленное упражнение – как будто вырезать случайный кадр из жизни, когда ей вскрывают пузырь, и заменить его другой картинкой: будто она просто шла по коридору и пузырь прорвался сам. Будто природа сама решила начать её роды с излития вод. Судя по результатам, помогло.

Когда я приехала в 47-й, ещё не работавший с проектом «Домашние роды в роддоме», картина наблюдалась прискорбно классическая: в родовом боксе горел яркий свет. Рожающая как могла жалась от него в узкую полоску тени около кровати, а голову прятала под кровать…

Доктор строго сказала мне, что раскрытие всего пять сантиметров, она идёт спать и часа четыре просит её не беспокоить – что вполне логично для обычных первых родов с их довольно скромной, как правило, в подобных условиях динамикой. Когда она удалилась, я наконец-то выключила свет и