Когда страшно: три книги Пемы Чодрон для опоры в трудные времена - Пема Чодрон

современники считали, что Крёбер использовал Иши – и определенно можно было так подумать, – факты свидетельствуют, что они стали очень близкими друзьями. Со временем они стали способны общаться без слов. Но когда Крёбер спрашивал его имя, тот не называл. В его обычаи не входило называть свое имя кому-то вне племени. Так что Крёбер называл его Иши, что означало просто «человек», и Иши его принял.

Когда Крёбер впервые привел его на железнодорожную станцию, Иши спрятался за колонной, пока прибывал поезд. Затем он вышел, и они вместе сели на поезд. Позднее, когда они уже могли говорить друг с другом, Крёбер спросил, почему Иши спрятался от поезда. Иши сказал: «Мы обычно видели поезда с гор с их пламенем и вздымающимся паром и думали, что это монстры, пожирающие людей. Поэтому мы всегда держались подальше от них». И Крёбер спросил: «Как же у тебя хватило смелости сесть на поезд?» И Иши тогда сказал нечто, что мне всегда казалось вдохновляющим: «Я больше любопытствовал, чем боялся».

Одним из моих главных намерений при создании этой книги было помочь людям начать «больше любопытствовать, чем бояться», особенно когда дело касается смерти и умирания. Страх смерти – это повседневное бремя и, как я постаралась объяснить, ненужное. Смерть – это часть постоянных и бесконечных последовательностей бардо, удивительного потока жизни и смерти. Для того чтобы стать ближе с жизнью, думаю, нам нужно стать ближе со смертью.

Иши, должно быть, был очень близок со смертью, для того чтобы вести себя так. И это неудивительно: все люди, которых он знал, умерли и он годами жил на грани голодной смерти. Ему было нечего терять. Но если мы настраиваемся на то, что рождение и смерть происходят каждое мгновение, мы поймем, что нам тоже нечего терять. Тогда мы сможем жить бесстрашно и с большим сочувствием ко всем другим людям на планете, которые борются, беспокоятся и боятся. И наша свобода в сердце и уме сделает нас более способными помогать другим и более умелыми в этом.

Как и многие духовные традиции, буддизм возник из всеобщей человеческой потребности установить отношения со смертью. Будущий Будда провел свои ранние годы жизни в стенах отцовского дворца, укрытый от любых знаков смертности. Но когда однажды он решился выйти наружу, он увидел старика, больного человека и мертвеца. Увиденное заставило его задуматься, в чем смысл жизни, если она ведет всего лишь к таким итогам. Он оставил уют своего дворца, чтобы найти путь, чтобы сделать и жизнь, и смерть более осмысленными. Мудрость, которую он открыл в своих исканиях и передал сквозь века и поколения, мне посчастливилось получить от моих учителей. И эту мудрость, ее малую часть, я постаралась передать в этой книге.

То, что я изложила в отношении бардо, всего лишь малая крупица знаний, которые вы можете найти в других местах. Для тех, кто заинтересовался, я включила рекомендуемый список для прочтения в конце этой книги. В то же время я считаю, что самый важный фактор подготовки к смерти – помнить, что мы умираем так, как живем. Если мы учимся принимать непостоянство, работать с нашими клеша, распознавать подобную небу природу нашего ума и открываться шире и шире переживаниям жизни, мы будем учиться – и тому, как жить, и тому, как умирать. Если мы разовьем страсть узнавать нереальность, непредсказуемость, непостижимость природы нашего мира и нашего ума, это позволит нам при встрече со смертью больше любопытствовать, чем бояться.

Это драгоценное человеческое рождение, такое свободное и благоприятное, благослови меня, чтобы я постиг его полный смысл. Время смерти не определено. Благослови меня, чтобы у меня не было сожалений.

Молитва к Мачик Лабдрён, Карма Чагме

Приложение А. История поучений о бардо

Традиционная история о том, как поучения о бардо пришли к нам, довольна необычна. В VIII веке тибетский царь Трисонг Децен хотел надежно утвердить буддизм в своей стране. Преданный практик дхармы, он полагал, что сможет лучше служить своим подданным, продвигая учения Будды, которые были довольно необычными для Тибета. В то время Тибет был диким местом. Сами люди были не слишком покорными, и еще были духи и демоны, создающие препятствия для укоренения дхармы. Царь хотел построить роскошный буддийский храм, но каждую ночь духи разбирали постройку на части и уносили землю и камни туда, откуда их взяли.

Тогда царь услышал о Гуру Ринпоче, могущественном просветленном учителе из Индии, у которого были способности покорить непокоряемых. Гуру Ринпоче приехал, чтобы усмирить смутьянов, и Самье Темпл, существующий и поныне, был построен. Во время жизни в Тибете Гуру Ринпоче совершал всевозможные деяния, чтобы помочь глубоко засеять корни дхармы. Он учил множество учеников, помогая им достичь высоких уровней духовного постижения. Некоторые из этих поучений, известных как терма (буквально «сокровище»), были предназначены для будущих поколений, которые столкнулись бы с ними заново, когда больше всего в них нуждались. Йеше Цогьял, его супруга и ближайшая ученица, записала эти поучения, и они вместе с Гуру Ринпоче спрятали их по всему Тибету. Гуру Ринпоче уполномочил своих двадцать пять главных учеников открыть эти термы (скрытые поучения. – Прим. ред.) в будущих жизнях. Говорится, что эти ученики со временем множество раз переродились как тертоны, открыватели сокровищ. Чогьям Трунгпа Ринпоче был известен как тертон, и одной из его находок была «Садхана Махамудры», практика, которую многие из его учеников делают регулярно.

«Бардо тёдрол» является частью термы, открытой в XIV веке Кармой Лингпа в горах Гампо в Центральном Тибете. (Аббатство Гампо, монастырь в Новой Шотландии, где я давала некоторые из поучений, адаптированные для этой книги, назван так по имени известного учителя Гампопы, построившего свой монастырь в горах Гампо.) Долгое время после того как она была открыта, «Бардо тёдрол» держалась в секрете. Учителя передавали ее одному ученику за один раз. Наконец, ей стали обучать более открыто, и в 1920-х годах американский антрополог по имени Вальтер Эванс-Венц организовал первую публикацию на английском языке под неточным, но привлекательным названием «Тибетская книга мертвых». Она стала очень популярна на Западе. В 1960-х годах она была с энтузиазмом воспринята хиппи, и я была одна из них. Она продолжает быть одним из самых широко изучаемых буддийских текстов о бардо.

Приложение Б. Практики

Основная сидячая медитация

Техника сидячей медитации под названием шаматха-випашьяна («покой-проникновение») – как золотой ключик, который помогаем нам узнать самих себя. В медитации шаматхи-випашьяны