"Фантастика 2023-127" Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Острогин Макс

Суворин наклонил голову в знак согласия и опустился на свое место. Обведя глазами напряженные лица журналистов, взгляды которых были направлены на него, император решил взять инициативу в свои руки.

– Первое и главное: лица, виновные в гибели людей в воскресенье, должны быть наказаны. В первую очередь это относится к организаторам беспорядков. В данном вопросе у полиции серьезные трудности, потому что предварительное расследование указывает: в Петербурге только взводили курок, а заряжали оружие и нацеливали его за пределами страны. Будет очень прискорбно, если в эту грязную игру втянуты правительства Англии, Франции и Германии… – император сделал паузу, особо подчеркнув следующие слова: – Мы очень надеемся, что этого не произойдет и наши подозрения об участии в заговоре Парижа, Берлина и Лондона не подтвердятся. Однако, как говорят в народе, надеяться надо на лучшее, а готовиться к худшему, поэтому некоторые распоряжения, – император задумался, подбирая нужные слова, – по корректировке нашего внешнеполитического курса будут сделаны немедленно.

– Как вы прокомментируете заявления специалистов из берлинской клиники «Шаритэ» о вашем душевном недуге, – как будто с вызовом, произнес редактор газеты «Россия» Александр Амфитеатров.

– Очень серьезно, – глядя прямо в глаза журналисту, ответил, не улыбаясь, император, – я же не могу сам объективно оценить свое состояние. Какой же сумасшедший признается, что он психически нездоров? По этой причине в настоящее время со мной рядом находятся лучшие доктора страны. Один из них присутствует на нашей встрече. Прошу любить и жаловать.

Больше похожий на священника, чем на врача, Владимир Михайлович Бехтерев чуть привстал, обозначая свое местоположение, не отрываясь от свежесделанных записей.

– Произошедшая трагедия вскрыла системную проблему нашего государства, – продолжал император, – вопрос дееспособности первого лица не должен приводить к вооруженному противостоянию и человеческим жертвам. Поэтому проблема экстренного управления государством в подобных случаях будет темой отдельного закона. Кроме того, не только мне, но и всем высшим должностным лицам, занимающим ответственные государственные посты, в обязательном порядке придется пройти медицинское обследование, в том числе и у психиатров, а если потребуется, и лечение…

При последних словах Амфитеатров, глядевший на императора непрерывно, вздрогнул и отвел взгляд в сторону – настолько лицо и глаза монарха приняли зловещее, демоническое выражение.

– И все же, – вернул себе слово Суворин, – чего ждать и к чему готовиться простым людям?

– Готовиться надо к большей самостоятельности, и это независимо от результатов расследования и принятых впоследствии решений. Внутриполитическая обстановка в России не может зависеть от настроения иностранцев и от ситуации на международных рынках, которые мы объективно не можем контролировать. Поэтому уже завтра будет опубликован Манифест о государственной монополии на внешнюю торговлю. При этом экспортерам, и в первую очередь производителям зерна, будет объявлено о намерении выкупить по твердым, заранее оговоренным ценам весь урожай уже этого, 1901 года, так что на экспорт в любом случае ничего не останется.

– А кто же будет теперь торговать за границей? – почти хором зашумели репортеры.

– Специально подготовленные коллегии, которые под сенью государства смогут лучше защитить за рубежом права производителя, чем частные лица.

– Это значит, что никто из иностранцев не сможет просто так купить наши товары?

– Ну почему же? Приезжай, меняй свою валюту на рубли, получай разрешение на экспорт и вези домой. Не такие уж большие отличия.

– Простите, ваше величество, – деловито откашлявшись, прогудел представитель «Биржевых ведомостей», – а что ждет в таких условиях главное достояние Российской империи – золотой рубль?

– А почему вы считаете именно его главным достоянием?

