Золото Карамкена - Юрий Николаевич Мильчинский

Погода ведь не главное. Главное – твоё настроение! А настроение – это погода внутри человека, и она будет поважнее той, которую нам каждый день диктует Гидрометцентр.

Орлинский был с этим полностью согласен. На полпути к дому ему позвонила его подружка, стюардесса Виолетта – веселушка и красавица с прекрасной фигурой, хорошим чувством юмора и множеством других великолепных качеств, которые так необходимы девушке. Сообщила, что только что прилетела из Сочи и хотела бы встретиться. Орлинский честно сказал, что сегодня и завтра никак не может. Занят. Виолетта ответила, что обязательно перезвонит послезавтра и им непременно надо увидеться, так как она соскучилась и привезла Юре подарок – целый килограмм хорошего чёрного чая с частной краснодарской плантации.

Когда он зашел в подъезд, новый консьерж поприветствовал его, пожелал ему доброго вечера и передал в руки жёлтый конверт формата А4 с надписью «Орлинскому Ю.Н. лично в руки». Больше ничего. Консьерж сказал, что пакет принесла молодая женщина и просила передать лично Орлинскому. Он поблагодарил консьержа за добросовестно исполненную работу, повернул к лестнице и по давней традиции, перескакивая через одну ступеньку, забежал на третий этаж на одном дыхании. На ощупь в конверте находились бумаги. Он бросил его на журнальный столик, включил спокойную музыку со звуками природы, разделся и отправился в душ.

Орлинский обожал ледяную воду, когда упругие, как арматура, струи студёной воды били по плечам и спине. Но секунду перехватывало дух, но потом, когда от макушки то пальцев ног тело уже было облито холодной водой, приходило то самое чувство, которое так любил Орлинский. Как будто тело парит в воздухе, а душа реет рядышком. А как только перекрываешь воду – бац! Душа моментально занимает свое законное место.

У Юрия на этот счёт была своя теория. Не строго научная, естественно, но интересная и позитивная. Смысл её в том, что слова «душ» и «душа» неспроста звучат почти одинаково. Когда стоишь под ледяными струями воды дУша, твоя душА выходит из тела, чтобы омыться отдельно чистой и холодной водой. И вот что получается: в тёплой воде мы моем только свое уставшее тело, а под холодной – ещё и свою душу. Причём отдельно от грязного тела, под струёй чистейшей воды! Грехов, конечно, ледяной душ не смоет, но зато даст душе минуту отдыха и унесёт в канализацию весь негатив и паршивое настроение. А после помывки и воссоединения чистого, освежённого тела со своей душой аккумуляторы жизненной энергии заряжаются и дают силы идти вперёд и делать добрые дела.

Орлинский однажды поделился этой своей теорией с друзьями. Они высоко оценили философский подход её автора и после третьего тоста предложили назвать её «Душевая теория Орлинского» и подвести под неё научную основу. Возможно, даже физико-математическую. Долго упрашивать отца-основателя не пришлось, и после пятого тоста он дал свое согласие на научные исследования и работы, которые докажут полную и безоговорочную состоятельность его «Душевой теории».

Обернувшись полотенцем и рыча от удовольствия, Юра прошёл в гостиную. Экран телефона светился. Он взял его в руки. Пока он был в душе, прошло три неотвеченных вызова со скрытого номера: кто-то отчаянно пытался ему дозвониться. Орлинский хмыкнул, интуитивно понимая, кто бы это мог быть.

– Интересно, интересно… – подумал вслух Орлинский. – Значит, перезвонят, будем ждать!

На часах была половина двенадцатого ночи. Свет в квартире был потушен. Орлинский включил телевизор и лёг на диван, как всегда положив руки под голову. На экране рассказывали про Вселенную, что она из себя представляет и откуда взялась. Рассказчицей была интересная молодая женщина-астрофизик с приятным голосом. Орлинский был весь внимание.

Конверт, который ему передал консьерж, так и лежал на сто-лике нераспечатанным. Юрий решил открыть его уже завтра утром. Не хотелось забивать голову на ночь глядя. А может быть, он просто ленился. Но в любом случае он подумал так: если бы это было что-то срочное и безотлагательное, то нашли бы способ предупредить, позвонить или прислать сообщение. А раз этого не произошло, то конверт и его содержимое могут потерпеть до утра. Именно так рассудил по-настоящему уставший за день бывший разведчик и нынешний журналист.

Зажужжал телефон.

– Слушаю, – устало и спокойно сказал в трубку Орлинский.

– Это Туров. Поговорить бы надо, – с неимоверной уверенностью в себе предложил собеседник.

– Говори, – голос Юрия прозвучал сухо и безразлично.

– Нет, по телефону не получится. Давай завтра встретимся. Смысл есть по-серьёзному перетереть.

– Лично я не вижу смысла что-то обсуждать с тобой.

– Юра, есть что обсуждать. И ещё будет. Обязательно будет. Это я, Туров, тебе обещаю. А слово я держу. Разговор будет конструктивный, да и тема сама очень сильно тебя заинтересует…

Туров замолчал. Орлинский прямо почувствовал напряжение, с которым тот ожидал его ответа. Наверняка что-то произошло или должно произойти, и Юрий это понимал. Значит, надо идти навстречу.

– Давай увидимся. Хотя, поверь, у меня нет ни малейшего желания тратить время на разговоры с тобой, – сухо и совершенно искренне ответил журналист.

В трубке раздался короткий ехидный смешок.

– А вот мне на тебя время потратить не жалко. Ещё как не жалко. Давай завтра в семь вечера, отель «Москва», итальянский ресторанчик, ты там как-то интервью брал у депутатши Поклонской. Столик на моё имя.

– Хорошо, буду. Только не там, а на Арбате в «Жигулях». И не в семь часов вечера, а восемь. Столик любой занимай. Всё, отбой, – и Орлинский с удовольствием нажал на красную кнопку.

Прошло несколько минут, приближалась полночь. Туров не перезвонил. Значит, всё понял и условия встречи принял. Юра прошёл к холодильнику, налил холодной минералки, с удовольствием залпом выпил и ещё раз посмотрел на часы. Пора. Он набрал номер Диканьцева. После второго гудка Алексей Алексеевич ответил.

– Юра, привет! Доброй ночи! – бодро поприветствовал он. – Привет-привет, Алексей! А тебя с добрым утром!

– Да, утро у нас действительно доброе! Тепло! И, судя по всему, потеплее, чем у тебя в Москве. Если замёрз, давай быстро на самолёт и к нам в Магадан. Хоть согреешься! Юра, как у тебя там складывается? Всё, надеюсь, в порядке?

– Алексеич, всё в полном порядке! Сейчас с тобой переговорим и уже тогда определю дату вылета. У меня всё готово. Жду от тебя отмашки.

– Николаич, докладываю: у меня тоже всё готово. Двадцать жилых вагончиков, баня, столовая, спортзал. Охрана, спутниковая связь, Интернет – всё в наличии. Как ты и просил, мужики сообразили мостик через Хасынку – небольшой, но надёжный. Думаю, всем понравится. Условия конечно, не пять звёзд, но жить с комфортом можно. Два тягача ГТТ,