Повседневная жизнь в период оккупации - Борис Ковалев

Совещание приняло решение добиваться следующего:

1. Свободного развития православия во всех оккупированных областях и объединения всех сил «под одним общим церковным возглавлением», то есть под эмигрантским Карловацким синодом.

2. Активизации духовенства в борьбе против коммунизма.

3. Предоставления вывезенным в Германию русским рабочим «свободного удовлетворения всех церковных нужд».

4. Введения института военных священников при всех русских воинских подразделениях в германской армии, с тем чтобы ими ведал тот же Синод, который именовал себя здесь «Русским церковным центром».

7. Широкого издания духовной литературы для перевоспитания народа, подвергшегося «растлевающему действию большевистского влияния».

8. Создания миссионерского комитета по борьбе с большевистским безбожием.

9. Организации регулярных религиозных радиопередач.

10. Организации духовных библиотек.

11. Предоставления Церкви права открывать духовные школы, семинарии, пасторские курсы.[603]

Однако экзарх Сергий убеждал немцев в том, что необходимо признать избрание патриарха и использовать его в антибольшевистской пропаганде: допущение патриарха, возрождение Церкви, мол, является доказательством полного банкротства коммунизма.

Практически одновременно с активизацией деятельности православной церкви в Советском Союзе на оккупированной территории России шел процесс становления Русской освободительной армии под командованием генерал-лейтенанта А. А. Власова.

В конце 1942 года во время своей поездки по оккупированным районам России генерал А. А. Власов встретился с митрополитом Рижским Сергием. Последний выдвинул идею о необходимости создания в занятых немцами областях Святейшего синода во главе с одним из иерархов Русской православной церкви. Сергий выражал опасения из-за активизации эмигрантов-карловчан (Русская зарубежная православная церковь). Он отмечал, что карловчане, давно оторвавшись от российской действительности, в работе с населением обнаружили свою полную непригодность и зависимость от немецких властей. Власов в беседе с экзархом Сергием заявил следующее: «Религия — личное дело каждого русского человека. Религия должна быть свободной. Верить — дело личной совести каждого».[604] Через несколько дней в Пскове во время выступления перед горожанами им было сказано: «Нет ничего прекраснее обрядов Православной Церкви. За две тысячи лет христианство сделало так много хорошего для нашего многострадального отечества». В августе 1943 года во время встречи с клиром Стругокрасненского района Власов заявил о необходимости создания института полковых священников в РОА.[605]

Вскоре после того как в Москве было заключено соглашение между Сталиным и руководством Русской православной церкви, германское руководство инспирировало совещание в Риге православных архиереев Латвии, Эстонии и Литвы. В совещании принимали участие Сергий, митрополит Литовский, экзарх Латвии и Эстонии, архиепископ Иаков Елгавский, Павел, епископ Нарвский и Даниил, епископ Ковенский.

Участники совещания с подачи оккупантов высказали свое мнение по поводу воззвания к русскому народу патриаршего местоблюстителя Сергия, митрополита Московского и Коломенского о сопротивлении германской армии. Они заявили о том, что «высокочтимый иерарх, глава Русской Православной Церкви, не мог составить или по крайней мере добровольно подписать это воззвание. Целый ряд обстоятельств доказывает, что это воззвание сфабриковано кремлевскими властителями и распространяется от лица патриаршего местоблюстителя».

Текст резолюции архиерейского совещания был следующий: «Имея возможность свободно высказаться по церковным делам, мы, участники первого совещания православных архиереев в Риге, считаем своим долгом сделать во всеуслышание следующее заявление:

