Открыть 31 декабря. Новогодние рассказы о чуде - Ая эН

большие проблемы. Что же делать-то? Может, мощности прибавить? Погоди-ка, дружок.

Он немного отодвинул меня и снова принялся возиться с дощечкой, которую звал санями.

– Та-а-ак, ну-ка, теперь попробуем.

И исчез.

Вот так просто.

А я остался наедине с полусотней тысяч заготовленных заранее вопросов.

Вот блин.

Спустя год список вопросов пополнился еще на полсотни, а гостиная пополнилась одним мной. На этот раз я ночевал тут вполне легально – в моей комнате шел ремонт. В ночь на первое сентября я поклялся себе не смыкать глаз и твердо держал обещание.

В середине ночи раздался уже привычный хлопок и появился он.

Выпрямился, увидел меня и сказал:

– Так. Здесь надо подумать.

Не поздоровался даже, обиделся я. А он тяжело протопал валенками, уселся рядом со мной на диван и задумался.

– Дедушка… – начал было я, памятуя о прошлогоднем исчезновении.

– Тс-с-с, – шикнул он и махнул рукой.

Я умолк.

Мы сидели так целую вечность – полчаса, не меньше, потом он тряхнул головой и сказал:

– О-хо-хох, ну и жара же здесь все-таки.

Стянул шапку, шубу и остался в белой вышитой рубашке и красных штанах.

– Я знаю, в чем дело, – сказал задумчиво.

Я не мог похвастаться тем же, поэтому молча смотрел и ждал продолжения. Все вопросы волшебным образом выветрились из головы. Он помолчал и продолжил:

– Знаю… Пространственно-временная яма, вот что. Только я не знаю, почему я такой осел и совершенно не помню, как из нее выбираться. А объясняли же. Да-а-а… На Основах Выхода Из Затруднительных Ситуаций. Аккурат между темой о забытых подарках и неспящих детях. Вот, кстати. Знаешь что? – Он повернулся ко мне и лукаво подмигнул.

– Что? – обрадовался я.

– Раз уж так выходит, что на Новый год мы с тобой не встречаемся, не хочешь ли ты получить свой подарок прямо сейчас? Дед Мороз я или погулять вышел?

– Стишок? – предложил я.

– Валяй! – махнул он рукой.

На этот раз мне досталась железная дорога. Большая, с настоящими металлическими вагончиками и придорожными домиками. Дороге я очень обрадовался, но все равно краем глаза заметил грустного плюшевого зайца в мешке.

А Дед Мороз опять задумался о том, как выскочить из своей ямы.

Через некоторое время потянулся и сказал сам себе:

– Надо попробовать.

– Придумал? А что? – оживился я.

– Сейчас. – Он снова достал из кармана шубы дощечку-сани. – Та-а-а-ак, – забормотал себе под нос, – где тут настройки… А если вот так, на тридцать влево и вверх… Попробую раскачать, – посмотрел он на меня. – Ну бывай, дружок.

Хлопок – и он исчез.

На диване осталась лежать длинная красная шуба.

На этот раз он пропал надолго. Я начал переживать уже следующим летом, но, когда он не появился ни через год, ни через три, тревога превратилась в навязчивую идею. Он не выбрался – это было ясно, как дважды два, потому что на новогодние праздники он не приходил тоже. Я представлял себе, как несчастный узник бродит по своей яме, ни еды у него нет, ни воды, и даже шубу он у меня забыл. Как же быть, чем помочь ему?! На пятый год я дошел до точки кипения. Решил – если и сейчас не появится, надо что-то делать. Для начала решил рассказать обо всем другу Мишке, а там будь что будет. Надеялся, что он не сочтет меня психом. Что ж, и на этот случай у меня есть улики – подаренные игрушки и шуба, которую я тщательно прятал в шкафу.

Моим планам не суждено было сбыться – в ночь на первое сентября я все-таки услышал долгожданный хлопок. Дед Мороз стоял как ни в чем не бывало – ничуть не похудевший от пятилетнего сидения в яме, да и вообще ни капли не изменившийся.

– Макси-и-им? – удивленно вытаращился он. – Ты?

– Я, – сказал шепотом.

– Сколько меня не было?

– Пять лет.

– Так-так-так, – забормотал он, расхаживая по комнате, – шаг временного скачка увеличился – это хорошо. Коэффициент пространственного перемещения – ноль. Это плохо. Надо увеличивать крен, рано или поздно выпрыгну.

Одно движение – мешок летит на пол, а он начинает набирать что-то на своем планшете. Теперь-то я видел, что это планшет, навроде тех, что стали недавно рекламировать по телевизору. «Сани», надо же. Что вообще происходит?

– Стой! – Я подбежал к нему и вырвал планшет из рук. – Погоди. На этот раз ты мне все объяснишь. Кто ты такой? Откуда? Что происходит вообще?

– Эй, осторожнее, парень! – Дед Мороз поднял руки. – Ты чего такой нервный? В смысле – кто я? Забыл, что ли? Дед Мороз я, работа такая. Я курсы прошел, понимаешь? Вышел в первый рейс – и пожалуйста, сани накрылись. А может, специально мне поломанные подсунули… Да-а-а, я видел, как хихикали те два придурка с факультета Санта-Клаусов! У-у-у, вот вернусь, получат оба!

– Постой, погоди! Стой… – Я схватился за голову. – А в чем разница-то? Ты в первую встречу что мне сказал? «Хо-хо-хо»! Это разве не Санта-Клауса клич?

– Гляди-ка, помнит! Растерялся я, понятно? Говорю же – первый рейс у меня, а тут сразу такая оказия. Вот и ляпнул с перепугу, теория-то у нас общая была, только потом по факультетам разделили. И вообще, чего ты привязался?! Ты вон уже здоровый какой, тебе Дед Мороз не полагается! Дай сюда! – Он выхватил у меня планшет и бодро забегал по нему пальцами. – Все, Максим, прощай и не жди меня больше. Я увеличил шаг скачка, надеюсь, теперь перепрыгну.

Подхватил мешок и был таков.

Я так разозлился, что действительно перестал его ждать. Стал обычным подростком. Шли годы, я закончил школу, затем институт. Потом понеслось – работа, жена, дети. Новый год на даче, редкий отпуск на островах. Я был таким же, как и все остальные, только всегда знал одну вещь – Дед Мороз существует.

Долгие годы я не видел его и думал, не увижу уже никогда. Я не ждал его и спокойно спал в последнюю ночь лета.

Родители уехали жить в деревню, я с семьей поселился в своем старом доме. Немного поправился и отпустил бороду. Жена посмеивалась – дескать, модник нашелся, а мне просто захотелось, и все. Я почти забыл о своем госте и совершенно успокоился. И когда однажды первого сентября, пока младшая дочь собиралась в школу, нашел в гостиной на диване плюшевого зайца, улыбнулся только тому, что в моем детстве было место чудесам, и что они, чудеса, все еще где-то случаются.

Зайца я расценил как извинение за нашу последнюю встречу и, конечно, это извинение принял, но ждать снова не начал. Наверное, он еще больше увеличил этот свой крен, смысл ждать неизвестно чего годами совершенно пропал.

А они шли. Годы.

Как-то вдруг дети выросли, разъехались кто куда. Потом умерла жена. Я остался совсем один в своем старом доме. Все еще чувствовал, что полон