Надежда Дурака - Майк Шэкл

— Я надеюсь, что нет, но надежда нас не спасет. Спасет готовность.

— Тогда давай начнем, — сказала Майза. — Мы разогреемся какими-нибудь элементарными движениями шуликана.

Они повернулись лицом друг к другу и поклонились, прежде чем медленно занять первую позицию, каждая повторяет другого, действует не задумываясь. Обе были обучены основным позициям с того момента, как научились ходить. Это легло в основу боевого мастерства Шулка, способа обрести силу и уверенность.

Тиннстра овладела своим дыханием и почувствовала, как энергия перемещается по ее телу. Они двигались сквозь Струящееся Облако Воды в Удар Богомола, затем идентично исполнили Похищение Сердца Черным Тигром и закончили Взмахами Крыльев Белого Журавля.

Ребенком Тиннстра смеялась, когда отец начал учить ее шуликану. Названия каждого движения казались ей смешными, но его наказание за это вскоре заставило ее снова перестать смеяться. Каждое утро он будил всех своих детей до восхода солнца, и они тренировались вместе. Берис всегда был таким серьезным, стремился произвести впечатление. Йонас был нетерпелив и постоянно жаловался, несмотря на попытки отца заставить его замолчать дополнительными пробежками или купанием в озере с ледяной водой. Сомон, старший, просто старался, чтобы все выглядело так просто. Тиннстра всегда с благоговением наблюдала за его способностями, задаваясь вопросом, как она вообще могла быть с ним в родстве. Оглядываясь назад, она жалела, что не оценила, какими замечательными были те моменты. Она отдала бы все, чтобы еще раз попрактиковаться с отцом и братьями — и сказать им всем, как сильно она их любила.

— Достаточно, — сказала Майза через некоторое время. — Теперь ты готова.

— Готова к чему?

Майза ударила. Ее кулак остановился менее чем в дюйме от носа Тиннстры. Тиннстра уставилась на него, когда Майза с легкой ухмылкой отдернула кулак:

— В следующий раз я не остановлюсь.

— Что?..

Но Майза не ответила. Или ответила, но не словами. Ее левая нога сделала выпад, и Тиннстра едва успела заблокировать его предплечьем. Локоть Майзы нанес удар, и Тиннстра едва успела уклониться с его пути.

— Я предлагаю тебе тренировочный бой, девочка, — сказала Майза, заходя еще раз.

Тиннстра рассмеялась:

— Если ты настаиваешь, старушка.

Она всегда ненавидела спарринги, когда была девочкой. Слишком боялась получить удар — боялась боли, которая его сопровождала. Но этот страх прошел. Мир показал ей, что она должна быть самой лучшей, какой только может быть. Перестать развиваться сейчас было невозможно.

Она атаковала со всей своей скоростью. Шквал ударов в голову Майзы, удар ногой, нацеленный ей в колено, перетекающий в боковой удар. Шулка заблокировала их всех.

— Вот так-то лучше, — сказала Майза. — Покажи мне, почему твой отец считал тебя такой талантливой.

— Все мои братья были лучше меня, — сказала Тиннстра, пытаясь нанести удар с разворота и получив за это удар по почкам. Она упала, схватившись за бок.

— Не трать время на бросающиеся в глаза удары ногами. Они слишком долго достигают цели, — сказала Майза, ожидая, пока она встанет на ноги. — Будь прямолинейной. Ты хочешь причинить боль. Ты хочешь искалечить. Ты хочешь убить. Сосредоточьтесь только на том, что поможет этого достичь. Найди кратчайший путь к достижению цели. Все остальное — пустая трата энергии.

— Я сделаю все, что в моих силах, — сказала Тиннстра. Она атаковала. Удар змеи. Удар обезьяны. Майза танцевала вокруг них всех.

— Не блокируй, если можешь уклониться. Прибереги силы для своих атак. — Майза нанесла удар, но именно ее нога сбила Тиннстру с ног. — Не позволяй глазам тебя одурачить. Знай обо всем.

— Верно, — сказала Тиннстра, вставая во второй раз. Она снова атаковала, но Майза наклонялась и уклонялась от всех ее ударов. Это было все равно, что пытаться ударить дым. По крайней мере, на этот раз Майза позволила ей удержаться на ногах. Но каждый не получившийся удар рукой отнимал у Тиннстры еще немного энергии. Каждый удар ногой, пролетавший мимо цели, делал следующую попытку намного сложнее. Даже дышать стало трудно, и, когда она потеряла концентрацию, Майза воспользовалась возможностью показать Тиннстре, насколько это может быть опасно.

Удар ногой бросил ее на спину. Удар рукой едва не сломал нос. Даже избежав удара ноги Майзы, Тиннстра споткнулась о собственные.

— Выносливость — это все. — Майза протянула руку, чтобы помочь Тиннстре подняться. — Ты должна продолжать сражаться, когда твой противник устанет. Ты должна быть готова сразиться со вторым, третьим, четвертым нападающим, который хочет твоей смерти. В этом разница между жизнью и смертью.

Тиннстра едва могла дышать. «Я... поработаю... над этим». Ее атаки потеряли форму, стали, скорее, дикими пинками и неумелыми тычками, чем отработанными и точными. Это было плохо. Ее отец сгорел бы от стыда.

Для Майзы это тоже было слишком. Она остановилась и отступила назад.

— Хватит. Ты хорошо поработала для своего первого дня.

Тиннстра согнулась пополам, пытаясь втянуть воздух, с ее носа капал пот:

— Ты называешь это «хорошо поработала»?

— Поверь мне, ты справилась лучше, чем большинство из тех, кого я тренировала. Пару раз ты почти меня ударила.

Тиннстра сплюнул на землю комок мокроты, горло саднило:

— Лучше, чем у большинства — недостаточно хорошо. Почти не сохранит жизнь Зорике.

— Тогда завтра мы снова будем тренироваться. — Майза махнула рукой в сторону их окружения. — Сейчас у нас есть время.

— Да. — Тиннстра взглянула на ониксовую дверь в конце сада, сейчас закрытую, почти ставшую частью самой стены. — Есть, возможно.

52

Тиннстра

Айсаир

Тиннстра проснулась от крика Зорики. Ее рука немедленно потянулась к мечу, сердце бешено колотилось, ожидая нападения. Затем она осознала, где находится, и расслабилась настолько, насколько могла. Они были под кроватью Зорики в ее комнате на вилле. В Айсаире, в прошлом.

Тиннстра отпустила рукоять меча и обняла девочку, притягивая ее к себе.

— Шшшш. Все в порядке, — прошептала она ей на ухо. — Я здесь. Ты в безопасности. Это всего лишь сон. — Она стала гладить Зорику по волосам, убирая их с ее лица, целуя горячий маленький лобик.

Постепенно девочка успокоилась и снова погрузилась в сон. Слава Четырем Богам.

Прошло шесть месяцев с тех пор, как они покинули Мейгор и сбежали обратно в прошлое, и все же война каким-то образом цеплялась за них всех. Что касается Зорики, то она была нервной и боязливой. Такая простая вещь, как