флэшбэк - flashback - Александр Лонс

— Еще раз расскажи мне о Поводниках. Я так и не прочитал то досье, поскольку ты сам сказал, что особой срочности и важности нет, — проворчал Шеф.

— Основная идея, или даже религия Проводников — это непоколебимая убежденность, что Темный Город представляет собой первую страницу некоей Истинной Вселенной, Комплексной Реальности, своеобразный мост между нашим миром и этим самым подлинным многовариантным миром. Проводники считают, что наш мир — это всего-навсего одно из проявлений более сложно устроенного мира. Проводники убеждены, что всех «достойных» людей надо «спасать» из нашей реальности и навсегда переселять в Темный Город. Вроде бы им это удается, только не спрашивайте меня как, я этого не знаю. Тут я не специалист. Так вот, благодаря этой своей фанатичной вере, Проводниками удалось создать небольшую, но относительно сильную и гибкую тайную организацию. Их агенты есть практически во всех государственных и крупных частных коммерческих структурах. Даже у нас…

Шеф изощренно и нецензурно высказался.

— Ситуация усложнилась после того, как наши с вами секретари стали сотрудничать между собой, и частично обмениваться важными сведениями. Все началось с момента, когда на меня вышли мои старые враги, — продолжал я, — родственники тех, кого я при помощи своей группы отправил за решетку, или сами знаете куда. Но поскольку Ингрид работала только на Проводников...

Старик даже ругаться не стал — зашипел как кот.

— …о всех моих передвижениях они получали информацию практически напрямую. Грамотные и квалифицированные секретари, вообще могут подменять собою руководителя. А если понадобится только дополнить его функции, то тут вообще не будет никаких проблем. Обычно воспроизводить автограф шефа может любой опытный секретарь, вся оргтехника и коммуникации — тоже в его распоряжении, поэтому особых проблем не возникает. Все пропуска и временные разрешения идут через ваш секретариат, поэтому провести нужного человека для них тоже не составило особого труда. Я смотрел данные о выдаче пропусков, так там оказались лакуны — изъятие информации осуществлялось, якобы, по вашему приказу. Я не удивлюсь, если вдруг выяснится, что в вашем кабинете полно жучков…

Тут Шеф молча остановил меня поднятой ладонью, что-то нажал на столе и сказал:

— Эд, срочно зайди ко мне. И прихвати все свои игрушки, пригодятся… нет, никого не бери, только ты один.

Эд Уилкинсон — наш начальник Отдела внутренней безопасности, отвечал за чистоту помещений и отсутствие там несанкционированных жучков и устройств аудио— и видеонаблюдения. Кроме того, его отдел следил за лояльностью сотрудников и их внеслужебными связями.

— Подождем Уилкинсона, — пояснил босс.

Ждать пришлось минут пять — Эд влетел, как будто начался пожар. Собственно, так оно и было, если подумать.

— Вот что Эд, — недовольно пробурчал Старик, — чтобы рассеять всякие галлюцинации некоторых наших товарищей, проверь-ка мои комнаты. Эту и те тоже.

Эд молча кивнул, и приступил к работе. Он нашел так много всякого оборудования, что пока удалял, нам пришлось перейти в «чистую» — специальное помещение для секретных переговоров и деликатных экспериментов, где окон не было вообще, а стены, пол и потолок представляли собой сопрягающиеся поверхности сварного металла. Мы переоделись в одноразовые комбинезоны и вошли в эту консервную банку. Ни мебели, ничего. Только голая стеклянная лампочка под потолком.

— Ну, и?.. — спросил Старик. — Что дальше?

— Да собственно — все! Я, когда шел к вам, заметил, что никого из ваших секретарей уже нет на рабочих местах. Думаю, что они смотались окончательно.

Наши голоса гулко отдавались в пустом пространстве.

— Так. И кому они, по-твоему, сливали инфу? Кроме этих Проводников?

— Все банально. Наркоторговцы, босс. Последнее покушение на меня все разъяснило. Там задействовали одну девушку, парень которой оказался не кем иным, как сыном самого Азизона.

Шеф присвистнул.

— Вот, — продолжал я. — Он очень старался, но его случайно зацепила видеокамера автобуса, на котором ехал я.

— Почему он сам пошел, как думаешь? Мог бы и послать кого-то…

— А он уже насылал на меня банду каких-то отморозков. Но с этой проблемкой я справился самостоятельно — я потрогал рукой уже начавшую заживать ссадину на скуле. — Больше у него, по моим понятиям, никого сейчас нет. Пока. Но стрелять он сам не хотел, подставил вместо себя девушку… трусливая сволочь. Ее насмерть сбило автобусом, а он благополучно смотался. Короче — из-за всего того, что наслоились совсем не связанные между собой проблемы, возникла путаница, в которой я и разбирался все это время.

Тут в дверь постучали. Шеф открыл и, похоже, принял какой-то материал. Затем снова закрыл изолирующую дверь и подошел ко мне.

— Секретарши, значит… — пробурчал Шеф, после довольно продолжительного молчания. Видимо он анализировал и обрабатывал новую информацию. — Так. А я тебя подозревал…

— Босс?

— Что — «босс»! А наши секретари… да… Мы, конечно, все проверим и перепроверим, но я почти не сомневаюсь, что ты прав, поскольку столько жучков могли только мои секретарши наставить. Все эти трудности начались чуть позже того, как ты получил свой отдел. Заметил? Через полгода, примерно. Да, я понимаю, почему, но утечка происходила по тем темам, по которым работал именно ты. Я давно чувствовал, что кто-то у меня шпионит. Поэтому применил старинный прием: сам, лично, раздал всем начальникам отделов некую разную «секретную» информацию, и ждал, чей вариант проявится. Проявился твой, так что против тебя сначала были все улики. Да, да, именно. Теперь-то понятно отчего — это твоя любовница постаралась. У меня же много каналов, и мы как-никак информационная безопасность, мать ее… Кроме того, ты вел странный образ жизни, по бабам шастал, на Юго-запад вечно шлялся, ходил в какие-то подозрительные клубы… Вот я и стал контролировать тебя лично, а от секреторной работы негласно отстранил. Ты заметил? У тебя же оставалась на руках одна уголовщина.

— Но меня же несколько раз чуть не убили!

— Да, но не убили же! Ты даже не пострадал ни разу! Синяки и шишки — не в счет. Я и решил, что ты сам себе все это подстраивал.

— Зачем? Чтобы разнообразить жизнь?

— Ну, мало ли! Снять подозрение, переключить внимание — причины могли быть самые разные. Да и молекулярные метки на взрывчатке говорили, что боеприпас изготовлен для нашей конторы. А после того, как ты занялся лифтом, я еще больше уверился, что виноват ты один. Это только сейчас выяснилось, что в секретариате подделали заявку с моей подписью...