'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

– Надеюсь, что нет.

Больше они не могли ничего ни сказать, ни сделать. Поскольку Скверны наверняка сожрали большинство мертвецов, было невозможно понять, смог ли хоть кто-нибудь из раксура спастись бегством. Лун подумал, не случилось ли что-то подобное с колонией, где он родился. Возможно, Скорбь бежала как раз от такой катастрофы, пока не обнаружила, что ей некуда податься.

Когда они наелись добытым Луном мясом и напились воды из ручья, они были готовы вылетать. Утес сказал ему:

– Если почувствуешь, что тебе становится совсем плохо, дай знать.

Пытаясь не показывать, насколько ему на самом деле не хочется этого делать, Лун с притворной серьезностью сказал:

– Хорошо, я прогрызу тебе дыру в груди.

Лететь в чьих-то лапах и в лучших обстоятельствах было неудобно, а поскольку Лун уже целый день провел в своем крылатом облике и обессилел, перелет скоро превратился в пытку. Облегчало ее лишь то, что самому Луну не приходилось прикладывать никаких усилий. Утес обхватил его за туловище и прижал к груди, так что Луну даже не нужно было держаться когтями за его чешую – хотя поначалу он все равно это делал. Примерно через полночи ему все-таки пришлось принять земной облик, чтобы поспать, но его хватило ненадолго – ветер измучил его, и он вскоре снова перевоплотился. К утру он чувствовал себя разбитым, уставшим и наполовину одуревшим. Если Утес и останавливался, чтобы передохнуть, Лун этого не заметил.

– Ты правда сказал, что мы… – прищурившись, Лун перевернулся и поднялся, уперев руки в землю, – на месте.

Они находились посреди холмистых джунглей, на низком уступе, нависавшем над узкой речной долиной. Поперек неглубокой реки стояло огромное строение – ступенчатая пирамида из серого камня. Она была большой, больше той башни, на которой они провели ночь в горах. По берегам реки стояли тяжелые квадратные колонны, поддерживавшие саму пирамиду и несколько уровней каменных платформ у ее основания. Окружавшие холмы покрывали высокие деревья, и растительность наползала на края серых плит. Некоторые из холмов пониже были превращены в сады с террасами, где росли ряды высоких ползучих растений с листьями. И, в отличие от Медного Неба, это место было обитаемо.

По платформам сновали фигуры, они стояли и разговаривали или возвращались из садов с корзинами в руках. Некоторые были похожи на земных обитателей, другие – на второе обличье Луна, только меньше и без крыльев. Их чешуя была самых разных цветов – тепло-коричневой и металлически-синей, красной и зеленой, и почему-то для Луна это стало неожиданностью. Затем он увидел, как одно из существ приняло крылатый облик и подлетело ко входу на верхних уровнях пирамиды.

Лун не мог оторвать взгляд. Глубоко в душе он был уверен, что никогда этого не увидит, что, когда они прилетят сюда, колония будет так же мертва, как и Медное Небо. И те жалкие руины никак не подготовили его к этому. Здесь наверняка проживало несколько сотен существ. Существ, похожих на него. Это было чудесно, и это пугало.

А еще, увидев все это, Лун смог облечь в слова мысль, которая мучила его с того самого момента, как Утес попросил его полететь с ним в поселение оборотней:

«Если ты и здесь не сможешь прижиться, то дело не в них, а в тебе».

Утес сел на пятки и протянул ему бурдюк. Лун взял его, все еще не отходя от потрясения.

– Это все вы построили? – смог спросить он.

Утес критически посмотрел на комплекс.

– Нет. Нашли его давным-давно.

Это место сильно отличалось от кургана Медного Неба.

– Здесь хорошо живется?

Утес пожал плечами:

– Неплохо. – Он ткнул Луна под ребра: – Пей давай.

Вспомнив о бурдюке с водой, Лун поднял его и отпил. Он и не осознавал, насколько хотел пить, пока теплая вода не коснулась его пересохшего горла. Он закашлялся, выплевывая воду, а затем снова отпил, стараясь на этот раз проглотить ее. В его голове немного прояснилось, и, когда он опустил бурдюк и утер губы, спросил:

– Что не так?

Утес устало потер лицо.

– Скверны. Где-то внутри.

Лун уставился на строение, на неторопливо бродящих по террасам существ. Этого просто не могло быть. Раз Утес чуял Сквернов даже отсюда, раксура внизу наверняка ощущали их запах.

– Ты уверен?.. – Утес посмотрел на него испепеляющим взглядом, и Лун сказал: – Тогда почему все выглядит так мирно?

– Не знаю. И мне не нравятся возможные ответы на этот вопрос. – Утес забрал бурдюк и засунул его обратно в свой походный мешок. – Пойдем.

Прежде чем Лун успел встать, Утес перевоплотился, схватил его за туловище, и они взмыли в воздух, направившись к пирамиде. Лун, прижатый лицом к груди Утеса, не видел, как они влетели в Туман Индиго. Он лишь почувствовал, как Утес накренил крылья, чтобы снизиться, а затем они очутились в тени и прохладе.

Утес отпустил его, Лун отшатнулся в сторону и лишь затем восстановил равновесие. Они приземлились в просторном зале с высоким потолком, достаточно большом, чтобы вместить крылатое обличье Утеса. Внутрь через проход в наклонной наружной стене заползали лианы, вившиеся вокруг крупных прямоугольных узоров, вырезанных в стенах. Пол был вымощен серыми и голубыми плитами, а широкие квадратные двери, обрамленные тяжелыми резными колоннами, вели в глубь постройки. Из этих дверей выбежали раксура – некоторые были в земном облике, а некоторые нет. У нескольких за спинами виднелись сложенные крылья, но у большинства их не было.

«Это арборы», – вспомнил Лун. Он сам и те, что с крыльями, назывались окрыленными.

Происходящее едва укладывалось у Луна в голове, однако больше всего его потрясли запахи. Он чуял множество незнакомцев – незнакомых раксура, – и сладковатые цветочные запахи, и запах пота. Но под всем этим отчетливо ощущался остаточный смрад Сквернов. Утес оказался прав, хотя Лун в этом и не сомневался.

Утес принял земной облик, и все вокруг тут же последовали его примеру. Лун запоздало подумал, что они так делали, вероятно, из вежливости, или из уважения к возрасту Утеса, или из страха перед ним. Лун тоже почти всегда так поступал, но лишь потому, что разговаривать с Утесом было проще, когда они оба были одного роста.

Увлекшись своими наблюдениями, Лун запоздало сообразил, что все смотрят на него. Он постарался сохранить нейтральное выражение лица и заставил себя остаться на месте, хотя в первый миг ему захотелось выбежать в проем позади. Прибывая в новое место, он всегда старался не обращать на себя внимания, но, судя по всему, здесь это сделать не получится. И все были одеты