Одиссея Грина - Филип Фармер

Другая загадка: почему Он вообще показывается? Он никогда не воскрешал и не делал никаких чудес на публике. Он просто наблюдал, как тело клали в машину. Время от времени Он произносил короткие речи. Говорил он всегда одно и то же. Вот и на этот раз Он заговорил. Голос у него был высокий и сладкий, говорил Он на ломаном еврейском, которым здесь хорошо владели все, кроме новичков.

— Некий человек хорошо прожил свою жизнь. Точнее, сам он думал, что хорошо прожил жизнь, но раз человек так думает, значит так оно и есть, не правда ли?

Пока плоды его хорошей жизни множились вокруг него, он поседел и покрылся морщинами. У него был хороший дом, верная и послушная жена, много друзей; его уважали, у него было много сыновей и дочерей, были внуки и даже правнуки. Но в конце концов он, как и все люди, подошел к концу своих дней и возлег на смертном одре. Он мог позволить себе лучших лекарей и лучшие лекарства, но это уже не могло ему помочь. Самое лучшее, что можно еще было сделать для него, это положить ему в руки распятье с изображением Бога, которому он поклонялся и покорялся всю жизнь.

Человек этот умер, оказался в незнакомом месте и увидел перед собой незнакомца.

«Я на небесах?» — спросил умерший.

«Это зависит от тебя», — сказал незнакомец и протянул ему большой двуручный меч. — Чтобы попасть на небеса, в Рай, ты должен воспользоваться этим мечом. Если же откажешься, попадешь в Ад.

«И что я должен делать с этим мечом?» — спросил старик.

«Пойдешь по этой тропе, — сказал незнакомец, — дойдешь до ручья. На берегу будет играть маленькая девочка, лет шести. Сейчас она кажется чистой, невинной и веселой, но, повзрослев, она станет таким страшным злом, каким только может стать человек. Она станет причиной смерти сотен мужчин, женщин и даже детей. Она будет обрекать на пытки сотни людей и наслаждаться их криками. Более того, у нее родится сын, который вырастет таким же, как и она.

Ты должен убить эту маленькую девочку».

Вот что сказал ему незнакомец.

«УБИТЬ ЕЕ! — воскликнул старик. — Ты, наверное, шутишь, а я не могу понять твой юмор! Или, может, это последнее испытание для меня?»

«Да, это испытание, — сказал незнакомец, — и поверь мне, я не шучу. Так не шутят. Ты не сможешь попасть в Рай, пока не убьешь этого ребенка!

Посмотри вокруг себя! Ты узнаешь окрестности твоих родных мест? Ты все еще на Земле, на распутье между Адом и Небесами. Куда ты отправишься отсюда, зависит только от тебя. Или ты сейчас уничтожишь семя зла, пока оно беззащитно, и тем самым совершишь великое и доброе дело, или же ты поставишь светскую мораль выше любви к человеку и Богу».

«Но я же добродетельный человек! — воскликнул старик. — А ты хочешь, чтобы я совершил дурное дело для того, чтобы доказать свою добродетель?»

«Ты, конечно, слышал и читал, — возразил незнакомец, — что нет совершенно добродетельных людей. По-настоящему добродетелен один Бог. Это слова Христа, который утверждал, что сам до конца не добродетелен».

Сказав это, незнакомец удалился.

Старик смотрел ему вслед, ожидая, что незнакомец расправит крылья и улетит. А может, он полагал, что у того вырастут рога, копыта, хвост и он нырнет в раскрывшуюся перед ним землю, ибо ему пришла мысль, что незнакомец может быть и ангелом, но падшим.

Как Небеса могли допустить, чтобы он столкнулся сейчас с демоном? И это после того, как он всю жизнь успешно сопротивлялся дьявольским соблазнам и твердо придерживался Божьего пути. Но отдать его дьяволу после смерти… Это было бы несправедливо! Неслыханно! О таком не упоминали священники, да и в книгах он не читал ничего такого.

Но как бы то ни было, он держал в руках острый меч, и ему было сказано, что с ним делать. Медленно он пошел по указанной тропе и вскоре дошел до ручья, у которого играла маленькая девочка. И он узнал в ней свою любимую Правнучку, дочь своего любимого внука. Она была прекрасной ласковой девочкой и умницей к тому же. Могла ли она сделаться такой, как предсказывал незнакомец?

Предсказывал? Если будущее можно предсказывать, если оно заранее определено, то эта девочка не имеет никакого выбора, не имеет свободы в желаниях и поступках. Значит, она кукла, которую Бог дергает за веревочки? Но можно ли убивать ее за зло, которое ее обрекли совершить?

Но тут он вспомнил, что будущее хоть и скрыто от человека, оно явно открыто глазам Всевышнего. Он, Всевышний, видит все с начала до конца, времени в человеческом понимании для него не существует: Он сам есть альфа и омега, Он видит все разом. Человек сам имеет свободу выбора, хоть и не знает, что сделает завтра.

«Но этого не может быть, — думал старик. — Если я убью девочку сейчас, то она не совершит всех этих злодеяний в будущем. Значит, она умрет невинным ребенком и будущее, которое Бог видит сейчас, свершится без нее. Так как же Он мог видеть ее и ее деяния в будущем? Будущее для него ясно, ибо Он сам предопределяет пути, которыми оно пойдет. Он предопределил, что этот ребенок умрет сейчас или же вырастет и превратится в чудовище. Мы все предопределены его знанием.

Если это так, — думал старик, — то почему же Он вообще сотворил человека? С того самого момента, как он замесил глину для Адама, Он знал, что миллиарды людей попадут в Ад и только некоторые — в Рай. Неужели Он создавал все это потому, что даже небольшое добро перевесит огромное зло? Или, возможно, Он созидатель по натуре и не может жить ничего не создавая, несмотря на любые последствия, к которым может привести его творчество?»

Старик ничего не мог понять. Чем больше он думал, тем сильнее запутывался. На каждый довод старик находил контрдовод. На каждый контрдовод находился свой контрдовод. Но все сходилось к одному: он должен был сотворить добро при помощи зла. Ему оставалось лишь прекратить раздумья и обратиться к слепой вере.

Итак, старик тихо подошел сзади к девочке — та играла — и занес меч.

И тут ему в голову пришла другая мысль…

На этом месте X. всегда кончал свою речь.

Федор — он стоял рядом с Каллом — начал громко всхлипывать. Слезы у него сбегали по щекам в бороду.

— Я двенадцать раз слышал, как он рассказывает эту притчу, — сказал Федор, — и сейчас я уверен, что если смогу правильно ответить на нее, то освобожусь отсюда!

— Это просто очередной трюк для того, чтобы мы постоянно пытались разрешить эту загадку и не теряли надежды, — возразил Калл, с ненавистью глядя на X.

— Что ты хочешь сказать? — воскликнул Федор и схватил его за руку, уставившись на него своими полными слез глазами.

— Еще один лжепророк, — отмахнулся Калл.

И тут ему в голову пришла мысль: а не является ли X. агентом организации, подобной Бирже? Если это так, то какую выгоду получает от всего этого сам X. и его организация? Ведь в этом случае он всего лишь человек? Тогда почему же ему дана сила воскрешать мертвых?