ПСС, т.1 - Владимир Ленин

Земледельческое производство крестьян до сих пор дает продукты, идущие помещи­кам, получающим чрез посредство государства выкупные платежи, — оно служит по­стоянным объектом операций торгового и ростовщического капитала, отбирающего громадные доли продукта у преобладающей массы крестьянства, — наконец, среди са­мого «крестьянства» это производство распределено так сложно, что общий и средний плюс (аренда) оказывается для массы минусом, и всю эту сеть общественных отноше­ний г. Струве разрубает как гордиев узел130 абстрактным и голословнейшим решением: «недостаточно производство». Нет, эта теория не выдерживает никакой критики: она только загромождает то, что подлежит исследованию, — производственные отношения в земледельческом хозяйстве крестьян. Мальтузианская формула изображает дело так, как будто перед нами tabula rasa, а не крепостнические и буржуазные отношения, пере­плетающиеся

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ НАРОДНИЧЕСТВА 487

в современной организации русского крестьянского хозяйства.

Разумеется, мы никак не можем удовлетвориться одной критикой взглядов г. Струве. Мы должны еще задаться вопросом: в чем основания его ошибки? и кто из противни­ков (г. Н. —он и г. Струве) прав в своих объяснениях перенаселения?

Г. Н. —он основывает свое объяснение перенаселения на факте «освобождения» массы рабочих вследствие капитализации промыслов. При этом он приводит только данные о росте крупной фабрично-заводской промышленности и оставляет без внима­ния параллельный факт роста кустарных промыслов, выражающий углубление общест­венного разделения труда . Он переносит свое объяснение на земледелие, даже и не пытаясь обрисовать точно его общественно-экономическую организацию и степень ее развития.

Г. Струве указывает в ответ на это, что «капиталистическое перенаселение в смысле Маркса тесно связано с прогрессом техники» (183), и так как он, вместе с г. —оном, на­ходит, что «техника» крестьянского «хозяйства почти не прогрессировала» (200), — то он и отказывается признать перенаселение в земледельческой России капиталистиче­ским и ищет других объяснений.

Указание г. Струве в ответ г. Н. —ону правильно. Капиталистическое перенаселение создается тем, что капитал овладевает производством и, уменьшая число необходимых (для производства данного количества продуктов) рабочих, создает излишнее населе­ние. Маркс говорит о капиталистическом перенаселении в земледелии следующее:

«Как скоро капиталистическое производство овладевает сельским хозяйством, или, по мере того как оно овладевает им, спрос на сельских рабочих абсолютно

Известен факт роста наших кустарных промыслов и появления массы новых после реформы. Из­вестно также теоретическое объяснение этого факта наряду с капитализацией других промыслов, данное Марксом при объяснении «создания внутреннего рынка для промышленного капитала» [«Das Kapital», 2. Aufl., S. 776 u. ff. («Капитал», 2-е изд., стр. 776 и ел. Ред.)]ш.

488 В. И. ЛЕНИН

уменьшается вместе с накоплением функционирующего в этой области капитала, при­чем выталкивание рабочих не сопровождается, как в промышленности неземледельче­ской, большим привлечением их. Поэтому часть сельского населения постоянно готова перейти в городское или мануфактурное население . (Мануфактура — здесь в смысле всякой неземледельческой промышленности.) Этот источник относительного перенасе­ления течет, таким образом, постоянно. Но его постоянное течение предполагает уже в деревне постоянное скрытое перенаселение, размер которого становится виден только тогда, когда отводные каналы открываются необыкновенно широко. В силу этого сель­ский рабочий вынужден ограничиваться минимумом заработной платы и постоянно стоит одной ногой в болоте пауперизма» («Das Kapital», 2. Aufl., S. 668)132.

Г-н H. —он не доказал капиталистического характера перенаселения в земледельче­ской России потому, что не поставил его в связь с капитализмом в земледелии: ограни­чившись беглым и неполным указанием на капиталистическую эволюцию частновла­дельческого хозяйства, он совершенно упустил из виду буржуазные черты организации крестьянского хозяйства. Г-ну Струве следовало исправить эту неудовлетворитель­ность изложения г. Н. —она, имеющую очень важное значение, ибо игнорирование ка­питализма в земледелии, его господства и в то же время его слабого еще развития, ес­тественно, повело к теории об отсутствии или сокращении внутреннего рынка. Вместо того, чтобы свести теорию г. Н. —она к конкретным данным нашего земледельческого капитализма, г. Струве впал в другую ошибку, отрицая совершенно капиталистический характер перенаселения.

