Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

кресло с высокой спинкой рядом со столом было развернуто к стене. Джек обвел взглядом оригинальные полотна, украшающие стены, огромные окна с уложенной аккуратными волнами драпировкой, стоившей, вероятно, непомерно огромные деньги, изысканное резное дерево, вездесущие статуэтки из бронзы и мрамора. По потолку маршировал еще один легион средневековых персонажей. Мир Болдуинов… Что ж, пусть они им наслаждаются. Джек медленно закрыл глаза.

Смахнув волосы назад, Дженнифер молча смотрела на него, и в глазах у нее была тревога. Поколебавшись мгновение, она подошла к нему, присела рядом на корточки, тронула за плечо. На него выплеснулся аромат ее умащенного благовониями тела. Дженнифер заговорила, тихо, склонившись к нему. Ее дыхание щекотало ему ухо.

— Джек, я уже говорила тебе, что ты не должен терпеть подобное поведение. И теперь, когда это нелепое дело об убийстве осталось в прошлом, мы можем вернуться к нормальной жизни. Дом наш почти готов; он просто великолепен, поверь мне. И нужно заканчивать подготовку к свадьбе. Милый, теперь все будет хорошо…

Прикоснувшись к лицу Джека, Дженнифер развернула его к себе. Бросив на него взгляд, от которого призывно веяло спальней, она поцеловала его, долго и с чувством, после чего медленно оторвалась от его губ. Ее взгляд пытливо проник в его глаза. И не нашел там то, что искал.

— Ты права, Дженн. Нелепое дело об убийстве осталось в прошлом. Человеку, которого я любил и уважал, вышибли мозги. Дело закрыто, пора двигаться дальше. Нужно зарабатывать деньги.

— Ты прекрасно понял, что я имела в виду. Начнем с того, что тебе вообще не следовало в это ввязываться. Эта проблема тебя не касалась. Ты сам рано или поздно понял бы, Джек, что все это ниже тебя.

— Ну а тебе это только создавало дополнительные неудобства, правильно? — Грэм порывисто встал. В первую очередь он испытывал бесконечную усталость. — Желаю тебе всего самого хорошего, Дженн. Я бы сказал, что мы с тобой еще как-нибудь увидимся, однако, честное слово, я просто не могу себе это представить. — Он направился к двери.

Дженнифер схватила его за рукав.

— Джек, пожалуйста, объясни, что я сделала такого ужасного?

Помедлив мгновение, Грэм обернулся.

— И ты до сих пор ничего не поняла, во имя всего святого! — Он устало тряхнул головой. — Ты просто разбила жизнь постороннему человеку, Дженн, человеку, которого ты даже не знала. И почему? Да только потому, что он доставил тебе «неудобство». Ты стерла ему десять лет карьеры. Одним телефонным звонком. Даже не подумав о том, каково будет ему, его семье… Как знать, Барри мог покончить с собой, от него могла уйти жена. Но тебя это нисколько не волновало. Ты, скорее всего, об этом даже не думала. И вот конечный итог: я никогда не смогу любить человека, способного на такое, не смогу прожить с ним всю жизнь. И если ты этого не понимаешь, если ты искренне считаешь, что не сделала ничего плохого, тем больше оснований для нас расстаться прямо сейчас. Лучше выявить все неустранимые противоречия до свадьбы. Это сбережет время и силы. — Повернув ручку двери, Джек усмехнулся. — Все мои знакомые, вероятно, скажут, что я сумасшедший. Ты идеальная женщина, умная, богатая, красивая — и это действительно так, Дженн. Нас ждала идеальная совместная жизнь. У нас было все. Мы просто обязаны были быть счастливы. Но все дело в том, что я не смог бы сделать тебя счастливой, потому что меня не интересует то, что составляет твою жизнь. Мне нет дела до миллионных заказов, до особняков размерами с маленький поселок и до машин стоимостью в годовую зарплату. Мне не нравится этот дом, мне не нравится твой образ жизни, мне не нравятся твои знакомые. И, наверное, мне не нравишься ты сама. Полагаю, в настоящий момент я единственный на всем белом свете, кто скажет такое. Но я простой человек, Дженн, и что-что, но лгать тебе я никогда не стану. Давай взглянем правде в глаза: пройдет пара дней, и к тебе в дверь постучится десяток парней, подходящих тебе гораздо больше, чем Джек Грэм. Одна ты не останешься. — Посмотрев на нее, он поморщился от боли, увидев у нее на лице абсолютное изумление. — Если тебе так будет лучше, можешь говорить всем, кто спросит, что это ты бросила меня. Я недотягивал до стандартов Болдуинов. Оказался недостойным. Прощай, Дженн!

После его ухода Дженнифер долго стояла неподвижно. На лице у нее боролись за место самые противоречивые чувства, ни одно из которых в конечном счете не одержало верх. Наконец она выбежала из комнаты. Стук ее высоких каблуков по мраморным плитам пола затих, когда она стала подниматься по устланной ковровой дорожкой лестнице.

Несколько секунд в библиотеке царила полная тишина. Затем кресло за письменным столом медленно развернулось, и Рэнсом Болдуин посмотрел в дверной проем, в который скрылась его дочь.

* * *

Джек посмотрел в глазок, буквально ожидая увидеть за дверью Дженнифер Болдуин с пистолетом в руке. Когда он увидел, кто там на самом деле, у него глаза полезли на лоб.

Пройдя внутрь, Сет Фрэнк скинул пальто и окинул оценивающим взглядом маленькую захламленную квартиру Джека.

— Дружище, могу тебе сказать, это воскресило в памяти один из периодов моей жизни.

— Дай сам догадаюсь. Семьдесят пятый год, студенческое братство. Ты был вице-президентом, отвечающим за связь с пивной.

— Ближе к правде, чем мне хотелось бы признать, — усмехнулся следователь. — Радуйся жизни, пока можешь, друг мой. Не хочу показаться политкорректным, но хорошая женщина не позволит тебе вести подобное существование.

— В таком случае, возможно, мне повезло.

Скрывшись на кухне, Джек вернулся с упаковкой пива. Взяв по банке, они устроились где придется.

— Защитник, у тебя проблемы на пути к блаженству супружеской жизни?

— По десятибалльной шкале — единица или десятка, в зависимости от того, с какой стороны смотреть.

— Почему-то мне кажется, что девчонка Болдуин не окончательно прибрала тебя к своим рукам.

— Ты хоть на время перестаешь быть следователем?

— Стараюсь, но у меня ничего не получается. Не хочешь выговориться?

— Только не сегодня. — Грэм покачал головой. — Возможно, как-нибудь в другой раз — и тогда от моих излияний у тебя завянут уши.

— Просто дай мне знать, — пожал плечами Фрэнк. — Я захвачу пиво.

Только теперь Джек обратил внимание на сверток у следователя на коленях.

— Подарок?

Фрэнк достал видеокассету.

— Полагаю, где-нибудь среди этого хлама найдется видеомагнитофон?

* * *

Когда на экране телевизора появилось изображение, Сет оглянулся на Джека.

— Это видео определенно не для семейного просмотра. Предупреждаю тебя заранее: на нем есть