Электричка в Буслаевку - Владимир Анатольевич Тимофеев

В итоге на капоте машины (его использовали как лабораторный стол) выстроились пять полупрозрачных цилиндриков. Любым из них, если я правильно оценил мощность, можно было подорвать танк или, к примеру, обрушить средних размеров мост. Но поскольку ни мостов, ни танков поблизости не наблюдалось, пришлось применять «вундервафли» так, как и планировали изначально.

Гиляй лично выкопал в насыпи три шурфа и заложил в них по одному цилиндрику.

Потом мы отъехали ото рва на безопасное расстояние, и по моей команде Лейка активировала все три заряда.

Рвануло неплохо. Дымом и пылью заволокло и дорогу, и всё, что вокруг в радиусе пятидесяти метров. Хорошо хоть, что ничего у нас не сломалось и никого не контузило — местным помогла отпорная магия, а себя и машину я защитил встречной воздушной волной.

Нукерам повезло меньше.

Когда пыль рассеялась (с нашей, естественно, помощью), по обе стороны от дороги мы обнаружили больше десятка разбитых и перевёрнутых самобегов. Некоторые вообще представляли собой не подлежащий восстановлению хлам. И пускай сами кожаные не пострадали — тоже сработала отпорная магия — но прямо сейчас они не могли даже ругаться. Слишком велико было удивление от случившегося.

Тем не менее, какой бы красивой не выглядела картинка с впавшими в ступор нукерами, главным результатом подрыва стало другое. Вал и ров просто исчезли. Один срыло, второй засыпало, поэтому мы совершенно спокойно перебрались через разрушенное препятствие и двинулись дальше. По прямой до столицы провинции оставалось менее двадцати километров, по коридору — тридцать пять с небольшим…

Следующие шесть городков мы прошли легко и непринужденно.

Противник был явно растерян и ни о чём серьёзном не помышлял.

Взорванный ров выбил нукеров из колеи, как в прямом, так и в переносном смысле. В прямом — им не хватало сил и средств преследовать нас с прежней скоростью. В переносном — они, видимо, просто не поняли, как мы смогли уничтожить преграду, кажущуюся неодолимой…

— Пересечём железку, будет совсем хорошо, — посулил со смехом Сан Саныч, когда позади остался очередной посёлок.

— Не нравится мне, когда всё хорошо, — угрюмо отозвался Чекан. — По себе знаю, только подумаешь, что победил, сразу же прилетает по полной…

В том, что он прав, мы убедились достаточно быстро.

Последним населённым пунктом перед столицей провинции оказалась железнодорожная станция Ак-Базар. Городом её назвать было трудно, и даже на полноценный посёлок она не тянула. Всего десяток жилых домов, остальное — многочисленные станционные сооружения.

— Отстойник. Депо. Сортировочная. Зарядная зона, — принялся перечислять бывший доцент. — По-хорошему перенести бы это всё в Кызыл-Таш. Сначала большую дугу там планировали, но как южную часть ханство подмяло, так и забросили всё.

Я почесал затылок. Действительно, Сан Саныч об этом рассказывал. Большой железнодорожный круг связывал все провинции, а его местный участок изначально должен был проходить по границе северной и южной частей нынешнего Карухтана. Однако, по настоянию ещё самого первого хана, «большую дугу» временно совместили с верхней частью кольца, а, как гласит народная мудрость, «нет ничего более постоянного, чем временное». Так и здесь: к работам по прокладке магистрали «Свирск — Кызыл-Таш — Малино» приступали десятки раз и даже на картах её обозначили, но все начинания заканчивались, увы, одинаково — по разным причинам строительство останавливалось.

И хотя к нам эта история прямого отношения не имела, именно благодаря ей мы вынуждены снова сталкиваться с путейскими магами. В том, что они здесь присутствуют, причем, довольно высоких рангов, я нисколько не сомневался. Ак-Базар — станция важная и, можно сказать, режимная, поскольку именно здесь формируются все поезда Карухтанского отделения ИЖД…

— Переезд правее депо, — пробормотал Сан Саныч, глядя на уходящий за здания коридор. — Это хорошо. Там всего два пути.

— А если было бы больше? — поинтересовался я для проформы.

— По древнему уложению зона ответственности путейских распространяется на все здания и сооружения, относящиеся к их ведению. А вот землю и дороги общего пользования они могут контролировать не далее, чем на пятьдесят метров от железнодорожного полотна. Поэтому, если бы нас отправили, например, в группировочный парк, то… От ты ж, драконова мать! Да что же это за гадство такое?!

Понять его возмущение было не трудно.

Едва мы свернули за угол, как сразу уткнулись в перегородившую путь баррикаду. Причём, не простую, сложенную из чего попало, как в пройденных ранее городках и посёлках, а выстроенную по всем правилам — из крупных бетонных блоков, мешков с песком и колючей проволоки, со змейкой-проходом, перегораживаемым стальными конструкциями.

Машина остановилась. Стены защитного коридора внезапно заколебались, словно плёнка мыльного пузыря на сильном ветру. Он то сужался и втягивался в проход между блоками, то, как живой, вдруг отдёргивался и изгибался. Ощущение, что он просто не знал, как поступить, поэтому ждал решения тех, кто по нему шёл.

— Хитрые, гады! — прокомментировала ситуацию Лейка. — Снести ничего нельзя, потому что формально проход есть, а по факту он даже уже, чем в Кызыл-Таше, и машину надо бросать.

— Машину бросать не будем, — я качнул головой и в ту же секунду коридор резко выгнулся влево, да так и застыл.

«Ага. Значит, решение принято».

Кузьма повернул руль. Самовоз покатился по новому маршруту.

Спустя четыре минуты коридор вывел нас к железнодорожным путям.

«Трак» снова остановился.

Увидев, куда мы приехали, Гиляй досадливо сплюнул.

— Грузовой пункт. Стрёмное место.

Я мысленно с ним согласился.

Место и вправду не самое лучшее для переезда. Дорога тянется через рельсы метров на сто, а сверху над ней нависает крановая эстакада. Два десятка опор, решетчатые пролёты, непрозрачные ограждения…

«А вокруг тишина. А вокруг ни души. Только рельсы усталые стонут…»

Нет, со стонами я конечно погорячился, но насчёт остального… Вокруг действительно ни души и тихо, как в морге. Даже перекрестился украдкой.

— Ваша милость, тут это, написано «с мечами нельзя».

— А? Что? — я развернулся и посмотрел туда, куда указывал пальцем Кузьма.

На столбе висел предупреждающий знак (перечёркнутый меч в жёлтом круге), под ним пояснительная табличка.

— Погрузочно-разгрузочная зона. Пронос заговорённого оружия запрещён, — прочитал Чекан. — Хм. И что они делают с нарушителями?

Он вопросительно посмотрел на Сан Саныча.

Тот ответил кривоватой усмешкой.

— Что-что… убивают. Сразу и без разговоров.

Воин расхохотался.

— Как?! Как они до нас доберутся?

Сан Саныч пожал плечами.

— Понятия не имею. Но, в любом случае, они нас предупредили. А разоружимся мы или нет… — бывший преподаватель развёл руками и замолчал.

Остальные тоже молчали.

Решать предстояло мне.

Противника я, кстати, уже обнаружил.

На единственной поперечной ферме крановой эстакады под защитой довольно сильной иллюзии тихарились