Пуля - Лорел Гамильтон

Первая часть плана состояла в том, чтобы представить меня и Жан-Клода кланам тигров после того, как мы привязали к себе золотого тигра. Мы оказались в полной заднице. Мика и я, я и Жан-Клод, он и Ричард, мы и Ашер, я и Натаниэль с Дамианом, никто из нас больше не был сам по себе. Как будто власть и одиночество вампирского мира соединились с миром оборотней, ориентированным на группы щенков, и получилось что-то совершенно новое.

Но, как и всегда, когда дело касалось Жан-Клода и вампирской политики, следующий шаг предусматривал вечеринку. Ладно, большой сбор, но если мне приходится наряжаться, я называю это вечеринкой, и не в лучшем смысле этого слова. Мы были в спальне Жан-Клода, когда дверь открылась, и охранники впустили женщин, которые собирались помочь мне одеться и произвести впечатление.

Высокие каблуки громко стучали по каменному полу. Кардинал шагала к нам в босоножках на четырехдюймовых шпильках, словно находилась на подиуме под вспышками фотографов. Платье очень напоминало блестящий наряд шлюхи 20-х годов, но его расцветка была желто-оранжевой, с плавными переходами цвета между оттенками; в сочетании с рыжими кудрями, рассыпавшимися по плечам, Кардинал выглядела так, словно была одета в огонь. Платье было достаточно коротким, чтобы ее голые ноги цвета сливок казались бесконечно длинными. В босоножках она была выше шести футов.

Прямо за ней шла Менг Дье в таком же коротком платье, только черном, с прозрачными искусственными драгоценными камнями, словно блестящий ошейник охватывающими ворот ее платья. На ногах у нее были шпильки не менее четырех дюймов. Ее прямые черные волосы переливались, подпрыгивая, когда она двигалась. На концах они завивались и ласкали ее голые белые плечи. У обеих был необычный, но искусный макияж, так что карие глаза Менг Дье выглядели огромными и еще более экзотичными, чем обычно. У Кардинал было лицо молоденькой, очень привлекательной девушки-соседки, что означало, что на ней было больше макияжа, чем можно было разглядеть, но большинство мужчин об этом даже не догадалось бы. Черт, даже я не могла определить все, что было у нее на лице.

Что меня действительно беспокоило — так это то, что на одной руке Кардинал висела сумка с одеждой, а на другой — кейс для макияжа. Менг Дье несла пакет с покупками.

— У нас нет времени меня наряжать, — возмутилась я.

— У нас нет времени на пререкания с тобой, — ответила Кардинал. Она сняла сумку с одеждой со своей руки и, возвышаясь надо мной, стала расстегивать на ней молнию.

— Не веди себя как ребенок, Анита, — попросила Менг Дье, опускаясь коленями на пол и доставая из пакета обувные коробки.

— У тебя великолепная кожа. Много косметики не потребуется. Ты будешь готова через двадцать минут или даже раньше, — заметила Кардинал, вытряхивая платье из сумки. Оно было коротким, как я и боялась, но главной проблемой было то, что черный материал от декольте до подола был совершенно прозрачным. Черные, переливающиеся на свету, блестки были беспорядочно разбросаны по подолу и юбке, и немного на лифе.

— О, не смотри с таким возмущением, — вздохнула Менг Дье и вытащила со дна сумки с обувью черное нижнее белье.

— И куда мне в этом засунуть оружие? — поинтересовалась я.

— Если тебе сегодня понадобится пушка, считай, что мы проиграли, — сказала Менг Дье, передавая белье Кардинал.

— Я уже проиграла, — вздохнула я.

Менг Дье посмотрела на меня снизу вверх, продолжая стоять на коленях.

— Анита, ты должна войти туда под руку с Жан-Клодом и продемонстрировать свое платье, нашу позицию и все, что потребуется. Если бы я могла, то сделала бы это, но не я — его леди, а — ты. — В последней ее фразе прозвучала настоящая горечь, а также подтекст, что если бы она была его леди, все было бы гораздо проще.

— Снимай одежду, — сказала Кардинал.

— Насколько я все это возненавижу? — поинтересовалась я.

— Ты не представляешь, через что нам пришлось пройти, чтобы получить эти вещи. Нам пришлось послать за покупками, потому что мы не можем выходить в дневное время, — заметила Кардинал. — Охранники, возможно, хороши в своем деле, но купить нормальную женскую одежду им не по силам. Видела бы ты все то дерьмо, с которым они вернулись. Анита, это — самое лучшее из того, что было. Большинство платьев не подойдут под твои формы. Для любой из нас они бы подошли, но как только грудь превышает чашечку C, она становится настоящей проблемой для коктейльных платьев.

— У меня есть платья, — возразила я.

— Платья прошлого сезона? Или, храни нас, небеса, трехсезонной давности? Ты никогда ни от чего не избавляешься, пока оно тебе подходит, — заметила Кардинал.

— А зачем мне это делать?

Две женщины обменялись взглядами.

— Подожди, пока увидишь, что наденут другие женщины, — фыркнула Менг Дье, — Тогда ты поймешь.

Я посмотрела на Жан-Клода.

— Они пришли, чтобы произвести впечатление, ma petite. И они будут выглядеть привлекательно.

— Как им удалось так быстро достать новые платья? — поинтересовалась я.

— У них они были, — сказала Кардинал и начала вытягивать мою рубашку из моих джинсов.

— Я сама, я сама!

— Тогда — вперед, — сказала она.

Менг Дье приложила обувь к платью, которое висело у нее на другой руке.

— Большинство женщин стараются купить, по крайней мере, одно хорошее платье в сезон, поэтому в нужный момент они у них есть, Анита. Так поступают все нормальные люди, у которых есть деньги. Некоторые женщины полностью меняют свой гардероб один или два раза в год.

— Мне нравится моя одежда, к тому же иногда то, что модно в этом сезоне, просто уродливо.

Я сняла свою наплечную кобуру, и сначала протянула ее Жан-Клоду, но затем передумала и нехотя отдала ее Никки. Мне пришлось оттолкнуть руки Кардинал от моей рубашки, чтобы самостоятельно стащить ее через голову.

— Видишь, я же говорила, что у нее хорошее белье, — воскликнула Кардинал.

— Рада подтвердить твою догадку, — сказала я, даже не пытаясь скрыть сарказм в голосе.

— Ты можешь одеваться как парень, но на тебе всегда действительно отменное белье, — заметила Кардинал. — Мы на это и рассчитывали.

— Охранники не смогли бы купить нижнее белье, — сказала Менг Дье, подымаясь с обувью в одной руке и платьем в другой.