– Потому что золотой стандарт и реформы Витте наши западные партнеры называют бесспорным успехом России. А это дорогого стоит…

– Это вообще ничего не стоит, – перебил газетчика император. – Сделать рубль конвертируемым хотели еще при Вышнеградском и даже пытались копить золото. Витте просто продолжил эту политику. Человек он энергичный, поэтому продавил реформу своим авторитетом, не считаясь с проблемами. А они есть, и немалые. Несмотря на то что золота в стране добывается прилично, для введения золотого рубля его все равно не хватало. Поэтому часть потребного металла была взята в долг у французских банков. Но даже этого оказалось мало. Тогда Витте прописал возможность дополнительной эмиссии трехсот миллионов рублей уже без золотого покрытия. Как видите, полностью обеспеченный золотом рубль с самого начала оказался фикцией. Во-первых, выпущенных новых рублей для растущей экономики было недостаточно. Во-вторых, Витте не использовал до начала кризиса возможность выпуска не обеспеченных золотом рублей. В итоге при реформе произошло резкое сокращение денежной массы, ее перестало хватать даже для простого воспроизводства. А если денег в экономике не хватает, то начинается кризис. Он и начался с фон Дервиза и Мамонтова. А иностранные банки помогли ему разгуляться, отозвав депозиты. В Европе кризис тоже начался, но на год позже. А наш был рукотворным, сотворенным по ошибке или с умыслом. Поэтому об успешной денежной реформе Витте говорить эм-м… несколько неуместно.

Император окинул многозначительным взглядом присутствующих за столом. Только малышки увлеченно водили карандашами по бумаге. Репортеры даже перестали стенографировать…

– Есть еще некоторые особенности. Во всех странах после введения там золотой валюты начинался продолжительный кризис в аграрном секторе. Во всех! Об этом было прекрасно известно. А у нас сельское хозяйство до сих пор – главная отрасль экономики. Далее… Введение золотой валюты всегда выгодно тем странам, которые перешли на нее раньше. Они получают от этого определенные дивиденды. Золото дорожает. Его просто не хватает на всех. А рост экономик мира всегда происходит быстрее, чем прирост добычи желтого металла. Россию вместе с Витте французы и англичане элементарно надули. Им нужен был прямой подход к русской экономике. Через введение золотого рубля и гарантирование возврата инвестиций они его получили. А вместе с ним появился прямой доступ и к русской банковской системе… Помимо этого, приток иностранных инвестиций Витте собирался компенсировать увеличением торговли по азиатской границе России, во всяком случае он так декларировал. Но этого не произошло и не могло произойти ввиду неплатежеспособности самой Азии. Вы в своей газете пишете, что доходы государства выросли без увеличения налогового бремени. Это совершенно неверно. Косвенные налоги, из которых собирается основная часть бюджета, выросли, и сильно. Это – если вкратце… Там еще много всего, но, пожалуй, для общей картины «успешности» реформы Витте достаточно.…

– И что, все это можно напечатать? – ошарашенно спросил «биржевик» с расширившимися от ужаса глазами.

– Это необходимо напечатать. Ошибки надо уметь признавать, в противном случае исправлять их будут уже другие…

– Ваше величество имеет в виду революцию?

– Вы излишне идеологизируете экономику. Иногда полезно просто взглянуть на нее с неожиданного ракурса. Все привыкли объяснять жизнь так, как указали философы, экономисты, авторы учебников тактики, сочинители уставов. Сейчас в моде Маркс и Энгельс, и все крутится вокруг понятия собственности на средства производства. Кто володеет оными – угнетун. Кто не володеет – угнетенный. Шерсть летит клочьями. Надсадный хрип и стоны умирающих. А если спокойно разобраться, окажется, что миллионщик – совсем не обязательно мироед. Обнулите его возможности вредить обществу посредством коррупции, нечестной конкуренции, неумеренного личного потребления и прочих непотребств, ограничьте наследство социально одобряемой суммой, обложите флажками запретов на вывоз за границу капитала и наденьте строгий государственный ошейник отчетности – от понятия «собственность» останется словесная шелуха. В результате угнетатель может превратиться в талантливого управленца, инженера, конструктора. Каждый из них – на вес золота в любом «изме». Смените социальные приоритеты, мотивацию успеха, систему координат «что такое хорошо и что такое плохо» – и из хищника-волка капиталист обернется псом-волкодавом, чрезвычайно полезным в хозяйстве. Технократы – надо отдать им должное – умеют с толком потратить попавшую в их распоряжение копейку, и надо этим пользоваться. Задача общества – контролировать их деятельность. Вот и все[167].