Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка - София Волгина

видела в ней учительницу: так с детьми умеют разговаривать такие вот учительницы. Как бы ей тоже хотелось быть такой. А она даже со своей дочерью так разговаривать не умеет. Наташа, обрадованная вниманием к ней симпатичной маминой подруги, соскочила на пол и принялась выплясывать, кружиться, да так ладно, что Эльпида сначала прихлопывала ей в такт, а потом сама сорвалась, взяла ее за руки и закружила. Наташа визжала и смеялась без передыха. Запыхавшаяся Эльпида, плюхнулась на стул вместе с Наташей. Но ребенку этого было мало, она тянула тетю еще потанцевать, та сказалась усталой, тогда Наташа с новой энергией бросилась кружиться, извиваться, бегать. Ирини несколько раз попыталась остановить, но та ни в какую. Пришлось ее нашлепать и, заплаканную отправить за дверь.

– Ну что ты так с ребенком? Она только хотела порадоваться, показать себя, – хотела защитить ее Эльпида.

– Сколько можно? Не дает поговорить, надо меру знать, – ответила сердитая Ирини, – лучше расскажи, когда хоть один раз замуж соберешься, не за кого что ли?

– А за кого?

– Мало парней, что ли? Знаю, недавно Сарваниди тебя сватал, хороший парень… Или тебе все еще твоя детская любовь – Митька Харитониди нравится?

Эльпида сделала смешную гримасу, но голос прозвучал грустно:

– Видно я однолюбка чокнутая.

– И впрямь чокнутая! Ну, а он, что ж, безразличен к тебе?

– Не знаю, – руки Эльпиды безвольно легли на стол, – по крайней мере жениться не предлагает.

– Ну, так какие твои годы, еще предложит. – Ирини обняла плечи подруги, заглянула ласково ей в лицо. Ее удивило хмурое выражение лица и дрогнувшие, дрожащие губы.

– Ты что, – отпрянула Ирини, – что-то случилось?

Эльпида молчала, потом сдавленно заплакала, не разжимая губ. Улыбка слетела с губ Ирини.

– Да, что ты в самом деле? Говори, не скрывай, ты же знаешь меня. Я только помогу, – сбивчиво увещевала Ирини, а у самой ноги подкашивались, она скорее села на стул.

Эльпида сидела, закрыв лицо руками, слезы капали, пробиваясь сквозь пальцы:

– Можешь, себе представить, я беременна от него, – наконец, затихнув, произнесла Эльпида, опасливо оглядываясь вокруг.

Ирина застыла, расширяя глаза, с ужасом всматриваясь в лицо подруги. Та, склонив голову, глубже, куталась в свою пуховую шальку. Посмотрела на подругу исподлобья.

– Ни х-ра себе, – наконец, выдавила Ирини, – при Эльпиде она не смущалась ма-терно выразиться.

– Ну, что, пропащая я, да? Гулящая, блядь, и проститутка? В общем – негодная, – глаза подруги опять наполнились слезами, губы некрасиво скривились.

– Сколько уже месяцев?

– Два с половиной.

– Ты ему сказала?

– Нет

– Почему?

– Боюсь, не захочет жениться и окончательно бросит.

– Ничего себе! Что он не человек? – Ирини нервно заерзала на своем стуле. – Женится, как миленький!

– Ты не знаешь его! Он ни на что не посмотрит, если что не по нему.

– А ребенка делать было по нему?

– Я ему обещала не беременеть.

Интересно, что проницательная Ирини, знала, что Харитон нравится Эльпиде, но что у них есть хоть какие-то отношения даже не подозревала, впрочем, как и все остальные окружающие их родные и друзья. А уж о близких отношениях никто бы и не подумал: это было сверх самого страшного, что могла позволить себе девушка. «Эльпида такая девчонка! – думала Ирини, а Митька-Харитон, кажется, к ней совсем равнодушен, дурак!»

– Ты вот что, давай рассказывай подробно, как все произошло, – настоятельно потребовала Ирини, – может, и найдем выход.

Сбиваясь, Эльпида принялась за свое повествование, но Ирини перебила, заявив, что не станет слушать, если она что-то собирается скрыть. И Эльпида все рассказала, не опуская подробностей. Как все произошло в Караганде в комнате ребят, как сама все подстроила. Как они встречались там тайно, как продолжают встречаться до сих пор. Как она все больше любит его, жить без него не может, а он спокоен. Ей кажется, есть она – хорошо, а нет – тоже хорошо. Как она ухитряется после работы возвращаться домой вечером, когда закрывался промтоварный магазин, где работал Митька-Харитон, надеясь встретиться с ним и остаток пути пройти вместе. Тайные их встречи продолжались то у нее, то у него дома, в зависимости от того, чей дом на то время пустовал. Одно воскресенье они чуть не попались. Самсон с Софией проходили уже мимо окна, когда Харитон заметил их. Если б те заглянули в окно, то увидели б чем они занималась. Но Бог пожалел их: они успели привести себя в порядок и сидели, как ни в чем ни бывало, разговаривая о своих друзьях. На все она шла ради него, весь стыд потеряла.

Во время исповеди Ирини не единожды охнула. Закончив, Эльпида, шмыгая носом, жалобно посмотрела на подругу:

– Ну, вот, теперь ты все знаешь. Что же мне делать, посоветуй…, – последнее слово ее слилось с плачем. Она уткнула лицо в ладони, согнувшись до колен. Худые плечи мелко вздрагивали.

– Ну ты даешь…, – Ирини кусала губы и думала, как помочь ей выйти из такого положения. – Ну, и что ты собираешься делать теперь? Подпольный аборт?

– Не зн – а-а-а-ю…

– Не собираешься же ты родить без мужа? Народ ведь засмеет.

– А мне плевать! – Эля резко встала, постояла и побрела к двери. Стала медленно надевать шубу.

Ирини озадаченно смотрела на нее.

– Только ты, Ирини, пожалуйста, никому не говори. Придет время – узнают. А я уж со своей бедой сама разберусь. Рожу, бабушки будут смотреть за ребенком, я буду работать. Сама воспитаю сына.

– Так уж и сына, – улыбнулась сквозь наворачивающиеся слезы Ирини. – У меня уже двое детей, и обе дочери.

– У меня будет сын, я чувствую это, – Эльпида провела по животу рукой, – у меня будет сын, – уверенно повторила она. – Я уже имя ему придумала.

– Ну, ты даешь! – повторила Ирини. Знаешь, что, Митька, как-никак мой родственник, давай я с ним поговорю, хочешь?

Эльпида уже стояла спиной к ней, открывая дверь на выход. Она снова закрыла дверь, сделала шаг к подруге, неуверенно затопталась на месте:

– Ирини, я знаю – ты умная, ты правильно поговоришь, но боюсь, разозлится он, что я людей вовлекаю в наши дела.

– Какие там великие дела? Что за шутки вы удумали с жизнью? Вопрос, как говориться назрел, его надо решать. Потом, ты можешь без работы остаться, уволят тебя, родившую без законного брака.

Эльпида закрыла дверь. Вернулась к столу, и они долго еще решали, что делать.

На прощанье, Ирини сказала:

– А если ничего не получится, приедешь ко мне в этот ненавистный мне город Джамбул, куда я и сама не хочу ехать. Там устроишься работать, придумаем что-нибудь, так что уж