Уснуть и только - Дина Лампитт

– Вы разглядели его?

– Нет, он был в маске, хотя его облик показался мне знакомым. Я уже где-то видел его – причем недавно.

– Вы смогли бы узнать его? – настаивал Николас, отчасти осознавая иронию ситуации.

Но Чаллис не отвечал, и лейтенант увидел, что он потерял сознание. Одно мгновение он забавлялся мыслью о том, что оставит раненого умирать в этом пустынном месте, однако его светлая и честная душа мгновенно восстала против такой жестокости. Взгромоздив разбойника на свою лошадь, Грей направился к дому Джона Лэнгхема. Он отказался от плана утреннего визита к Киту Джарвису, вместо этого в его голове зрел иной замысел.

Глава тридцать восьмая

Во тьме насыщенной соленой влагой ночи вдруг на мгновение мелькнула вспышка света, за ней еще одна. Потом последовал ответный сигнал со стоящего вблизи берега на якоре судна. После этого в течение некоторого времени снова было темно, но затем с берега в открытое море был направлен луч мощного фонаря, высветивший несколько направлявшихся к берегу груженых лодок. Кит Джарвис удовлетворенно ухмыльнулся. Началось!

В эту ночь ядро Мэйфилдской шайки – братья Джарвисы, Фрэнсис Хэммонд, Томас Бигг, Джон Хамфри, Фрэнсис Норвуд – было усилено еще пятью десятками помощников, в основном местных крестьян, жаждущих хорошо подзаработать. Добыча должна была быть огромной. Контрабандисты должны были получить тысячу бочек спирта, не говоря уже о тюках с чаем. Лихой вложил в это предприятие огромные деньги, и теперь Кит отвечал за то, чтобы все прошло гладко.

Прищурившись, он оглядывал берег, высматривая, не притаились ли где таможенники или полиция.

Но везде царило спокойствие и, не успело дно первой лодки заскрежетать по прибрежной гальке, как Кит скомандовал. «Вперед!» В одно мгновение его сподвижники бесшумно высыпали из укрытий и устремились к лодкам.

Мэйфилдская банда гордилась тем, с какой скоростью они умеют принимать товар. Кит хвастался, что за двадцать минут они могут выгрузить на берег полтысячи бочек, и теперь его верные помощники начали наперегонки буксировать на берег, вытаскивать и откатывать тяжелые бочонки, в каждом из которых было четыре галлона спирта. Их связывали попарно, чтобы контрабандистам удобнее было переносить их к спрятанным неподалеку повозкам.

Эдвард и Кит стояли на пригорке, откуда хорошо просматривались все окрестности, вооруженные дубинками, кинжалами и пистолетами, готовые, если понадобится, первыми отразить нападение таможенников. В такие напряженные моменты сходство между братьями, хотя и рожденными разными матерями, становилось особенно заметным, так что даже Фрэнсис Хэммонд, прыгавший по пляжу, как мячик, и руководивший погрузкой тюков с чаем, перепутал их.

– Грей действительно уехал, Кит? – спросил он, и только когда Эдвард ответил.

– Говорят, что несколько дней назад он выехал из Мэйфилда, – Хэммонд понял, что ошибся.

– Кто-нибудь знает, куда он направился? – уточнил он.

– Нет. Просто исчез, и все.

– Ладно, но я все равно опасаюсь этого недоноска.

– Я отношусь к нему не лучше, чем ты, – буркнул Эдвард, всматриваясь в море.

Но разговаривать было некогда. Кит приказал всем поторапливаться, так как прошло уже больше получаса, а всего около четверти бочонков было погружено в повозки, которые должны были отвезти их в тайный перевалочный пункт, где заменят лошадей. Если все пойдет по плану, в течение следующего дня груз достигнет южной оконечности Лондона и будет спрятан на потайном складе в деревушке Стоквелл, в трех милях от столицы. Для этой цели Лихой арендовал там целую усадьбу, с сараями и подвалом.

В Стоквелле Кит проведет окончательные переговоры со специально приглашенными туда лондонскими перекупщиками, стараясь выбить из них максимальную цену. Когда соглашение будет достигнуто, товар передадут перевозчикам, работающим за комиссионные. Под покровом ночной темноты они пересекут Темзу в районе Ламбета или Бэттерси и переправят груз в Лондон. Тем временем Кит и его люди вернутся в Мэйфилд и займутся подготовкой новой операции.

Покамест заканчивалась лишь первая стадия предприятия. Эдвард и Фрэнсис проверяли, все ли оговоренные в сделке товары выгружены на берег. Все было в порядке, и старший Джарвис отсчитал деньги своему коллеге-мореплавателю, после чего лодки начали одна за другой отчаливать от берега, возвращаясь к кораблю, а обоз под предводительством Кита тронулся в путь, который должен был в случае удачи завершиться в Лондоне.

– Вы очень быстро выздоравливаете, – заметил Лэнгхем. – Должно быть, у вас очень крепкий и выносливый организм.

– Да, это правда, мистер Лэнгхем. Приходится быть сильным.

– Не сомневаюсь, – сухо отозвался доктор, снимая последние бинты и испытывая определенную гордость при виде плодов своих усилий: за короткое время с помощью целебных настоев, приготовленных по старинным рецептам, он поставил Чаллиса на ноги.

Всего неделю назад лейтенант Грей привез его полумертвого, истекающего кровью, а сегодня в качестве доказательства своих увечий Джейкоб мог показать только быстро заживающие порезы и пожелтевшие кровоподтеки.

– Благодаря вам, сэр, я хоть завтра могу опять лезть в драку, – сказал Чаллис.

– На вашем месте я бы не торопился это делать, – усмехнулся Лэнгхем. – В следующий раз вам может не повезти.

– В следующий раз придется двигаться побыстрее.

– Говорите, это контрабандисты вас так отделали?

– Да. Надо было заплатить по счету. Но теперь с этим покончено.

На языке у Лэнгхема так и вертелось. «Значит, это все-таки вы – грабитель с Пенни-Бридж», но он сдержался. Так же, как и Николас Грей, он не сомневался, что таинственный разбойник и Чаллис – одно и то же лицо, и что Генриетта Тревор по каким-то ей одной известным причинам отважилась солгать.

Повинуясь внезапному порыву, Джон вынул из кармана часы и начал как бы случайно водить ими перед носом у Джейкоба, приговаривая.

– Посидите немного, Джейкоб. Отдохните, у вас очень усталый вид. Откиньтесь на спинку стула и расслабьтесь. Если хотите, можете закрыть глаза.

Взгляд Чаллиса был прикован к мерно покачивающемуся циферблату, и Лэнгхем заметил, как посте пенно тяжелеют веки его пациента.

– Да-да, вы выглядите очень утомленным, – настойчиво продолжал хирург. – Просто закройте глаза и отдохните. Мы можем продолжать разговаривать. Вы слышите меня, Джейкоб?

– Да, – услышал он, и по голосу Чаллиса понял, что тот уже поддался его воздействию и перешел границу между явью и сном.