Вторжением капитала в земледельческое хозяйство характеризуется вся порефор­менная история. Помещики

Между прочим. Наблюдение этого факта и подало, вероятно, повод Ланге сочинять поправку к тео­рии Маркса, которую он недостаточно понял. Вместо того, чтобы, анализируя этот факт, взять исходным пунктом данный (капиталистический) способ общественного производства и следить за его проявлением в земледелии, он вздумал сочинять из головы разные особенности «народных нравов».

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ НАРОДНИЧЕСТВА 489

переходили (медленно или быстро, это — другой вопрос) к вольнонаемному труду, ко­торый получил весьма широкое распространение и определил собой даже характер преобладающей части крестьянских заработков; они повышали технику и вводили в употребление машины. Даже вымирающая крепостническая система хозяйства — от­дача крестьянам земли за отработки — подвергалась буржуазному превращению вслед­ствие конкуренции крестьян, поведшей к ухудшению положения съемщиков, к более тяжелым условиям и, следовательно, к уменьшению числа рабочих. В крестьянском хозяйстве обнаружилось совершенно ясно разложение крестьянства на деревенскую буржуазию и пролетариат. «Богатеи» расширяли запашку, улучшали хозяйство [ср. В. В. «Прогрессивные течения в крестьянском хозяйстве»] и вынуждены были прибегать к наемному труду. Все это — давно установленные, общепризнанные факты, которые указывает (как сейчас увидим) и сам г. Струве. Возьмем еще для иллюстрации самый обыкновенный в русской деревне случай: «кулак» оттягал у «общины», вернее, у сооб-щинников пролетарского типа, лучший кусок надельной земли и ведет на нем хозяйст­во трудом и инвентарем тех же «обеспеченных наделом» крестьян, которые опутаны долгами и обязательствами и привязаны к своему благодетелю — для социального взаимоприспособления и солидарной деятельности — силою излюбленных народника­ми общинных начал. Его хозяйство ведется, конечно, лучше хозяйства разоренных кре­стьян и требует гораздо меньше рабочих сравнительно с тем временем, когда этот ку­сок был в руках нескольких мелких хозяев. Что подобные факты не единичны, а все­общи, — этого ни один народник отрицать не может. Самобытность их теорий состоит только в том, что они не хотят назвать эти факты их настоящим именем, не хотят ви­деть, что они означают господство капитала в земледелии.

См., например, Карышева («Итоги земской статистики», т. II, с. 266) — указание сборника по Рос­товскому н/Д. уезду на постепенное уменьшение доли крестьян в скопщине133. Там же, гл. V, § 9 — о доплатах крестьян трудом при издольной аренде.

490 В. И. ЛЕНИН

Они забывают, что первичной формой капитала всегда и везде был капитал торговый, денежный, что капитал всегда берет технический процесс производства таким, каким он его застает, и лишь впоследствии подвергает его техническому преобразованию. Они не видят поэтому, что, «отстаивая» (словами, разумеется, — не более того) совре­менные земледельческие порядки от «грядущего» (?!) капитализма, они отстаивают только средневековые формы капитала от натиска его новейших, чисто буржуазных форм.

Таким образом, нельзя отрицать капиталистического характера перенаселения в Рос­сии, как нельзя отрицать господства капитала в земледелии. Но совершенно нелепо, ра­зумеется, игнорировать степень развития капитала, как это делает г. Н. —он, который в своем увлечении представляет его почти завершившимся и потому сочиняет теорию о сокращении или отсутствии внутреннего рынка, тогда как на самом деле капитал, хотя уже и господствует, но в очень неразвитой сравнительно форме; до полного развития, до полного отделения производителя от средств производства еще много промежуточ­ных ступеней, и каждый шаг вперед земледельческого капитализма означает рост внутреннего рынка, который, по теории Маркса, именно земледельческим капитализ­мом и создается, — который в России не сокращается, а, напротив, складывается и раз­вивается.

Далее, мы видим из этой, хотя бы и самой общей характеристики нашего земледель­ческого капитализма , что он не покрывает собой всех общественно-экономических от­ношений в деревне. Рядом с ним мы видим все еще и крепостнические отношения — и в хозяйственной области (например, сдача отрезных земель за отработки и взносы на­турой — тут налицо все признаки крепостнического хозяйства: и натуральный «обмен услуг» между производителем и владельцем средств производства, и эксплуатация производителя посред-