Милость Монтуна (СИ) - Немченко

но если я буду знать вопросы, смогу сказать ответы другим кобольдам в классе. А они помогут мне с переноской шаров. Если один или двое будут кидать шары не в свои корзины, а в мою, инструкторы этого и не заметят, а я наберу нужный балл по физической нагрузке.

— Хорошо, я постараюсь достать вопросы, — сказала Рэндал.

— Ты не спросила, что я сделаю для тебя, — напомнила Фэй.

— Мне достаточно того, что я помогу тебе.

Фэй кивнула, возможно, они не сразу разберутся, как это — быть семьей, но начало положено.

Работы с отстающими одноклассниками оказалось немало. Поначалу они не верили, что Фэй знает ответы, а потом не могли их правильно запомнить. Кто-то и вовсе сомневался, что ему стоит подтянуть оценки. Фэй напомнила, что мало окончить четвертый курс, нужно еще устроиться на работу. А кобольда с хорошими оценками в табеле скорее выберут, чем у того, чьи оценки чуть выше минимальных проходных.

Сперва она смогла убедить всего пару одноклассников довериться ей на сдаче экзаменов, а потом ее готовые ответы заучивала уже половина класса. Оказалось, что ее одноклассники умели держать слово, они действительно помогли ей принести больше стальных шаров на проверке физической выносливости. Отчасти потому, понимала Фэй, что это им почти ничего не стоило.

Фэй перешла на четвертый курс, они с Рэндал провернули трюк с получением вопросов для экзаменов еще несколько раз. Серая схема сработала и на выпускном экзамене. Рэндал встретилась с Фэй в последний раз перед разлукой, которая могла длиться долгие годы.

— Ты все сдала, поздравлю!

Рэндал обняла Фэй, затем отстранилась и откашлялась в кулак.

— Скоро кто-то из внешнего мира возьмет тебя на работу и заберет отсюда.

— Через год, — сказала Фэй, — они хотят разделаться с тобой за твой долг. Но я им не позволю.

— Если бы только Первый инструктор тогда послушал меня… — сказала Рэндал. — Я помогла тебе, у меня всего одна ответная просьба. Подскажи, как лучше проучить его, больше мне ничего не нужно.

— Этого парня, который дал мне нож, чтобы тебя заколоть? — Фэй ухмыльнулась и кивнула. — Мы его проучим.

— Я могу порвать все его документы напоследок.

— Мы отомстим ему тем, что обе переживем следующий год, — сказала Фэй. — А затем еще один и еще. У нас все будет в порядке, а вот насчет него не уверена. Пусть сам справляется со своими ошибками в сметах.

— Ты сказала «мы»? — удивилась Рэндал.

— Я устроюсь на работу и буду присылать тебе деньги, — заверила Фэй. — Так ты отдашь долг рождения и заплатишь за сломанную капсулу.

— Но и тебе нужно отдавать твой долг, — напомнила Рэндал. — И покупать лекарства от твоей болезни. Тебе придется платить в три раза больше, чем другим кобольдам.

— Я придумаю, где взять денег, — сказала Фэй. — Использую каждую возможность, если потребуется. Может, не сразу, а через несколько десятков лет, мы обе расплатимся с долгами, и снова встретимся.

— Если будет тяжело, можешь ничего не присылать, — сказала Рэндал. — Пусть хоть у одной из нас будет нормальная жизнь.

— По-моему, семья — это вполне нормально, — ответила Фэй.

Вскоре после этого разговора Фэй получила работу в стране под названием Дайгон. Оказавшись на месте, Фэй стала каждый месяц отправлять письма Рэндал с деньгами и рассказами о том, как она поживает. Сама Рэндал писать не могла, кобольдам в Академии это запрещали, Фэй лишь получала уведомления о том, что письмо доставлено лично в руки, значит, Рэндал оставалась еще жива. Сейчас же в дайгонском лесу у Фэй появилась возможность поймать редкое магическое существо и изрядно сократить свой долг и долги Рэндал. Вот только единственный дайгонец, который находился рядом и мог помочь, не разделял ее энтузиазма.

— Так вот зачем тебе такая гора денег, — сказал Кенрон. — Нелегко тянуть сразу три крупных долга.

Фэй кивнула.

— Я сделаю все, чтобы получить деньги за это создание.

— То, что ты многого хочешь не значит, что многое можешь, — напомнил Кенрон. — Этой проклятой бабочке нет дела до твоих долгов. Она не позволит себя поймать только потому, что у тебя благородные цели.

— Я надеялась, что ты мне поможешь, когда поймешь, зачем мне деньги.

— Вы неплохо заработали выполняя мои поручения, — напомнил Кенрон. — Не будем делать глупостей, вернемся в город, и я с вами расплачусь. Могу одолжить еще что-то сверху.

— Я хочу заработать, а не одолжить, — сказала Фэй. — Долгов у меня и так хватает. Я хочу, чтобы ты помог мне поймать эту летающую бестию.

Кенрон взглянул на бабочку, которая пока мирно сидела на цветке. Она не вернулась в лес, это могло означать то, что здесь у нее оставались незаконченные дела. Возможно, долгий перелет все же утомил ее и ей требовалось время, чтобы восстановить силы. Час, два, возможно вся ночь, вряд ли больше. Он хотел бы разобраться с этой угрозой, но не знал, как это провернуть.

— Рядом с нами нет животного, — напомнил Кенрон, — которое мы можем использовать, как клетку.

— Есть я, — сказала Фэй. — Я знала, на что иду, когда ее выпускала.

— Кажется, — сказал Кенрон, — то, что ты собираешься предложить мне не понравится.

— Я схвачу эту бабочку, и она превратит меня в золото, — сказала Фэй. — Ты вернешься в город за подмогой. Вы отнесете меня в Керфен, там окунете в воду, бабочка поймет, что тонет и снимет заклятье. Точно, как в тот раз на болоте. Я постараюсь выжить, наверняка то, что я могу подавить боль мне поможет. К тому же, рядом будет керфенский госпиталь.

— Ах, госпиталь, — невесело усмехнулся Кенрон, — это чудодейственное заведение. Знал я одного хорошего кобольда, его ранили в живот, отнесли в этот госпиталь живого, а вынесли мертвого. Нет, Фэй, тебя они там на ноги не поставят.

— Тогда другой вариант. — Фэй вытянула вперед руки. — Я не буду превращаться в золото полностью. Превратится только моя часть, которую ты отделишь. Я готова пойти на это.

— Что дальше? — спросил Кенрон без малейшего энтузиазма. — Ты ведь не сможешь работать. Кто-то должен будет кормить тебя с ложки до конца твоих дней.

— Мне заплатят так много, что я верну все долги и смогу встретиться с Рэндал, — заверила Фэй. — Она приедет сюда или я к ней. Она обо мне позаботиться.

— Ты заставишь ее стать твоей сиделкой потому, что не придумала ничего лучше?

— Наверняка она не откажет.

— Ты навсегда лишишь ее свободы, — сказал Кенрон. — Даже той, которая могла быть у нее в будущем. Ты прямо, как мой неразумный брат, любитель трогать ядовитых ящериц. Он тоже считает, что может