Спасательный корабль - Гарри Гаррисон

Глава 36

ПВ 25:03

— Где сейчас находится «Прометей»? — спросил Бэндин.

Дилуотер просмотрел страницы с расчетами и сделал пометку

напротив полетного времени 25:03. Потом встал и пошел к висевшей на стене конференц-зала меркаторовой карте мира, усталые люди провожали его взглядами. Он аккуратно отметил широту и долготу и передвинул красный намагниченный кружок, обозначавший положение «Прометея». Теперь он находился посреди океана.

— Так лучше, — сказал Гродзински. — Упади он в воду — все было бы в порядке.

— Но он снова через несколько минут будет над сушей, — заметил Бэннерман. — И что тогда? Эта штука по-прежнему представляет угрозу для всей планеты. Что бы Советам прицелиться получше и сбить ее к чертовой матери.

— Генерал, там все-таки пятеро людей на борту, — холодно сказал Дилуотер.

—■ Они и будут на борту, когда она упадет, и тогда все равно погибнут. Я гуманист, Саймон, как и вы. Но я еще и реалист. Без этого солдату не победить. Нравится нам это или нет, в ближайшем будущем нас ожидает крупный взрыв. Если эти солнечные вспышки сделают свое дело, «Прометей» может навернуться в любую секунду, хоть сейчас, пока мы тут болтаем. А если нет, все равно упадет, только на пару часов позже. Или что-нибудь изменилось в расчетах?

Дилуотер покачал головой.

— Ничего. Более точные измерения отодвигают срок лишь на несколько минут.

— Значит, дело обстоит так. Эти люди на борту, считай, так или иначе мертвы. Теперь как быть с бомбой, в которой они находятся? Я предлагаю сбить ее нашими ракетами, пока она еще над океаном, и дело с концом.

— Вы что, спятили? — воскликнул Бэндин. — Вы хотите, чтобы я вошел в историю как президент, ядерной ракетой уничтоживший собственных граждан?

— Вместо того чтобы допустить трагедию большего масштаба, — настаивал генерал.

— Мне кажется, вы должны понять, что президент прав, — вмешался доктор Шлохтер. — Общественное мнение — такая сила, которой мы не можем пренебречь. Уже поступают сообщения о выпадении радиоактивных осадков после взрыва советской ракеты — она оказалась не слишком чистой, как и все их бомбы, и мировая пресса и политики уже в полной готовности. К утру они разойдутся в полную силу, и американская пресса — больше всех. Радиоактивные осадки восторга не вызывают. Мы годами запрещали испытания в атмосфере. Если сейчас мы изменим нашу политику и одобрим этот план, я сомневаюсь, наберет ли наша партия хотя бы четыре голоса на следующих выборах.

— Меньше, — заметил Бэндин. — Мы будем полными идиотами, если проголосуем за самих себя. Итак, о посылке ракеты не может быть и речи, забудьте об этом, Бэннерман. Как бы нам ни хотелось или как бы мы ни нуждались в уничтожении «Прометея», так не пойдет.

— А ТНТ? — спросил Гродзински. — Я с ним имел дело в угольных шахтах, когда еще был мальчишкой. Он способен разнести «Прометей» на клочки.

— Да, — сказал ему Дилуотер. — Но есть пустячный вопрос: доставка на корабль. Правда, там имеется полная цистерна водорода и, возможно, достаточный запас кислорода, чтобы вызвать химическую реакцию и взрыв, если бы их удалось соединить. Но это слишком сложно и, стало быть, тоже не подходит. К тому же любой химический взрыв на подобной высоте привел бы к выделению большей части урана-235, который попал бы на Землю, и его распыление вызвало бы катастрофу куда большего масштаба, чем взрыв в каком-то локализованном районе. Химический взрыв исключается.

— Так что же нам делать, черт возьми? — спросил президент Бэндин, оглядывая сидящих за столом. — Так и будем здесь просиживать задницы, пока эта штука не брякнется, и надеяться, что она не врежется во что-нибудь жизненно важное? Ничего лучше придумать не можем?

По-видимому, так оно и было, поскольку ответом на его вопрос было молчание. Саймон Дилуотер смотрел на всех по очереди, словно ждал, не встанет ли кто-нибудь с предложением. Никто не встал. В конце концов он понял, что нужно сделать то, что только он сам может сделать. Он встал и поднял тонкую папку в оранжевом переплете. Темные буквы «Секретно» были оттиснуты на ее обложке. Все глаза теперь обратились к нему.

— Поскольку, кажется, никакого иного решения этой мучительной проблемы нет, я считаю, что обязан сообщить вам, джентльмены, о существовании программы для непредвиденных обстоятельств. Я не советую принимать ее немедленно и не говорю, что принимать ее не следует. Я просто предлагаю ее вашему вниманию. Как вам известно, перед каждым полетом разрабатывается множество различных программ, которые предусматривают возможные случайности и аварии в космосе. Большинство из них достаточно реалистичны, некоторые — довольно искусственные. Программа «Змеиное кольцо» относится к последнему разряду, она создана группой инженеров, на мой взгляд, с несколько болезненным воображением. Я узнал о ее существовании случайно, ознакомился с ней и... засекретил и включил в досье...

— Продолжайте, Дилуотер, что еще за чертовщина? — Терпение Бэндина было на исходе.

— Немного терпения, господин президент, я хотел прояснить все детали. Программа «Змеиное кольцо» представляет собой план технических мер, с помощью которых автоматический ядерный взрыв может уничтожить «Прометей» и, разумеется, его ядерное топливо.

— Я не понимаю, — сказал Гродзински.

— Звучит довольно просто, — ответил генерал Бэннерман. — Вы хотите сказать, что они могут сделать так, чтобы ядерный двигатель автоматически превратился в бомбу и взорвал весь корабль?

— Не совсем, но в общем идея именно такова. Меня заверили, что если все сделать правильно, то ядерный взрыв непременно последует. Я должен обратить ваше внимание: все эти действия могут быть выполнены лишь кем-то из экипажа. Иными словами, люди, которые подготовят взрыв, сами тоже должны погибнуть. Никакими посторонними средствами подобного эффекта достичь нельзя.

— Вы просите их совершить самоубийство ради спасения человечества? — сказал Бэндин.

— Я ни о чем не прошу их, сэр. Я просто излагаю суть вот этой программы. Решать вопрос о ее исполнении, слава богу, буду не я.

— Они в любом случае погибнут, — спокойно сказал Бэннер-ман. — Я предлагаю передать им подробные указания, чтобы они могли приступить к работе. Это наш единственный шанс.

— Возможно, надо было бы прежде спросить, захотят ли они, — сказал Дилуотер.

— У нас нет времени на такую роскошь, — ответил Бэннер-ман. — Майор Уинтер — офицер, как и майор Калинина. Они умеют подчиняться приказам. Им нужно немедленно сообщить, что делать. Я уверен, они с гордостью используют возможность предотвращения катастрофы здесь, на Земле. Нам некогда спорить, если мы хотим, чтобы план был приведен в исполнение. Господин президент, я прошу вас принять решение немедленно.