«Советская власть подвергла Православную Церковь неслыханному гонению. Ныне на эту власть обрушилась кара Божия. Желая отвратить неотвратимую гибель и угодить своим лицемерным союзникам, большевики притворяются, будто бы изменили свое отношение к Православной Церкви, вернув ей свободу. Но этому обману никто не поверит. Он опровергается явными фактами. За подписью патриаршего местоблюстителя блаженнейшего Сергия, митрополита Московского и Коломенского, большевики распространяют нелепое воззвание, призывающее русский народ сопротивляться германским освободителям. Мы знаем, что блаженнейший Сергий, муж великой учености и ревностной веры, не мог сам составить столь безграмотное и столь бессовестное воззвание. Либо он вовсе его не подписывал, либо подписал под страшными угрозами, желая спасти вверенное ему духовенство от полного истребления. Для нас это воззвание служит ярким доказательством того, что большевики по-прежнему держат Православную Церковь в своих тисках, удушая ее и фальсифицируя ее голос. Оплакивая участь патриаршего местоблюстителя, мы решительно отмежевываемся от насильно навязанной ему политической установки и молимся Господу о полном и скором освобождении Православной Церкви от проклятого большевистского гнета»».[606]

Осенью 1943 года началась всеобщая депортация населения Северо-Запада России в немецкий тыл, в Прибалтику, за линию «Пантера». Под конвоем, пешком люди проделывали этот путь. Многие роптали, пытались бежать в леса к партизанам. В этих условиях весной 1944 года было принято воззвание так называемого Архиерейского совещания в Риге.

Из газеты «За Родину»:

8 апреля в Риге под председательством Высокопреосвященнейшего Сергия, Митрополита Литовского и Виленского, Экзарха Латвии и Эстонии состоялось Архиерейское Совещание, в котором приняли участие Высокопреосвященнейший Павел, Архиепископ Нарвский и Преосвященнейший Иоанн, Епископ Рижский. В трудах Совещания по приглашению Высокопреосвященнейшего Экзарха приняли также участие наиболее видные и авторитетные служители Литовской, Рижской и Нарвской Эпархий. Преосвященный Даниил, Епископ Ковенский, находящийся в настоящее время в Вильне, не мог прибыть на Совещание по болезни, но присоединил свою подпись к его постановлениям. Схи-епископ Макарий, живший на покое в Успенском Псково-Печорском монастыре и также приглашенный на Совещание, не успел отбыть в Ригу и был убит осколком одной из бомб, сброшенных большевиками при недавнем воздушном налете на Печоры.

«Православные обитатели близких к фронту мест! Нам понятна ваша скорбь при расставании с родными святынями, увозимыми от вас в более глубокий тыл. В разлуке с ними вы чувствуете себя как бы осиротелыми, как бы лишенными их покрова, в осязательной близости которого вы так нуждаетесь в нынешние грозные времена. Но не смущайтесь! Они и издали чудотворно вас осеняют, излучая благодать, которой преисполнена объемлющая всех нас, православных, Церковь Христова. Вы не вышли из-под покрова родных святынь, любимых вами с детства, но лишь утратили радостную возможность умиленно созерцать их и благоговейно к ним прикладываться. Вы тоскуете по ним, но и они ждут часа возвращения своего к вам, в тот любезный им край, где они просияли и откуда на время удалились.

Так постарайтесь же приблизить этот радостный час! Направьте все силы ваши на борьбу с безбожным большевизмом, содействуйте отражению его нашествия и победе над ним. Тогда и родные святыни ваши к вам возвратятся.

Большевизм несет с собой не только физическое истребление, не только ужасы огня и меча, пыток и казней. Большевизм несет с собою умерщвление духа. Отвергнув Бога, большевизм отверг и образ божий в человеке. Для большевизма нет ничего святого ни на небесах, ни на земле. Большевизм попирает самое дорогое для человека — его свободу, его религию, его национальность. Большевизм всё приносит в жертву сатанинскому замыслу — мировой революции, которая должна уничтожить все религии, смешать все народы в одну безликую массу и поработить все человечество.

Русский народ стал оружием и, вместе с тем, первой жертвой большевизма, но большевистским русский народ не стал. Он сохранил любовь к отечеству, к родной Церкви и к человеческой свободе. Все упования свои он возлагает на свержение советского ига.

Борясь за собственное существование, большевики взывают теперь к патриотизму и религиозности русского народа, но если победят, то отомстят ему за такую живучесть его исконного, небольшевистского духа, окончательно догромят Церковь и вытравят из русской жизни все русское.

Православные люди! Мы призываем вас не поддаваться большевистским наущениям и не верить большевистским посулам! Большевизм есть безбожие и бесчеловечность, насилие и ложь.