Социальное влияние - Филип Зимбарго

Чем больше людей, тем больше аргументов. Сначала мы рассмотрим информационное влияние. На совещании каждый член жюри высказывает свое мнение и обосновывает его. Предположим, что десять присяжных отдают предпочтение обвинительному вердикту, в то время как остальные двое считают, что есть основания, достаточно веские, чтобы усомниться в виновности подсудимого, и позволяющие поставить вопрос о возможности вынесения оправдательного приговора. Будут ли все десять представителей большинства выдвигать одни и те же аргументы в поддержку своего мнения? Скорее всего, что нет. Каждый сторонник обвинительного вердикта может выступить со своей трактовкой доказательств, возможно добавив информацию, которую остальные не помнят. Конечно, двое несогласных тоже могут предложить различные доводы. Но каждый из представителей меньшинства, обладающий только одним набором новых аргументов в поддержку своего мнения, должен выдержать натиск десяти наборов контраргументов. Таким образом, мы имеем дело с убеждением в ситуации, когда изменение установки происходит под влиянием точки зрения, подкрепленной большим количеством разумных аргументов. Обычно это точка зрения большинства.

Не прийти к согласию — значит не достичь цели. Нормативное влияние можно объяснить эгоистическим желанием меньшинства получить социальное одобрение и избежать социального осуждения (Stasser et al., 1982). Когда мирные попытки представителей подавляющего большинства убедить несогласное меньшинство терпят неудачу, они начинают сердиться, и их выступления в дискуссии приобретают оттенок отчужденности, неприязни и скептицизма (см. главу 2). Чтобы выдержать столь мощное социальное давление, требуется незаурядное мужество, твердая убежденность в собственной правоте, а иногда прямо — таки героизм. Нормативное влияние может действовать также и на другом уровне (Stasser et al., 1982). Задача жюри заключается в вынесении вердикта. Если это не удается, т. е. если присяжные не приходят к согласию, они не достигают своей цели. Они не свершили правосудия, и в каком — то смысле из — за них все участники процесса просто зря потеряли время — кроме, конечно, подсудимого. Желание избежать подобной неудачи при достижении социально желательной групповой цели может заставить многих представителей меньшинства стать гораздо более восприимчивыми к точке зрения большинства.

Если бы вы были членом жюри и вам надо было переубедить кого — то из несогласных с вами коллег, то к чему бы вы стали апеллировать, выстраивая свою аргументацию, — к информационным или нормативным интересам ваших оппонентов? Во многом это зависит от того, каков ваш индивидуальный стиль. Вы можете быть любителем нравоучительных рассуждений или человеком, для которого имеют значение «только факты». Однако помимо предпочитаемого вами стиля само дело может определить, какую стратегию убеждения вы выберете. В одном исследовании испытуемые — присяжные» совещались в группах по шесть человек после чтения материалов гражданского иска о нанесении телесных повреждений в связи со взрывом котла, который произошел из — за дефектов конструкции (Kaplan and Miller, 1987). «Присяжным» сказали, что другое жюри уже вынесло вердикт против ответчика (производителя котла) в пользу истца (раненого хозяина дома). Задача «присяжных» состояла в определении размера выплаты за причиненный ущерб. Половина членов жюри должна была решить вопрос о размере компенсации ущерба, которая должна возместить истцу все его реальные потери, возникшие в результате халатности ответчика. Остальные «присяжные» должны были определить сумму штрафа, взыскиваемого сверх компенсации ущерба с целью наказания ответчика и в предостережение другим людям, чтобы они не допускали подобной небрежности.

Обратите внимание на то, что сумма компенсации ущерба более или менее зависит от фактических обстоятельств дела. Во что обошлась истцу эта злополучная авария? Что касается штрафа, то решение о его размере более субъективно и зависит от личных мнений: оно отражает социальные ценности (положительное или отрицательное отношение к бизнесменам), чувство моральной ответственности и тому подобные вещи. С учетом этих различий можно ожидать, что в первом случае (компенсация ущерба) будет сделано больше попыток информационного убеждения (констатация фактов), а во втором случае (штраф) — больше попыток оказания нормативного давления (морализирование). Эти ожидания полностью подтвердились, когда исследователи проанализировали содержание дебатов жюри. «Присяжные», которым надо было принять решение, основанное на фактах (относительно суммы компенсация ущерба), в большинстве своих высказываний приводили факты и доказательства («Одни только счета за лечение составляют огромную сумму»), в то время как «присяжные», которые должны были принять решение, основанное на моральной оценке (относительно суммы штрафа), чаще высказывали утверждения, напоминающие о социальном одобрении или осуждении («Неправильно было бы…»,

