Ересь Хоруса: Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

Да. Теперь это твоя кожа.

Какие еще могут быть изменения?

Раум рассмеялся дразнящим далеким шепотом.

Ты в своей жизни не раз будешь слышать голос богов. На самом деле назначенный час еще не наступил. Ты услышал призыв начать Долгую Войну, но боги еще не крикнули. Это только прелюдия.

Но я слышал их. Мы все их слышали.

Ты узнаешь крик богов, когда услышишь его на самом деле. Это я обещаю.

— …Гал Ворбак встанет с Железными Воинами, образуя наковальню, — завершил свою речь Лоргар.

Аргел Тал снова сосредоточился на окружающих. Боль в руках быстро утихла. Не зная, что сказать, он кивнул примарху, соглашаясь со словами Лоргара, хотя и не знал, о чем тот говорил, Примарх доброжелательно улыбнулся в ответ, словно понимая рассеянность сына.

Лорд Кёрз обратил недремлющий взгляд на своих Астартес.

— Тогда мы готовы. Моя Первая рота тоже присоединится к Железным Воинам для первоначального удара. Dath sethicara tash dasovakkian, — прошипел он, воспользовавшись ностраманским наречием. — Solruthis veh za jass.

Капитаны легиона Повелителей Ночи ударили темными перчатками по керамитовым нагрудникам.

— Одетые полночью! — хором крикнули они.

— Железо внутри, — угрюмо произнес Пертурабо и вскинул свой массивный боевой молот на плечо. — Железо снаружи.

Его люди в ответ застучали по палубе рукоятками топоров и молотов.

Воины легиона Альфа и их примарх по-прежнему хранили молчание.

Завершить собрание, как и предполагал Аргел Тал, тоже выпало Лоргару:

— Противоборствующие силы сражаются на поверхности вот уже три часа, и пока никто не добился победы. В этот момент лоялисты ждут нашей высадки и верят, что мы поможем им нанести решительный удар. Все мы знаем свои роли в этом спектакле. Все мы знаем, чью кровь придется пролить, чтобы спасти нашу расу от вымирания и возвести Хоруса на престол Повелителя Человечества. Братья, — примарх почтительно склонил голову, — сегодня нам предстоит сделать первый шаг к построению нового царства. Да пребудут с вами боги.

Аргел Тал уже двинулся к выходу из комнаты, как вдруг заметил, что его подзывает к себе бывший наставник. Эреба можно было назвать привлекательным только в том смысле, в каком говорят об оружии: холодный клинок, опасный независимо от того, в чьих он руках, отражающий свет, но не излучающий собственных лучей. Командир Гал Ворбак подошел ближе, издавая негромкое рычание и наслаждаясь вкусом своей ярости.

Эреб хотел с ним поговорить, и Кор Фаэрон почти наверняка тоже задержится. Это уже само по себе вызывало беспокойство. Какие честолюбивые стремления внушили они примарху за четыре долгих десятилетия? Что они видели за это время и чему научились?

Его рычание стало громче.

Можешь его ненавидеть, но не нападай. Он избранный. Так же, как и ты.

Я всегда буду слышать твой голос?

Нет. Наш конец предопределен. Мы будем уничтожены в тени огромных крыльев. После этого ты уже не услышишь мой голос.

Аргел Тал почувствовал, как похолодела его кровь, и понял, что по крайней мере на этот раз ощущение не связано с обещанными изменениями его тела.

— Эреб, — приветствовал он Первого капеллана, — я не в настроении спорить.

— Я тоже, — ответил старший воин. — С момента нашего последнего разговора многое произошло. Мы оба много чего повидали и сделали трудный выбор, чтобы прийти к этому моменту.

Суровый непреклонный взгляд Эреба остановился на глазных линзах Аргел Тала. Трудно было не восхищаться его неизменной выдержкой и безграничным терпением.

Как было трудно забыть и об огромном разочаровании, тем более что оно было справедливым.

— Я слышал обо всем, что вы видели и через что вам пришлось пройти, — продолжал Эреб. — Ксафен держал меня в курсе.

— У тебя есть что мне сказать по существу? — пробормотал Аргел Тал, и даже ему самому эта фраза показалась ребяческой.

— Я горжусь тобой. — Эреб на мгновение коснулся плеча Аргел Тала. — Это все, что я хотел сказать.

Не говоря больше ни слова, Эреб ушел вслед за примархом. Кор Фаэрон издал булькающий смешок и неторопливо отправился за ними, поскрипывая сочленениями терминаторской брони.

Глава 25

ВТОРАЯ ВОЛНА

ИЗМЕНЕНИЯ

ПРЕДАТЕЛЬСТВО

Эта битва положила начало войне.

