Исчезнувшая - Мари Мур

отчаянно стучать ногами по крышке, надеясь, что полицейский услышит меня. Но, боюсь, что шум от ливня перебивает мой стук.

– Ваше имя Джонатан Альварадо?

– Откуда вам известно об этом? – в смятении спрашивает Джо.

– Сэр, я спрашиваю вас в последний раз: ваше имя Джонатан Альварадо? Мне нужен ответ: да или нет.

На мгновение я задумываюсь, что этот голос я уже где-то слышала. Но я не могу вспомнить, где именно.

– Да, черт побери, мое имя Джонатан Альварадо, – нервно произносит Джо. – А теперь я могу ехать дальше?

– Я попрошу вас выйти из машины, – требует мужчина. – Держите свои руки так, чтобы я их мог видеть.

Раздается звук захлопнувшей двери, пока я со всей дури молочу по багажнику.Этот коп глухой, черт возьми?

– Сэр, примерно два часа назад вам позвонила девушка и попросила вас ее забрать на Дорис-стрит.

– Какого хрена вы меня об этом спрашиваете?  У меня за день бывает больше пятидесяти пассажиров. По-вашему, я должен помнить каждого, откуда и где его забрал? – раздраженно говорит Джо. – Я могу ехать дальше, или вы хотите, чтобы я вымок насквозь? Если я заболею и не смогу работать, мои адвокаты разнесут ваш отдел в клочья.

– Джо, я помогу вам вспомнить. Сегодня в одиннадцать часов и шесть минут ночи вам позвонила девушка и попросила забрать ее с Дорис-стрит. Возможно, у нее с собой был багаж.

Я замираю и прекращаю ударять по кузову машины. Откуда полицейский знает такие подробности?

Джо молчит, и несколько секунд длится тишина. До моих ушей доносится только звук падающих капель.

– Джо, я бы посоветовал отнестись к моему вопросу крайне серьезно. Возможно, от него зависит ваша жизнь.

Джо удивленно протягивает:

– Я вспомнил. Вы имеете в виду эту чокнутую? Клянусь, эта девка тронулась умом. Я как раз вез ее в полицейский участок, но у меня спустило колесо. Она будто озверела, и мне пришлось ее связать и поместить в багажник.

Готова поспорить, что это самый странный диалог между полицейским и таксистом, что я когда-либо слышала.

– У нее было с собой что-нибудь? – спрашивает офицер. – Рюкзак, чемодан или сумки?

– Сумки и рюкзак.

Оглядевшись, я пытаюсь найти что-то, чем бы можно было перерезать скотч, стягивающий мои руки. Но кроме черной спортивной сумки здесь больше ничего нет.

– Где они?

– Все в багажнике, – отвечает Джо.

– Вы видели, что в этих сумках? – уточняет полицейский.

– Я больше слова не скажу без адвоката! – гневно кричит Джо. – Я требую вызвать моего адво…

Приглушенный хлопок перебивает слова таксиста, за ним следует удар о кузов автомобиля. Мой взгляд пытается рассмотреть хоть что-то через щель багажника, но кроме мигающих огней ничего не видно.

– Сумки ко мне в машину, а его в багажник, – распоряжается полицейский.

Я слышу, как кто-то закрывает дверь, а затем доносится еще один голос:

– Что делать с девчонкой?

– Фрэнк сказал, что свидетелей не оставлять. Избавьтесь от тел и от машины.

Страх пронзает тело, все расплывается перед глазами. Я слышу шаги, щелчок, а потом крышка багажника раскрывается. От света я зажмуриваюсь, но через секунду из меня вырывается хрип.

На меня наваливается более двухсот фунтов веса. Я раскрываю глаза и вижу морщинистое, безжизненное лицо Джо, застывшее надо мной. В его лбу зияет дыра, и словно в замедленной съемке на меня падает капля крови.

Я закрываю глаза. Дрожу и плачу, приготовившись к самому худшему. Неужели все закончится именно так и именно здесь? Неужели в моей истории не будет героя, который спасет меня в последний момент?

Мои веки распахиваются, и в это мгновение я смотрю на дуло пистолета, направленного на меня.

Глава 35 «Ночь перед рассветом»

Кимбирли

Я бы могла громко рыдать. Я бы могла обратиться к Богу с молитвой. Я бы могла барахтаться и извиваться в безуспешной попытке отползти подальше от пистолета.

Но вместо этого я выбираю встретить смерть с отчаянным самообладанием. Никому не позволю увидеть, насколько я сломлена.

Я поднимаю взгляд и смотрю на своего убийцу. Это мужчина в форме полицейского, ему около тридцати лет на вид. Черты его лица абсолютно непримечательные. Его палец ложится на курок, и в этот момент он отводит глаза. Моргает и громко произносит:

– Килл, – зовет он. – Тут только одна сумка.

Проходит секунда, другая, и время превращается в бесконечность. Я буквально чувствую, как страх царапает горло. А потом возле мужчины появляется парень. В нем больше шести футов роста. Его темные волосы блестят под дождем и похожи на оникс.

Первым делом он смотрит на спортивную сумку, а потом его непроницаемый взгляд скользит по мне, будто я ничто. Будто я не больше, чем пустое недоразумение.

– Убери ленту с ее рта, – командует он, и я узнаю его голос с тихой, но уверенной интонацией.

Это он разговаривал с Джо и скорее всего убил его. Это с ним я общалась по телефону. Это у него я требовала деньги вместе с новыми документами. А в ответ он пообещал мне, что в скором времени я встречусь с мертвой Трейси.

Киллиан.

Между тем, мужчина убирает пистолет. Он наклоняется и сбрасывает с меня тело Джо, отчего я облегченно вздыхаю. Но спустя мгновение мужчина одним резким движением срывает с моих губ клейкую ленту. Я морщусь от жалящей боли.

– Где вторая сумка? – тут же спрашивает Киллиан.

Я знаю, что он убьет меня в тот же момент, как только скажу ему правду. И все, что мне остается – обманывать и увиливать. Но даже в этом случае я не уверена в том, что останусь в живых.

– У моего знакомого, – вру я. – Я отдала ему одну из сумок.

Киллиан прищуривается и выжидательно на меня смотрит. Затем достает из-за пояса пистолет и ловким движением прикручивает глушитель к стволу.

Только сейчас я замечаю на нем форму офицера полиции. Откровенно говоря, она смотрится на нем так же нелепо, как балетная пачка на бойце без правил. Ему бы больше подошел элегантный костюм смерти.

– Я хочу, чтобы ты внимательно выслушала то, что сейчас произойдет, – Киллиан медленно проговаривает каждое слово. – Ты признаешься, куда дела мою сумку, и я быстро тебя убиваю. Обещаю, ты ничего не почувствуешь.

Он подносит к моему лбу пистолет, и я чувствую, как холодный металл соприкасается с кожей.

– А если ты не сознаешься, то смерть покажется для тебя слишком легким выходом. Я буду медленно и болезненно тебя убивать.

– Тогда мне нет смысла что-то рассказывать, – бормочу я. – В любом случае, я буду