Дядя Фёдор, пёс и кот. Полное собрание - Эдуард Николаевич Успенский

впервые в жизни был в костюме с галстуком. Он был весь бритый и совсем новый. Он даже светился весь. В руках у него был огромный букет свежих пионов.

Рядом с ним светилась Пелагея, но безрезультатно.

Глава пятнадцатая

Профессор Сёмин прощупывает мотель

Мотель «Простоквашино» был новый и современный. Он только что открылся, и клиентов в нём было мало.

Он стоял в стороне от деревни Простоквашино, примерно в полукилометре от шоссе, и выглядел на фоне лиственного леса, как единственный зуб бабы-яги. Потому что был весь стеклянный и металлический.

Но внутри он был очень удобный.

Профессор Сёмин решил перед концертом как следует прощупать мотель «Простоквашино».

Пока зрительный зал заполнялся, он подошёл к административной стойке и спросил:

— Скажите, пожалуйста, у вас тут не поселялись два моих товарища?

Вежливый дежурный достал большую книгу со списком проживающих:

— Как их фамилия?

Профессор плохо умел прощупывать отели, поэтому он растерялся:

— Ой, я совсем забыл их фамилии. Я их только в лицо помню. Вы мне список прочитайте, я и скажу.

— Хорошо, — говорит администратор. — А давно они приехали?

— Да уж с месяц они всей деревне покоя не дают.

— Ну, если с месяц, таких постояльцев у нас немного. Всего двое — Кривоног и Обезьянкин. Они только что здесь были. Посмотрите, может быть, вы их на концерте найдёте. У нас сегодня певица Серебряная выступает.

— А как они выглядят? — очень неумно спросил профессор Сёмин про своих товарищей.

Администратор не обратил внимания на его неумность и ответил:

— Очень вежливые, хорошо одеты. Такие востроносенькие. По утрам бегают. Один полненький, другой худощавый.

Добрый профессор Сёмин, очень довольный своим прощупыванием, отошёл. И тут его чёрт дёрнул — он спросил:

— А ваш владелец, случайно, не получал писем с вопросом, где он взял деньги на мотель?

Дежурный сразу насторожился:

— Получал.

— И как он на них ответил? — спросил профессор.

— А вот так!

Администратор нажал ногой тайную кнопку.

Тут же зазвенел тревожный звонок, откуда-то выбежали два крепких человека в чёрных костюмах. Они схватили профессора Сёмина под руки и потащили к машине. Машина отъехала от мотеля, и скоро потрясённый профессор оказался в местной милицейской кутузке.

Глава шестнадцатая

Концерт для певицы с фонограммой

На сцену вышел моложавый администратор певицы и сказал:

— Односельчане, вам повезло. На вашей сцене состоится концерт известной певицы Виолетты Серебряной. Много городов состязуются, состязовываются, состязаются… то есть вступают в состязание, кому заполучить эту певицу. И это состязание выиграли вы. Встречайте звезду аплодисментами.

Зал зааплодировал. Певица вышла на сцену лёгкой танцевальной походкой:

— Дорогие мои! — сказала она с повышенной задушевностью. — Я вам спою свою любимую песню.

И она запела, обращаясь к Печкину:

Когда простым и ясным взором Ласкаешь ты меня, мой друг, Необычайным цветным узором Земля и небо вспыхивают вдруг.

Печкин даже задохнулся от застенчивости, и чуть было не вылез на сцену, чтобы вручить певице цветы. Но Пелагея Капустина одёрнула его и сказала:

— Цветы дарят после концерта.

— «Ну, что тебе сказать про Сахалин», — объявила певица, снова обращаясь к Печкину. Видно, Печкин с таким вниманием смотрел на неё, что и она не могла отвести от него глаз.

Ну, что тебе сказать про Сахалин? —

запела она.

Печкин растерялся и попросил:

— Ну… про погоду скажите.

На острове нормальная погода. Прибой мою тельняшку просолил, И я живу у самого восхода.

Тут пошёл долгий музыкальный проигрыш. Печкин обрадовался и закричал:

— Как у вас там дела с почтой?

Певица ответила:

А почта с пересадками летит издалека, Из самой дальней гавани Союза, Где я бросаю камушки с крутого бережка Широкого пролива Лаперуза.

Короче, весь концерт певица обращалась к Печкину. Или это казалось, что она обращается только к нему:

Письма, письма часто на почту ношу, Будто я роман с продолженьем пишу…

Или:

А вчера прислал по почте Два загадочных письма. Вместо строчек только точки, Догадайся, мол, сама…

Или уж совсем:

Когда я на почте служил ямщиком, Был молод, имел я силёнку…