Дно Ургалльского ущелья было основательно перемолото подошвами многих тысяч Астартес и гусеницами бронетехники их легионов. Верные Императору примархи сражались там, где битва была самой яростной: Коракс из Гвардии Ворона парил в воздухе на черных крыльях, соединенных с огнедышащим летным ранцем; лорд Феррус из Железных Рук в самом центре поля боя крушил серебряными руками всех мятежников, до которых мог дотянуться, и преследовал тех, кто хотел ускользнуть; и наконец, Вулкан из Саламандр, закованный в уникальную чешуйчатую броню, с грохотом обрушивал боевой молот на доспехи и крушил их, словно фарфор.

Примархи-изменники участвовали в битве точно так же, как и их братья: Ангрон из Пожирателей Миров с неудержимой яростью размахивал цепными мечами, едва ли различая, кто перед ним стоит; Фулгрим из легиона Детей Императора, печально известного своим неподобающим названием, со смехом отражал неуклюжие выпады Железных Рук и ни на мгновение не прекращал своего грациозного танца; Мортарион из Гвардии Смерти, словно отвратительный отголосок древних мифов Терры, пожинал жизни каждым неумолимым взмахом своей косы.

И сам Хорус, Воитель Империума, ярчайшая звезда и величайший из сынов Императора.

Его легионы устремились в бой, а их повелитель стоял в крепости в дальнем конце ущелья и наблюдал за кровопролитием. Защищенный и невидимый для своих братьев, еще хранивших верность Императору, Хорус не переставал говорить — он отдавал бесконечные приказы своим помощникам, а те пересылали их участвующим в бою воинам. Прищурившись, он смотрел на разворачивающуюся внизу резню, которая была организована и проходила согласно его воле.

Наконец над этой бурей со скрежетом сталкивающегося керамита, над грохотом танковых орудий и стуком болтерных очередей раздался вой двигателей и вспыхнули огни ворвавшихся в атмосферу десантных катеров, спускаемых модулей и капсул второй волны. Слабое солнце заслонили десять тысяч летящих теней, и небо потемнело. От оглушительных торжествующих криков лоялистов содрогнулся воздух.

Мятежники, окровавленные и потрепанные легионы, преданные Хорусу, без колебания начали организованное отступление.

Аргел Тал все это видел из рубки «Восходящего солнца», когда «Громовой ястреб», спустившись к земле, с воем двигателей несся над сражающимися армиями. Целая стая десантных кораблей Несущих Слово, цвет брони которых вполне соответствовал климату этого холодного мира, направлялась к краю ущелья.

— Уже достаточно далеко. Садимся, — приказал он управлявшему судном Малнору.

— Как прикажешь.

Два алых корабля, возглавлявших серую стаю, пошли на снижение. Выбранная Несущими Слово посадочная площадка располагалась неподалеку от участка местности, откуда Гвардия Ворона начинала наступление, и стая величественных гранитно-серых машин опустилась на землю рядом со своими угольно-черными близнецами.

Подтверждающие щелчки пробились сквозь кодированный вокс-канал, сигнализируя о приземлении четырех посадочных модулей легиона в назначенном месте. На одиннадцатом часу сражения в ходе битвы наступил перелом. Хорус и его союзники начали полномасштабное отступление к своей крепости.

Аргел Тал спустился по трапу и впервые вдохнул профильтрованный воздух Исстваана V. Он оказался холодным. Холодным и с привкусом меди, а еще с сильным запахом изрытой земли и всепроникающими выхлопными газами. Быстрый осмотр представил ему панораму разворачивающейся битвы. С одной стороны от него спускались на поверхность похожие на воронов корабли Повелителей Ночи, а с другой — боевые машины легиона Альфа. Основные силы Несущих Слово усиливали позиции обоих братских легионов на краях ущелья. На краткий вдохновляющий миг перед ним мелькнули золото и слоновая кость, отличавшие корабль Лоргара среди машин избранных воинов Первой роты.

Затем примарх исчез из виду, скрытый расстоянием, дымом и множеством спускающихся кораблей.

Железные Воины заняли главенствующую на данном участке возвышенность и укрепляли ее, возводя заранее подготовленные пластальные бункеры. Громоздкие транспортные корабли спускали военные сооружения; крепкие металлические рамы на небольшой высоте выпадали из зажимов подъемников и врастали в землю. Затем приступали к работе мастера-воины Четвертого легиона: они укрепляли их, соединяли и быстро превращали в высокие огневые позиции. Орудийные башни сотнями поднимались из защищенных гнезд, а из трюмов транспортных кораблей Железных Воинов высыпали толпы лоботомированных сервиторов, стремившихся лишь к одному: подсоединиться к системе управления орудиями.