Рис. 8.5. Выбор формы влияния в соответствии с проблемой Когда в ходе эксперимента «присяжные» должны были решить, какую сумму следует выплатить истцу в гражданском деле в возмещение реального ущерба, они пытались повлиять друг на друга во время совещания, обращаясь в основном к фактическим материалам дела (информационное влияние). Когда им надо было решить вопрос о раз мере штрафа, который виновная сторона выплачивает в виде наказания, они во время совещания обращались в основном к ценностям и моральным нормам (нормативное влияние). Эти тенденции были выражены сильнее, когда присяжным было необходимо прийти к единодушному решению (вместо принятия решения большинством голосов). (Источник: Kaplan and Miller, 1987.)

«Следует поступать в соответствии с мнением большинства») (см. рис. 8.5). Таким образом, в целом можно ожидать, что большинство окажет давление именно на те «пункты», которые лучше всего подходят для того, чтобы склонить других «на свою сторону».

Групповая поляризация. Предыдущий пример напоминает нам о том, что суд присяжных не всегда принимает только решения о виновности либо невиновности подсудимого. Присяжные могут принимать также и количественные решения. В гражданских исках присяжные могут назначать суммы выплат. В уголовных делах они могут решать вопрос о том, в чем именно виновен подсудимый и виновен ли он вообще. Часто варианты решения ранжируются по возрастанию тяжести преступления и, соответственно, наказания: например, непредумышленное убийство (тюремное заключение), соучастие в убийстве (длительное тюремное заключение), предумышленное убийство (пожизненное заключение или смертная казнь). Исследования говорят о том, что в таких ситуациях вполне возможно, что за время, которое проходит от первого до последнего голосования, суждения членов жюри становятся более крайними. Большинство тоже может изменить свое мнение — в сторону более экстремальной позиции. Происходит групповая поляризация.

Чтобы лучше понять, что это за явление, давайте проведем краткий обзор некоторых наблюдений, касающихся того, как группы со временем начинают придерживаться более крайних взглядов в других ситуациях, не имеющих отношения к нанесению телесных повреждений, а затем вернемся к нашим присяжным. Эффект поляризации был обнаружен в начале 1960–х годов при исследовании процесса принятия деловых решений (Stoner, 1961), а затем полученные результаты были подтверждены другими исследованиями, в которых испытуемых просили дать совет человеку или фирме, столкнувшимся с трудноразрешимой дилеммой (Myers and Lamm, 1976). Например, следует ли Чарли уйти с безопасной и удобной, но бесперспективной работы и заняться делом, о котором он всегда мечтал? Испытуемые читали исходные данные о рассматриваемом случае, а затем индивидуально указывали минимальную вероятность успеха, которую, по их мнению, Чарли должен обеспечить перед тем, как сменить место работы. Чем меньше значение этой вероятности, тем сильнее рискует Чарли, если он последует их совету действовать смелее. Затем испытуемые проводили групповое обсуждение дилеммы, стоявшей перед Чарли, после чего они снова высказывали свое мнение о минимальной вероятности успеха, которая необходима для смены работы.

Типичные результаты можно вкратце изложить следующим образом: если сначала все члены группы по отдельности склонны отдавать предпочтение рискованному образу действий («Чарли, решайся на это, даже если шансы на успех составляют только 30 %»), то после группового обсуждения они склонны к еще большему риску («Чарли, действуй, даже если шансы на успех составляют только 20 %»). Если же первоначально наблюдается тенденция к осторожности («Лучше быть уверенным на 70 %»), то обсуждение делает испытуемых еще более осторожными («Пусть это будет 80 %»). В результате группового обсуждения мнения членов группы изменяются в том направлении, к которому они склонялись сначала, и становятся более крайними.