Дитя среди чужих - Филип Фракасси

Потому что мужик явно спятил.

Но вообще, к этому моменту они все уже не в себе.

– Ему нужен врач! – кричит Дженни Джиму в лицо в тысячный раз. Лиаму кажется это даже немного милым, ведь двадцать четыре часа назад Грег кричал то же самое, потому что его сестру покусали осы. Конечно же, она права. Сейчас Грег почти на сто процентов живет на адреналине, и когда мозг перестанет подавать его в тело, он рухнет, как истекающее кровью животное, и, скорее всего, никогда больше не встанет.

Но Джим сопротивляется и без конца повторяет, что ему нужно немного «подумать». Как будто отсюда есть какой-то выход. Возможность выполнить план до конца. Лиам же понимает, что на данный момент лучше всего будет просто удрать. Их ничего не связывает с похищением, нет ни свидетелей, ни веских улик. Передача денег так и не состоялась.

Есть только Генри.

Лиам вздыхает, сжимает в руке рукоятку пистолета и думает об убийстве Джима. Если до этого дойдет, Лиам сможет убить Джима? Или Дженни? Да, он думает, что сможет. Он не позволит им убить парня. И если Генри выдаст Лиама властям? Ну и пусть. Он уже раньше сидел, да и вообще, скорее всего, он сможет выкрутиться. Хороший адвокат опровергнет все слова ребенка, и Лиам может заявить, что не знал всего плана – старый-добрый туз «наемника», так говорили при всех неудачных ограблениях: «Я был всего лишь водителем».

Мысли Лиама об убийстве прерываются, когда Джим лезет под одеяло и вытаскивает черные кабели из «пинто».

– Вот! Забирай! – орет он, раздраженно кидая их на пол и смотря на Дженни с яростной ненавистью.– Бери братика и вали! Вас посадят в тюрьму еще до заката, но тебе же пофиг, да? Ну так иди. Я тебя не останавливаю, идиотка. А мы с Лиамом все завершим. И пока мы будем считать денежки в Мексике, вы будете сидеть перед чертовски злым судьей. Ведь вы одни остались. На вас все и полетит. О да, я только за. Твоего брата упекут в психушку, а тебя посадят пожизненно. Так что давай, вали! Мне уже давно насрать.

Но Дженни даже не слушает разглагольствования Джима. Она сгребает кабели одной рукой, а другой тянется к брату.

– Давай, малыш. Мы уходим. Вставай.

Грег встает, покачиваясь на пятках.

– Я хочу убить парня,– говорит он почти извиняющимся тоном.– Хочу разрезать его и вырвать глаза.

Дженни подталкивает его к двери.

– Сейчас тебе надо в больницу. Мы уходим, ладно? Давай выбираться отсюда.

– Хорошо, сестренка,– невнятно отвечает Грег и позволяет ей отвести себя к выходу.

Джим бросает на Лиама измученный хмурый взгляд, вытаскивая пистолет из-за пояса спереди. Лиам думает, что Джим пытается этим сказать что-то типа: «Представляешь, с каким дерьмом приходится мириться? Теперь придется убить этих ублюдков».

Пока Дженни отпирает дверь, Джим беззаботно выходит в середину комнаты и останавливается в нескольких ярдах позади нее.

Он поднимает пистолет и целится ей в затылок.

– Эй, Джим? – зовет Лиам, делая полшага вперед и крепче сжимая собственное оружие.

Раздраженный Джим оглядывается на Лиама, когда Дженни распахивает дверь. Солнечный свет внезапно резко заливает комнату, и Лиам вздрагивает, но не раньше, чем видит несущиеся к ним фигуры.

Рычащие тени выпрыгивают из света и отталкивают Грега и Дженни назад. Грегу удается сделать несколько шагов, но потом он плюхается задницей на твердый пол.

Дженни лежит на спине и истошно вопит, когда одна из собак вонзает зубы ей в плечо и отчаянно трясет головой, пытаясь оторвать мясо от кости.

– Господи! – кричит Лиам. Инстинктивно он направляет «Глок» на собаку сверху Дженни, но в последнюю секунду переключается на ту, что бежит прямо на него с горящими глазами, вставшей дыбом шерстью и оскаленной пастью.

Он стреляет в грудь собаки, и ее отбрасывает назад, словно она на полном ходу достигла конца невидимой цепи.

Джим делает два больших шага к Дженни и стреляет собаке в голову с близкого расстояния. Сотрясение от взрыва высасывает воздух из комнаты, и у Лиама звенит в ушах, когда он наблюдает, как голова собаки исчезает в ярко-красном облаке мозгов и мяса.

Дженни сбрасывает труп и вскакивает на ноги, быстро вытаскивая нож из кобуры.

– Закройте дверь! – кричит Лиам, и Джим толкает ту ногой, когда в комнату запрыгивают еще две собаки – первая успела полностью, а вторая застряла между дверью и косяком. Ботинок Джима и весь его вес сильно давят на извивающегося зверя, который отчаянно пытается протиснуться вперед или назад.

В основном вперед.

Первая собака – огромный шоколадный лабрадор с короткой грязной шерстью и мордой в шрамах – выбирает Грега. Она вонзает зубы ему в бедро, и Грег кричит и начинает колотить вслепую. Лиам даже не успевает среагировать, как Дженни садится сверху на животное, обхватывает предплечьем челюсть и дергает вверх. Собака взвизгивает – по мнению Лиама, скорее от удивления, чем от боли,– и девушка плавно вонзает нож в мозг.

Тем временем Джим бьет собаку, застрявшую в дверном проеме, пока та рычит и пытается вырвать плоть из его сжимающей пистолет руки. Наконец, с жалобным тявканьем собака отскакивает назад, и дверь захлопывается. Джим задвигает засов и прислоняется спиной к двери, сердито прищурив глаза. Лиам думает, что Джим выглядит готовым на мировое уничтожение.

– Что за херня! – кричит он. Словно в ответ, снаружи дома слышится завывание. И множество.

Со всех сторон.

Джим пытается удержаться на ногах:

– Мы, э-э… нам надо…

Из кухни доносится звук бьющегося стекла. Окно слева от входной двери выбито внутрь, и Лиам видит, как о расшатывающиеся деревянные доски бьется кровь и мех, словно сам дьявол.

Окна в других комнатах дома, некоторые из которых заколочены досками, а некоторые просто прикрыты грязными одеялами или испачканными простынями, начинают разбиваться, одно за другим. По стенам бьют, и входная дверь неистово колотится, когда собаки бросаются на нее с безумной самозабвенностью. Шум от ударов и бешеного лая настолько силен, что Лиаму хочется заткнуть уши, убежать, спрятаться, вопя от отчаяния.

Из кухни доносится лай, и Лиам поворачивается, чтобы направить пистолет на простыню, разделяющую комнаты, когда сквозь нее прорываются два размытых пятна – одно грязно-рыжее, а другое угольно-черное. Он стреляет в ребра рыжему, а черный прыгает на Джима, и тот роняет пистолет, чтобы поймать тварь обеими руками. Пес клацает и рычит ему в лицо, пока его держат в воздухе. С ревом Джим поднимает зверя над