Звено цепи - Маргарита Гуминенко

— Носом не шмыгай, водку не пей, матом не ругайся, девочек не щупай, — пошутил он. — Никакой свободы!

Но Олег его шутки не принял.

— Человек должен сохранять достоинство и уважение к себе самому, — строго выговорил он, и пошёл вдоль канала, на ходу касаясь пальцами изъеденного сыростью чугунного ограждения. — В том числе, и в мелочах.

— Олежек! Ты прям хочешь всё и сразу! — Успевший попробовать и водку, и наркоту (ни то, ни другое не понравилось), Игорь ощущал себя несоизмеримо опытнее брата. Что тот мог знать о суровых законах жизни, воспитываясь в интеллигентной семье, где лишней соринке не давали долететь до пола?

Олег посмотрел на него всё теми же строгими глазами.

— Всё и сразу, — повторил он. — Кто-то должен этого хотеть. И так бардак в стране делается.

— А, то есть, это ты за страну радеешь! — Игорь сунул руки в карманы потёртых джинсов и прислонился боком к ограждению, разглядывая облупленное крыло грифона на Банковском мостике.

— Кто-то должен напоминать людям, что надо жить честно, выполнять взятые на себя обязательства, оставаться людьми, — не поддался на его легкомысленный тон Олег. — Этого можно добиться, если каждый усвоит: ни одно противоправное действие не останется втайне, а значит, без наказания.

— Ловить за руку? — иронично переспросил Игорь, и посмотрел на брата прищурившись.

— Этого мало, — тот не среагировал на его иронию.

Олег двинулся в обратную сторону. Игорь пристроился рядом, и некоторое время они молча мерили шагами вылизанные временем гранитные плиты.

— Нужна такая система, при которой человек только задумал обмануть, а его предупредили, — снова заговорил Олег. — В масштабах страны это в первую голову касается бизнесменов, "новой элиты", политиков. С них будут брать пример рядовые граждане. Надо, как говорила наша мама, "починить голову". Вот увидишь, такой подход подействует. Никто не станет отягощать свою совесть, зная, что всё равно уйти от ответа не удастся. Всем будет лучше.

— Типа, профилактические меры? — Игорь не мог удержаться от скептицизма, брат казался ему наивным романтиком. — Спустись на землю, мечтатель! Если бы разъяснительная работа помогала — всем нам давно стало бы лучше. Или у тебя есть более надёжный способ?

Он по привычке шмыгнул носом, покосился на брата и выудил из кармана один из платков.

— Пока нет, — признался Олег, не заметив его жеста. — Но я непременно его найду…

Сокольский открыл глаза, отвлекаясь от воспоминания. За окном — ни день, ни ночь, нечто среднее, серое и пасмурное, кроме затянутого тучами неба и угла кирпичной новостройки — ничего не разглядишь. "Это вам не канал Грибоедова" — подумал он и взялся за телефон.

— Матвей! Кто у тебя там под рукой? Пригони сюда, я дам ключи. Надо кое-что привезти с квартиры моего брата… Да есть одна идея… Нет, пока ничего конкретного не скажу. Но ты узнаешь первым, если я что-нибудь нарою. Удачи!

Он опустил руку на одеяло. "А ведь ты нашёл способ, — подумал он, возвращаясь мыслями к диалогу с братом. — Опасный для тебя самого. Но кто сказал, что бороться с человеческими пороками — лёгкая задача?"

* * *

— Я вас внимательно слушаю, товарищи офицеры!

Генерал Дмитрий Иванович Чёрный провёл по столу пухлой ладонью, видимо рассудив, что подчинённые сами решат, кому брать слово. Баринцев посмотрел на Мотю.

— Полагаю, у майора Киппари уже есть некоторая информация, — серьёзно сказал он, очень надеясь, что это действительно так.

— А? — тот оторвался от созерцания бумаг в своей папке и вылупился на Баринцева. — Ну да! Только это не информация. — И снова уткнулся в папку.

Баринцев поджал губы, готовый сокрушённо покачать головой: общаться с начальством Мотя не умел. Генерал трогал нижнюю губу, что служило нехорошим признаком. Иной бы обеспокоился, но поскольку Мотя так головы и не поднял, генерал подождал несколько секунд и напомнил:

— Матвей Севастьянович! У твоей группы было больше двенадцати часов. Вы даже киллера задержали. И что? Нечего доложить?

Мотя шумно вздохнул и посмотрел на генерала красными от недосыпа глазами.

— Доложить-то есть чего… — протянул он, и теперь уже оба старших офицера посмотрели на него с явным неодобрением. Мотя тут же встрепенулся, закрыл папку и принялся излагать: — Существует некая организация, исполняющая, скажем так, специфические заказы на ликвидацию неугодных граждан.

— Наёмные убийцы? — переспросил генерал, и разочарованно покачал большой головой.

— Я сейчас объясню, — пообещал Мотя. — Есть подозрение, что они обслуживают несколько крупных городов. У них простая и надёжная схема работы. Заказчик обращается к организатору, тот выбирает подходящего исполнителя — и высылает ему "повестку": в почтовый ящик исполнителя опускается рекламный листок "Пицца-Голд". Такой фирмы не существует, так что исполнитель сразу поймёт: это для него, и среди рекламных слоганов есть указание, где он должен взять инструкцию. Например, называется ячейка на вокзале, или дупло на десятом дереве от начала дорожки парка. В общем, в тайнике исполнитель берёт оружие, нужные документы, задаток и указание, кого именно он должен ликвидировать. Выполнив заказ, он покидает город, садится в какой-нибудь левой гостинице и ждёт, когда на заранее открытый им счёт поступит вторая часть гонорара. Таким образом, исполнитель и заказчик лишены возможности контактировать не только напрямую, но даже опосредованно, что позволяет заказчику не бояться, что в случае ареста исполнитель его выдаст, а исполнителю — что заказчик уберёт его, как ненужного свидетеля. Очень удобно!

Генерал с сомнением подёргал себя за толстую нижнюю губу, в очередной раз вспомнил, что надо избавляться от дурных привычек, но тут же подумал, что в его возрасте уже поздно — и вопросительно посмотрел на Мотю.

— А организатор? — спросил он. — Он ведь как-то контактирует с заказчиком. Что мешает последнему захотеть убрать его?

Киппари не смутился:

— Есть предположение, что обратиться к организатору можно лишь по рекомендации и тоже не напрямую. Но как — мы пока не знаем. Зато знаем, что эта "киллерская контора" не разменивается на мелочи. Они работают только на богатые круги бизнес-общества и крупный криминал.

— Это вам рассказал ваш арестованный? — Генерал Чёрный на своём веку много чего повидал, но предпочитал к любой информации относиться как к версии, пока она полностью не доказана.

Матвей поскрёб заросшую светлыми волосами щёку, подумал — и развёл одной рукой.

— Нет, конечно, — признался он. — Наш киллер, господин Хватов, и половины не знает. Но он поведал интересную историю. Три месяца назад, ещё на зоне, перед самым своим освобождением, он пожаловался одному приятелю, что понятия не имеет, чем ему заняться на свободе и как деньги зарабатывать. Тот пообещал, что замолвит словечко, и если Хватов