Плоды мести - Андрей Юрьевич Болотов

помнишь Бездну! — удивился воин. — А, тебе, наверное, Гарб рассказал. Да, именно он. Этот кусок навозной кучи хочет что-то разрушить в Храме. Так что, от него и нужно защищать. Только в одиночку он туда соваться не захотел и припахал к этому делу Гарба угрозами.

— Который как раз стучится в ворота, — подытожил Лю. — Посохом. Если быстро-быстро бежать, можно успеть прямо к побоищу. Но, поскольку мы тоже хотим заглянуть внутрь Храма, можно не очень спешить и добить только выживших.

Михель, успевший наслушаться от братьев-рыцарей самых мрачных пророчеств, побледнел и бросился вниз с холма, подбадриваемый адским хохотом жахани. Орк пожал плечами и устремился за ним.

* * *

Гарб раскрыл портальный выход прямо перед внешними воротами Храма, минуя подъемный мост, перекинутый через ров с мутной водой и почему-то опущенный несмотря на ночную пору. Площадка освещалась дрожащим на ветру факельным светом, но блеск портала его легко затмил. Гоблин уверенным шагом покинул пространственное окно и узрел конструкцию высотой в три своих роста из того же металла для блокировки магии. Умно.

В стенах ощущались такие же вставки, делающие волшебное и даже божественное перемещение внутрь невозможным. Издали крепость выглядела миниатюрной, но впечатление оказалось обманчивым: стены тут достигали восьмидесятифутовой высоты.

— Если постучать, могут открыть, — робко повторил де Деса то, что уже говорил, но на этот раз не так уверенно.

Инквизитор испытывал необычный трепет при виде ворот, через которые он столько раз проезжал на коне и со свитой. И всего один раз босой и в рубище был вытолкан вон.

Гоблин просто выключил эмоции, снова начав мыслить, как счетная машина. Он поднял посох и несколько раз стукнул его окованной железом нижней частью в металл ворот. Раздавшийся звон только подстегнул беготню по стенам, начавшуюся после яркой вспышки снаружи.

Множество рядовых солдат братства с опаской выглянули из бойниц и немедленно втянули головы в конических шлемах обратно, едва разглядели визитеров.

— Демон обманул? — оглянулся де Деса в поисках Минору.

— Скорее всего, он ждет, пока откроют ворота, — шепнул Гарб.

— Ты точно не за него? — голос инквизитора задрожал.

— Я за себя, друзей, народ и богиню, — отрезал жрец.

Тем временем у них над головами стража пришла в движение.

— Кто вы, незваные путники? Зачем явились?

Голос принадлежал командору Кориакису.

— Если меня трудно узнать, прикажи добавить света! — крикнул в ответ де Деса.

— Зачем ты вернулся, предатель? — грозно поинтересовался командор. — И кого ты привел?

— Открывай и узнаешь.

Голова Богумиса высунулась из-за зубца стены сверху. Командор внимательно обшарил глазами пространство внизу и, убедившись, что визитеров только двое, отдал приказ. Ворота со страшным скрипом начали по-черепашьи медленно распахиваться наружу. До ушей Гарб донесся мерный звонкий перестук зубцов механизма. Гоблин на всякий случай посмотрел по сторонам, но не увидел и следа перводракона. Неужели Минору просто решил загнать его в ловушку? Но зачем?

Створки разошлись ровно настолько, чтобы впустить двоих и сразу начали закрываться за их спинами с той же ленивой неспешностью. Глазам открылось внушительное пространство больше похожего на площадь внутреннего двора, вымощенного красным кирпичом. Высокие клены того же цвета шумели листвой по периметру. Высоченные стены мрачно нависали с трех сторон, создавая иллюзию колодца, а прямо от входа в паре сотен футов начинались различные постройки. Чуть дальше виднелось самое главное здание — Храм Творения, к которому остальные строения частично примыкали. Величественное сооружение обрамляли беломраморные колонны поистине чудовищных размеров.

Полукруг сотен пик и копий обозначил место встречи. Солдаты нервничали, и древки в их руках подрагивали. Зато прошедший сквозь оцепление командор держался на удивление спокойно.

— Итак, ты все-таки решил отомстить, — улыбнулся рыцарь и опустил руку на меч. — Получается, зря я голосовал, чтобы тебя не казнили?

Забрало на шлеме было поднято, но на лицо падала тень, не давая толком рассмотреть его черты.

— Не согласен с твоим выводом. Я пришел предупредить братьев о грозящей опасности, — де Деса выпрямился и расправил плечи, а его голос сразу приобрел некоторую долю торжественности.

Поза контрастировала с невзрачной одеждой мужчины, но стать сразу напоминала о высоком положении, которое он когда-то занимал.

— Поэтому я вижу перед собой посох небытия? — с иронией спросил Богумис. — Убить обоих!

— Назад! — предупредил Гарб. — Я буду бить посохом!

Мускулы на лице Кориакиса дрогнули лишь на мгновение.

— Здесь твоя магия не сработает, колдун, — не смутился командор. — Стреляйте!

Солдаты зароптали. Многие из них хорошо помнили Великого Инквизитора, не знали за ним никаких провинностей и в принципе недоумевали, за что того выгнали. Его хоть и объявили изменником, но не объяснили, что именно он сделал.

— Я лично убью любого, кто не выстрелит! — заорал разъяренный неповиновением Богумис.

Со стен сразу посыпались арбалетные болты. Де Деса зажмурился, а Гарб безуспешно попытался выставить щит уже в третий раз. Магия действительно не работала, и даже божественная мантия не помогла.

Появившийся рядом Минору только хмыкнул и сделал пасс руками. Все летящие снаряды истлели в воздухе вместе с арбалетами в руках стрелков.

— Ты бы и правда посохом бил, — посоветовал он и повернулся к копейщикам с недоброй ухмылкой.

Гарб улыбнулся только внутренне: все пошло так, как он запланировал.

Глава 46

«Смертный приговор должен приводиться в исполнение немедленно после вынесения, иначе он превращается в пытку».

— Хуан де Деса, великий инквизитор

Гарб специально отсчитал время. Перводракону хватило всего двадцать три секунды, чтобы справиться с солдатами во дворе. Крики ужаса, смешанные с предсмертными хрипами, еще не утихли внизу, а Минору уже направился на стену к арбалетчикам. Он поднимался неспешными шагами по лестнице, будто упиваясь чужим страхом. Будто хотел, чтобы жалкие людишки успели почувствовать всю свою беспомощность и неотвратимость его приближения. В него продолжали стрелять, но снаряды истлевали еще в полете и рассыпались в воздухе черным порошком. На стенах началась паника.

За это время Кориакис, которого дракон почему-то не тронул, выхватил меч, на вид зачарованный, преодолел расстояние, отделяющее его от Гарба, и занес руку в замахе.

— Умри! — крикнул он, и голос его звенел от ненависти.

Жрец краешком сознания успел отметить, что этот человек почему-то имеет отдаленное сходство с гоблинами. Немного приплюснутый нос так и вовсе был похож на его собственный почти как две капли воды. К тому же черты лица командора казались какими-то неестественно правильными и красивыми. Эту красоту почти не портила даже гримаса ненависти. С чего бы это?

Счетная машина в Гарбе лихорадочно заработала в поисках ответа, но все логичные варианты выглядели чересчур неправдоподобно. Одно точно: никаких проклятий на