Чародей поневоле - Кристофер Сташефф

Но тут барабанные перепонки Рода сотряс дикий вопль. Такой вопль приличествовал бы донельзя разозленной валькирии. Вдруг разум Рода словно бы обволокло теплотой, что-то отвлекло его от пылающих зрачков, и мало-помалу они превратились в самые обычные глаза… глаза воина-зверочеловека, который размахнулся дубинкой и был готов в следующий миг опустить ее на голову Роду.

Род отпрыгнул назад, выдернул меч из щита врага, и дубинка, не причинив ему никакого вреда, пролетела мимо. Закрывшись щитом, зверочеловек осклабился и снова замахнулся дубинкой. Род шагнул вперед и нацелился мечом в морду зверочеловека. Тот взметнул свой щит выше, чтобы прикрыться, а Род опустил меч и нанес удар ниже щита. Кончик меча угодил в бедро зверочеловека и оставил ярко-алую полосу. Зверочеловек взвизгнул, бросил щит и дубинку и, упав, покатился по земле. Род не стал задерживаться и наблюдать за тем, что будет дальше с раненым. Он оглянулся и посмотрел, что происходит на поле боя… и увидел нацеленный ему прямо в лоб боевой топор. Зверочеловек жутко скалился. Род прыгнул в сторону и нанес удар плашмя, в результате чего отрубил лезвие топора от рукоятки.

В вышине снова послышался вопль валькирии. Теперь Род узнал этот голос. Он слышал его не далее как на прошлой неделе, когда Гвен застала Магнуса за невинным занятием: младенец телепортировал горшок с горячим варевом, и тот пролетал прямо над колыбелькой. Проклятье! Неужели эта женщина не понимала, что он не сможет сражаться как надо, если вдобавок будет переживать за ее безопасность?

Но с другой стороны, она держалась высоко и непосредственная опасность ей не грозила — в особенности потому, что вооружены зверолюди были только топорами да дубинками. Ни у одного из них не было при себе лука и стрел. Род развернулся и отбился от очередного неандертальца. Но тут на него, скалясь, двинулись сразу четверо. Род в ужасе увидел, что позади них на берегу лежат тела поверженных воинов. Полегло уже не меньше половины. Кровь лила ручьями и стекала на песок. Ярость вспыхнула в нем, он взревел и принялся отчаянно драться, чередуя уколы мечом с ударами плашмя. Он не давал врагам подойти ближе и потому был неуязвим для удара дубинок и топоров. В это время вновь начали оживать замороженные воины. При виде погибших друзей они завопили от ярости. Ближайший к Роду зверочеловек оглянулся через плечо и размахнулся для удара. Род ткнул мечом ниже края щита врага. Тот вскричал и согнулся пополам. Его спутники издали противный лай и пошли в атаку. За ними мчались двое воинов, яростно размахивая мечами. Род дал им дорогу и не без отвращения услышал, как с чавканьем вонзилась сталь в живую плоть. Двое зверолюдей упали наземь, остальные враги в отчаянии уставились на павших товарищей.

— Вперед! — прокричал Род.

Один из зверолюдей развернулся и налетел на острие меча Рода. Род отскочил назад как раз в то мгновение, когда чья-то пика завершила страдания зверочеловека. Обладатель пики издал кровожадный победный клич и устремился к линии сражения. Род, борясь с дурнотой, последовал за ним. Сейчас не время было поддаваться слабости. Он обязан был напомнить воинам:

— Глаза! Не смотрите им в глаза!

Ну и, естественно, половина воинов незамедлительно уставилась на врагов и замерла на месте.

Снова послышался крик валькирии, и воины тут же очнулись и подняли пики как раз в тот миг, когда их были готовы сокрушить топоры врагов.

Сверкнула молния, грянул гром.

Когда глаза Рода привыкли к темноте, он увидел, что воины снова стоят застыв. В вышине послышался и оборвался крик.

— Гвен! — в страхе вскричал Род. Он обшаривал взглядом небо, в отчаянии вглядываясь во тьму, и вдруг заметил темную тень, быстро падающую вниз. Род развернулся и помчался по берегу, снова развернулся, поймал глазами падающую фигурку, побежал обратно, не выпуская из глаз темный силуэт, выраставший на глазах…

В следующий миг она обрушилась на него всем весом. Дикая боль сжала виски Рода, из глаз его посыпались искры. Мириады мельчайших колючек вонзились в его спину и бока, а уши наполнил оглушительный треск. Казалось, вокруг рушится лес. Диафрагму вдавило. Род отчаянно пытался вдохнуть. И вот наконец это ему удалось. Он благодарно вдохнул — тем более что вместе с глотком воздуха вдохнул аромат духов, подаренных им Гвен на Рождество. Он взглянул на неуправляемый снаряд, прижавший его… к чему? Ах да, к жутко колючему кусту, который спас ему жизнь. Род испытывал несказанную благодарность к этому кусту, послужившему амортизатором. Гвен, спору нет, была изящна, но все же не невесома, особенно если учесть, что падала она с небес со скоростью двадцать миль в час.

Род с трудом поднялся на ноги, извлек жену из куста и бережно уложил под соседним. Присев на корточки, осмотрел ее. Насколько он мог судить, Гвен была в целости и сохранности — ни переломов, ни ран. Синяков, правда, завтра наверняка у нее будет предостаточно… Но жена была без сознания. Род не сомневался: это случилось до того, как она упала.

Внезапно дождь полил сильнее. Вспомнив о последней вспышке молнии, Род обернулся, чтобы осмотреть берег. Сквозь пелену проливного дождя он с трудом различил застывшие в неподвижности силуэты воинов. С десяток его соратников продолжали сражаться. Новая вспышка молнии — и Род понял, что они вполне прилично орудуют копьями. Сражение продолжалось и после того, как отсверкала молния. Значит, хотя бы те немногие устояли, что остались верны его наказу и упорно смотрели на руки и оружие врагов. Правда, было уже слишком поздно, чтобы от этого был какой-то толк: враги теперь втрое превосходили грамерайцев числом.

Род, кряхтя, поднялся, без всякой галантности забросил жену на закорки и почти вслепую побрел вдоль рощи, покачиваясь на ходу.

— Векс! Руководи мной!

— Сверни к морю, Род,— прозвучал голос робота за ухом у Рода.— Пройди пятьдесят футов… Теперь сворачивай направо… Еще двадцать футов. Остановись.

Род резко остановился и чуть не уронил Гвен. Вытянул руку перед собой, коснулся синтетической конской шкуры.

— Молодцы были те ребята, что снабдили тебя глазками, чувствительными к инфракрасному излучению,— проворчал он.

Он уложил Гвен поверх седла, опустился на одно колено, заглянул под коня-робота, приподнял голову Тоби и принялся легонько, осторожно похлопывать юношу по щекам:

— Ну, парень, очнись, очнись же! Ты уже отличился, нарушив приказ, а теперь пора выбираться отсюда.

— Что… Где…— Глаза Тоби приоткрылись. Он взглянул на Рода и зажмурился от страшной головной боли,— Лорд Чародей! Что…

— Ты попытался участвовать в сражении на расстоянии, а упал самолично,— объяснил ему Род.— Гвен попробовала сделать то же самое, и результат вышел тот же. А теперь нам непременно надо как можно скорее убраться отсюда, покуда эти твари не прикончили последних из оставшихся в живых воинов. Ну же, парень, давай, вперед и вверх! Поехали!