Золото Карамкена - Юрий Николаевич Мильчинский

Там была история с женщиной-бухгалтером, которая родила двух малышей по дороге из лагеря, и один ребенок умер, а второго мальчика усыновила семья хлебопёка в Утёсном?

– Юра, ну конечно, всё помню, и бумаги эти в порядке. Это же моя журналистская работа, хлеб мой насущный. Память пока не подводит. Я весь внимание.

– Фамилия женщины – Щербакова? Правильно?

– Да, Щербакова Ольга Ивановна. Родилась в Иркутской области. У неё закрутился роман с неким Брыкиным, сыном очень высокопоставленного чиновника в Москве. Мужик был гуляка ещё тот. Отец его и направил, вернее даже сослал, на Колыму – проверять лагеря «Дальстроя». В лагере Бутугычаг он познакомился со Щербаковой, и там случилась реальная любовь. Он хотел её забрать на материк, даже с начальником лагеря договорился. Как он это хотел сделать, не знаю, но думаю, что со своими связями он мог это провернуть. Времена тогда лихие были. Брыкина срочно вызвали в столицу. По дороге из аэропорта машина вылетела с дороги. Он погиб. Щербакова была уже беременна, ждала его в Магадане. Её, конечно, вернули обратно в лагерь. Брыкин ведь обещал начлагу, что через своего отца устроит его на тёплое и непыльное место в Москве. Но не срослось. Дело случая. Когда роженицу везли в Магадан, начались роды. Прямо в машине и родила – двух мальчиков-близнецов. Один сразу умер, второго оставили в семье кормящей матери в посёлке Утёсный. Семья хлебопеков. Фамилия – Званцевы. Вся семья трудилась в посёлке на пекарне. Приёмному сыну дали имя Андрей. Потом, через два или три года, прорвало плотину, и Утёсный смыло. Погибли почти все. Трагедия страшная была, но тогда о ней, как и положено, умолчали. Домик и пекарня Званцевых были в низине. Потоком реки Ветрушки как бритвой срезало посёлок. Вот так. Потом – помнишь, да? – стали старик с мальчиком на камне появляться. То ли привидения, то ли старец Утёс. Кто только ни пытался это узнать. В общем, тайна, покрытая мраком. Вроде всё. По крайней мере, всё что помню. Если надо, посмотрим ещё бумаги, – закончил Мраков уже совсем уставшим голосом.

– Всё, друг, спасибо. Освежил мне память! А сейчас поешь и спать. В люлю давай! Завтра чтобы как свежий огурец был. Это приказ! – засмеялся Юрий. – Пока, друг! До завтра!

– А может, скажешь, что и как? – с призрачной надеждой в голосе спросил Олег.

– Всё завтра, Олег! Отдыхай! – До завтра!

Орлинский подошел к окну. Май уже совсем скоро заканчивается. Впереди лето. При любой погоде это лето для Юрия будет жарким. Он лёг в прохладную постель, засунул руки под подушку и моментально заснул.

Глава 28. Кооперация не удалась

Наутро после тренировки Юрий заехал к себе в офис, сделал несколько звонков, в том числе и мужу Богдановой Сергею Ивановичу. Получил тот же ответ: состояние Зинаиды Ивановны стабильное, без изменений. Ни с того ни с сего Орлинский вспомнил свой сон, когда ему приснилась его первая учительница Зинаида Ивановна, Борька, одноклассники и фраза, написанная рукой учительницы на доске. Интересный сон, необычный. И Юра теперь, после всех событий, которые начались после его согласия на участие в проекте «Золото Карамкена», был абсолютно уверен, что всё это не просто так. А всё самое интересное ещё, пожалуй, впереди.

Он выпил большую чашку крепкого кофе, посмотрел электронную почту, положил перед собой чистый лист бумаги. Сейчас нужно было всё взвесить, рассчитать и принять решение по вылету на Колыму.

На «Мосфильме» в павильонах уже вовсю шли съёмки фильма. Актёрский состав радовал, режиссёр Мурад Нурыевич был доволен. График соблюдался, с ролями угадали на всё сто процентов. Оля Тумайкина, обаятельная и очаровательная сибирячка, удивительно гармонично выглядела в кителе в роли магаданской прокурорши. Народная артистка, настоящая, со своим удивительным и волшебным взглядом, который так нравился Орлинскому. Ну, конечно, не только ему. Олег Тактаров был в роли себя самого. В общем, работа кипела круглосуточно. Режиссёр сказал, что нужны ещё четыре смены. Прибавить к этому сутки на сборы и сутки в запас на всякий случай – получается шесть дней. Вот на эти временные рамки и надо рассчитывать. Значит, вылет надо планировать на четвертое июня. Ну вот, уже кое-что. Люди Мракова занимаются спонсорами и остальными ребятами, которые полетят в качестве туристов. Так что всё в порядке, всё получается.

Орлинский встал из-за стола, прошелся по кабинету, взял в руки кистевой эспандер и с силой сжал несколько раз. Настроение было боевым.

Телефон на столе взбодрился от чьего-то звонка. Он взял трубку в руки. Улыбнулся: звонила Полина Викторовна.

– Юр, привет! Не отвлекаю?

– Полина, привет! Всё нормально. Лентяйничаю, хожу по кабинету, голову чешу! – пошутил он.

– А у меня минутка появилась – дай, думаю, позвоню! Юр, ну что, с вылетом в Магадан определился? – голос и интонация Полины выдавали волнение и заинтересованность, хотя, возможно, она и хотела это скрыть.

– Пока дата – четвёртое июня. Но ещё не вечер, сегодня дополнительно с Мраковым переговорю и с коллегами. А потом уже приму решение. В двенадцать ночи позвоню Диканьцеву, надо сообщить точную дату вылета.

– Юра, понятно. Значит, ты сегодня плотно занят? – с явной надеждой на то, что занят Орлинский не очень плотно, спросила Полина Викторовна.

– Занятость, конечно присутствует, но не настолько, чтобы отказываться от встречи с очаровательной женщиной, которую я уже не видел дня три точно! – Орлинскому было хорошо и весело от того, что он слышал голос Полины.

– Три с половиной дня. Так будет точнее! – засмеялась она.

– Ничего себе! Это срок! Реальный! Поэтому у меня к тебе, дорогая Полина Викторовна, есть предложение. Надеюсь, ты его примешь. Изложить?

– Излагайте! – тоном доброго прокурора сказала она.

– У меня вечером, в восемь часов, на Арбате встреча будет. Думаю, минут на пятнадцать-двадцать. И потом я, свободный и полный сил, двигаюсь в сторону дома. И если в девять тридцать к моему дому подъедет автомобиль и из него выйдет стройная, с красивыми глазами и очаровательной улыбкой, Полина Викторовна, я буду счастлив пригласить это хрупкое и нежное создание в свое жилище. Обещаю накормить, напоить и оказать всяческое содействие, чтобы она чувствовала себя комфортно! – энергично выпалил Юрий.

– Юрий Никола-аевич! Орлинский! Вы приглашаете меня к себе в гости? – развеселилась Полина. – Огогошечки! Я отчаянно принимаю ваше предложение, так как давно хотела посмотреть, как живет суровый и обаятельный журналист. Так что, Юра, не сомневайся – буду вовремя!

Полина замолчала на секунду и вкрадчиво продолжила:

– Юра…Судя по всему, на завтра надо себе выходной брать… –